Контракт
Шрифт:
— Не совсем. — Покачал головой стрелок. — Это ведь не просто штука что осталась от древних. Это священное оружие, оставшееся после одного из героев великой войны. Его считали реликвией. Окружили чистым серебром. Обмазали смолой священного дерева. А потом положили в могилу. Но он старый. И все равно начал сочиться. Если бы я взял эту штуку голыми руками, они у меня загнили бы через пару минут. А ты его в сумке таскала как обычный булыжник.
— Просто мы крепче чем вы — южане. — Пожала плечами дикарка.
— А вот это еще одно очень и очень спорное утверждение. — Хитро прищурившись, воздел палец к небу магут. — С одной стороны, да. Вы тысячу лет жили рядом с отголосками старой магии, и, как последнее время утверждают некоторые медикусы, ваши организмы приспособились.
— Какая? — Губы дикарки сжались в тонкую линию.
— Убей гнилого. — Широко улыбнулся стрелок. — Каждый имперец с детства воспитан полностью нетерпимым к искажению. Бесы, да почти каждый человек в мире такой. Вы ведь тоже сбрасываете собственных младенцев в пропасть, если видите в нем следы той стороны. Но бывает и по-другому, так?
— Но… — Великанша громко вздохнула. — Ты сказал что сейчас все объяснишь. А на деле повторяешь то что знает каждый ребенок. И все еще больше запутываешь. Какое это отношение имеет ко мне и барону? Я проходила проверку. Я человек.
— Ха… — Глаза Ллейдера превратились в две щелочки. — А ты уверена? В тебе добрых восемь футов роста. Ты можешь без усилий одной рукой поднять взрослого мужика и сломать в ладони подкову. Ты никогда не мерзнешь. А когда мы заблудились в болоте, мне помнится, ты не ела целую неделю и даже не выказывала признаков усталости или слабости. И не отощала ни на унцию. Ты не чувствуешь боли. Вернее чувствуешь, но не страдаешь от нее как обычный человек. Ты можешь не спать несколько дней. Твои раны заживают быстрее, чем у шелудивой собаки. Боги, да они заживают так будто ты каждый день съедаешь пол фунта мясных грибов. Даже шрамов не остается. А в драке ты воешь и ведешь себя как дикий зверь. Твое сердце стучит намного медленней, чем у обычного человека. Один раз ты нырнула в озеро и я испугался что ты утонула. А ты выплыла, когда я уже устал за тобой нырять. Но самое главное, ты можешь касаться гнили и она тебя не трогает.
— Ну и что? — Упрямо наклонила голову великанша. — Просто я закаленная. Здоровая. Мы все так умеем… Ну… почти все.
— Ха… — Магут покачал головой. — У тебя шестой круг доверия. Такой ранг среди ловчих получают разве что маги и колдуны, верно?
— Ваши маги окружены почетом и уважением… — Дикарка задумчиво поскребла висок. — Я много сделала для большого жреца, он меня уважает. Вот и сказал что я в этом круге. Что с того?
— Да провались оно пропадом. — Раздраженно зашипел стрелок. — Не сбивай. Во первых это чушь. Никто не уважает магов. Их терпят. Относятся к ним как к этим гребаным горшочкам с гнилью. Или взрыв-смесям алхимиков. Знают, что они незаменимый инструмент, но понимают, что эта дрянь может просто взорваться у тебя в руках. Но магов приучились, привыкли терпеть. На это ушло сотни лет. Никто не удивится, если маг по локоть руки в гниль сунет. Им можно. Они гребаные маги. Но если это сделает человек и с ним ничего не будет…
— Значит это не человек, а тварь разлома. — Великанша поморщилась, — Только похожая на человека. Я это уже поняла, Ллейдер.
— Погоди. Не торопись. — Предостерегающе вскинул руку магут. — Давай, я сначала подскажу тебе правильные вопросы. В твоей лицензии охотника написано шестой круг. Шестой круг это не только склонность к магии или высочайшее мастерство владения оружием, как думает большинство. Шестой круг могут дать за устойчивость к порче и тлетворному влиянию. Знак доверия святого официума.
