Чтение онлайн

Наконец, смирившись, с этой поразительной новостью, Кен ещё раз прочитал постскриптум.

"Так при дворе меня ждёт молодая особа?
– повторил про себя он.
– Кто же? Леона?"

Это полузабытое имя всколыхнуло в душе Абары какие-то, не совсем определённые чувства. Он глубоко вздохнул и, оторвавшись от чтения письма, поднял глаза на Вильтора Дюпюи.

– Так, значит, вы посланец Керима?
– спросил он.
– Керим тут пишет, что самое важное вы сообщите мне устно.

– Да, - подтвердил барон.
– Именно так.

– Ну, валяйте тогда, - разрешил

Кен.

Посол набрал полную грудь воздуха, собрался с мыслями и принялся говорить:

– Начну с того, что императору очень нужна ваша помощь. Настолько, что он готов платить любые деньги. Слышите, любые!
– акцентировал он.

– Неужто так припёрло?
– язвительно поинтересовался Абара.

Однако Дюпюи пропустил эту колкость мимо ушей и продолжил:

– Наверно тут, на окраине империи, вы мало интересуетесь мятежом Д'Аржи и ходом сражений с повстанцами?

– Ну да, у нас тут своих повстанцев хватает, - усмехнулся Кен.

– А между тем, война с Д'Аржи превратилась в битву за выживание всего человечества!
– с пафосом заявил барон.

– Да что вы говорите, - снова съязвил Кен.
– А вот Гашибей-хан меня недавно уверял, что важнее битвы с Кулай-ханом на свете ничего не бывает. А ведь Кулай-хан его родной брат...

– Тут шутки не уместны, - грубо оборвал его Дюпюи.
– Я говорю абсолютно серьёзно!

Кен замолчал, впечатлённый взрывом эмоций этого доселе спокойного человека, а тот вдохновенно продолжил:

– Всё дело в том, что армия императора теперь сражается не только с повстанцами Д'Аржи, но и с колдунами глоранами. Это куда более серьёзный противник! Государство глоранов де-факто поддержало мятежников и теперь идёт непримиримая война за господство: люди против глоранов. Если победят они - мы навсегда станем их рабами, если победим мы, то сохраним свободу. Третьего не дано!

Он говорил убедительно, но Кена его речь не слишком-то впечатлила, ведь он уже слышал нечто подобное раньше. Два года назад. И, кстати, тот человек высказывал ещё одну мысль, не слишком согласующуюся со словами Дюпюи.

– Одна моя знакомая, между прочим ясновидящая, говорила примерно то же, что и вы, - перебил имперского посла Кен.
– Но, кроме того, она объяснила мне кое-что про характер глоранов. Видите ли, они практически бессмертны, а бессмертие порождает чудовищный эгоизм. Для глоранов нет ничего ценнее их собственной жизни, поэтому-то никто из них не станет участвовать в людских разборках ни на стороне мятежников, ни на стороне императора.

– Истинная правда!
– с жаром поддакнул барон.
– Их мерзкий, трусливый характер мы хорошо изучили за последнее время. Но всё-таки есть кое-что, что вы не учитываете.

– И что же это?
– поинтересовался Кен.

– А то, что сейчас глораны вынуждены бороться за свои драгоценные шкуры, ведь об их участии в организации мятежа теперь стало общеизвестно. И когда Д'Аржи падёт, император немедленно объявит глоранам полномасштабную войну, - пояснил Дюпюи.

Кен обдумал слова барона и, согласившись в целом с его доводами, перешёл к сути дела:

– Допустим, вы и правы. Допустим, император действительно

ведёт борьбу за судьбу всего человечества. Но причём тут я? Зачем я вам так нужен?

Посол, похоже, ждал этого вопроса, и заготовил ответ заранее. Правда, начал издалека:

– Не знаю, слышали ли вы или нет, но мятежники с какого-то момента совсем перестали применять огнестрельное оружие, - сообщил он.
– Поначалу наши стратеги удачно пользовались этим обстоятельством. Число мушкетёров и пушек в императорских войсках было утроено, и повстанцы стали терпеть одно поражение за другим. Казалось, мы решительно побеждаем. Но тут глораны сделали свой ход. Они предоставили сторонникам Д'Аржи новое оружие - магические самострелы и катапульты. Внешне они самые обыкновенные, однако, силой, приводящей снаряд в движение, в них является магия. Такое оружие по скорострельности, дальнобойности и точности заметно превосходит наше.

– Это ж совсем как амулеты силы хольдов! Неужели глораны решились делать их массово?
– удивился Абара.

– Нет, - возразил Дюпюи.
– В отличие от настоящих амулетов силы, эти самострелы работают за счёт магии волшебника глорана, который должен находиться где-то поблизости. Поэтому-то сейчас в каждом значительном отряде мятежников обязательно присутствует хотя бы один глоран. Он никогда не высовывается, действует всегда из-за спины людей, но от этого не менее опасен. Да что там говорить, с появлением нового оружия императорская армия абсолютно утратила инициативу. Мы попросту проигрываем.

– И тут появляюсь я!
– снова сострил Кен.

На этот раз посол не только улыбнулся шутке, но даже соизволил на неё ответить:

– И тут появляется Керим эль Балья, - передразнил Кена он.
– Генерал Балья сумел собрать вокруг себя нескольких хольдов и доказал на деле, что их совместные действия являются сильнейшим оружием империи. Теперь мы все верим, что обладатели амулетов силы станут ключом к нашей победе.

– Ясно, - протянул Кен.
– Понятно теперь, для чего я вам нужен.

– Да, - кивнул барон Дюпюи.
– Но не только вы. Нам нужны все хольды и все наёмники, состоящие на службе у таких изменников трона, как Гашибей-хан. В этом-то и состоит истинная миссия нашего посольства. А письмо императора лишь предлог.

– Ну, с этим всё понятно, - улыбнулся Кен.
– Теперь вернёмся к оплате. Давайте-ка, обсудим её поподробнее.

При этих словах барон заметно поморщился. Как истинному патриоту и потомственному дворянину, ему претил интерес наёмников к финансовой стороне вопроса. Но всё же он выполнил просьбу Абары и повторил:

– Император согласен платить столько, сколько попросите. В пределах разумного, конечно.

– Пределы, знаете ли, у всех разные, - расхохотался Кен.
– Три тысячи золотых мне. По сотне Тальвару и моему сержанту, ну и по десять монет на рядового латника. Всего около пяти тысяч карадо. Устраивает?
– навеселившись вволю, предложил он.

Названная сумма была неприлично завышенной, но барон Дюпюи и глазом не моргнул:

– Торговаться считаю ниже своего достоинства, - ответил он.