Редкий знак. И еще. Шестой круг просто за красивые глаза не присуждают. Это значит, ты оказала очень много. — Магут невесело усмехнулся. — Неоценимых… услуг святому официуму, церкви и Империи в их лице. Ты пошла много ступеней проверок и выдержала все. Ты человек. По меркам курии ты даже более человечный человек, чем большинство граждан этой самой Империи. Может даже больше человек, чем этот барон. Пусть ты и северянка. Понимаешь к чему я?— Э-э-э. — Лоб северянки сморщился от напряжения. — Я… больше человек чем?. — Великанша покачала головой. — Я запуталась. Ты говоришь что я лучше него. Тогда почему это дает право барону меня оскорблять?
— Потому что одно дело бумаги, а другое то что люди видят перед собой. Ты не похожа на человека, Сив. У тебя на лбу написано — страшная северянка, последыш крови пришедших. И если ты не позволишь себя оскорблять… Если не будешь гнуть перед ним спину, улыбаться и называть господин барон, то будешь как тот горшочек с гнилью. Порча имеет свойство просачиваться, Сив. — Криво усмехнувшись Ллейдер покачал перед носом великанши указательным пальцем. — Особенно порча мыслей. Сначала, ты забываешь кланяться и называть своего нанимателя «Господин». Потом это видят другие и начинают повторять. А сегодня ты ударила по лицу благородного и до сих пор не висишь в петле. Это заставляет людей задуматься. А лишние мысли приводят к нервозности, потере аппетита и необдуманным поступкам. Он благородный. Ты… У тебя шестой круг доверия.
Сив удивлено моргнула и уставилась на товарища непонимающим взглядом.
— Значит… — Голос воительницы дрогнул. — Все равно не понимаю.
— Он дворянин. — Закатил глаза Ллейдер. — Ты приравненная к дворянке ловчая. На время контракта он наш сюзерен. Но сюзерен для дворянина и для простолюдина не одно и то же. Он может вытирать ноги о любого из нас… кроме тебя. Формально конечно. Но по закону… Ты можешь даже вызвать его на поединок если захочешь.
Великанша моргнула.
— Правда? А барон об этом знает?
— Он барон, Сив. Конечно, он это знает. Как и знал то, что ты не решишься бить его со всей силы. И что даже разберись ты в вопросах иерархии, все равно не вызовешь его на поединок чести. Посчитаешь его убийство ниже своего достоинства. — Покачав головой, магут сплюнул в костер. — И то, что большая часть людей в отряде, даже те которые тебе улыбаются и предлагают заключить контракт, считают тебя не более чем похожим на человека животным. И им плевать на твой «приравненное к дворянскому» статус. Благородные учатся играть людьми с детства. А у тебя лицо как открытая книга. Он ведь даже не попытался увернутся, так?
— Так… — Великанша озадаченно поскребла подбородок. — А если бы я сильнее рассердилась?
— Он бы постарался увернутся от удара. — Пожал плечами стрелок. — А Гаррис бы тебя наверняка остановил.
Горянка надолго задумалась.
— Я могла его прибить.
— Он рискнул. — Склонив голову на бок, стрелок с прищуром оглядел дикарку так, будто увидел ее в первый раз в жизни. — Думаю, он просто не понимал степень опасности.
Плечи великанши поникли.
— Получается, он сделал это специально… Значит, мы ему не понравились… Почему он нас на службу взял? Почему он тогда нас сразу не выгнал?
— Потому что мы уже заключили контракт? — Магут развел руками. — Потому, что не хочет терять лицо перед своим сенешалем? Потому, что мы ему зачем-то нужны? Потому, что у него не было времени искать других, или он до сих пор колеблется? Да, он сделал это не просто так, это точно. Но благородные учатся выжимать выгоду из любой ситуации. Какая разница зачем. Мы ему до сих пор зачем-то нужны. Иначе он бы приказал тебя схватить и повесить. И меня заодно. Как можно быстрее, пока в головы остальных не пробрались те же мысли, что и у меня. Но он хочет спустить все на тормозах. Почему? Думаю, сейчас он захочет оставить нас в отряде но, сделает так, чтобы мы не были его людьми… — Сделав многозначительную паузу Ллейдер сделав шаг по направлении к костру, и утерев выступивший на лбу пот, требовательно протянул руку. — Брага?