Чтение онлайн

— Я даже не знаю, ржать или плакать… — пораженно вздохнула близняшка, интуитивно ища посреди кустов-деревьев свою сестрицу.

— Не дрейфь, малышка, — кинул на нее быстрый взгляд принц. — Я буду тебя защищать.

Камилла, доселе наблюдавшая за появлением Дрейка с повышенным скептицизмом, неожиданно вскинула руку к челу и, закатив глаза, начала заваливаться на венценосного красавчика.

— Господин, там за деревьями осталась моя собачка! Я боюсь, ее съели студенты-практики… — на выдохе выпалила она, заваливаясь в мнимом обмороке на Максимилиана.

— ГОСПОДИН, — ничуть не отставая, повторила ее маневр фея. — Там за деревьями моя

сестра-близнец… О, боже… Мы никогда не разделим вместе ложе с мужчиной!!!

— Господин, я сама вас защищу!!! — Велена выскочила перед ним и растопырила руки в стороны, словно собиралась словить большой куш. Для убедительности ее волосы даже дыбом встали и начали змеиться, как у тётки Горгоны. Принц от такого потока девичьих чувств завис, Хадиса была в шоке, Мухотряскин зашелся в беззвучном смехе, Самсон же начал поглядывать в сторону дыры, явно размышляя над тем, будет ли там поспокойнее.

«Студентусы-практикусы» тихо шатались и непроизвольно отращивали ветви покрепче да кору потолще. Что им еще оставалось, если декан Октопус Звездунов сам выдал их слабое место?

* * *

— Люблю я начало учебного года, — задумчиво выдала Гемарта Дич и затянулась сигареткой. Тугой костюм она успела сменить на цветастое платье. Каштановые волосы распустила, и теперь они мягкой курчавой волной едва прикрывали оголенные плечи. Карие глаза ее лучились неподдельным удовольствием, а на тонких губах застыла предвкушающая улыбка.

Для вкушения лучшего представления этой недели она посетила одну из закрытых для общего пользования преподавательских точек, а именно балкончик, что красивой балюстрадой опоясывал преподавательский этаж общежития. Вид отсюда был чудесен. Бывшая площадь была как на ладони.

В витиеватом сплетении ручьев Огненной реки с пересеченной местностью, усеянной рвами и пригорками, был некий философский баланс. Особенно радовали глаз Октопусовы студенты, медленно утрамбовывающие своими деревянными телами последние пути отступа для шайки, скучковавшейся в самом центре этого безобразия.

— Ммм… — неожиданно послышалось за спиной женщины. — Я уже сомневаюсь, стоило ли им пункт сто восемнадцатый втюхивать.

Гемарта, широко открыв рот, выдохнула сизоватый дым и вздохнула:

— Ну отчего же, вполне интересно получилось, коллега, — улыбнулась она, слегка повернув голову в сторону мужчины.

Звездунов, как всегда, выглядел как с иголочки. Вроде и одет прилично, и стрижка на каштановых волосах свежая, и голос серьезный… А взгляд-то шальной, так и бегает, словно кроме их двоих еще с десяток демонов вокруг наблюдает. Хмм… Может, и наблюдает. Зрачки Октопуса все еще были расширены, и дело было явно не в Гемартовой травке. Здесь скорее проявился эксперимент Ананьева.

Сделав едва уловимый пасс рукой, Октопус присел на плетеное кресло, появившееся по его мановению, и откинулся на спинку. Между ним и Гемартой тут же появился маленький круглый столик, идеально чистый и яркий, словно только что из мастерской. Мужчина не глядя подхватил с доселе пустого столика стакан с прохладным зеленым чаем и звучно отпил.

— Что Вы наговорили Его Высочеству о моих студентах? — спустя минуту поинтересовался он, не спуская взгляда с представления на площади.

— Правду, — пожала плечами деканша и улыбнулась, подыгрывая. Хочет говорить на «Вы» — пускай говорит, ей даже нравится. — По-моему, он не так понял.

— Я заметил, — кивнул Октопус и снова сделал глоток. — Вы добились чудесного эффекта.

— Вы

не против? — Гемарта даже обернулась на него, удивленно переваривая прозвучавшую фразу.

— Обычно отсев проводится во время экзаменов… А сегодня я имею честь наблюдать его в неурочное время.

— Будете избавляться от слабых? — спросила женщина, уже полностью развернувшись к нему.

— Еще не решил. — Звездунов поставил пустой стакан на столик, и тот мигом исчез, оставив столешницу девственно чистой. Он поднял взгляд на деканшу, и их глаза встретились. — Слабость не порок, особенно если знаешь, как ее использовать. Мне понравился ваш вариант. Жаль, послушникам не подойдет. — Он демонстративно поправил испорченный помадой воротник.

— Так и хочется сострить на эту тему, — мягко улыбнулась Дич. Октопус и сам ответил ей улыбкой и чуть подался вперед, отчего его дыхание стало ощутимым на ее коже. — Вы ведь хотите поучаствовать в авантюре? — спросил он тише.

— А Вы говорите таким тоном, словно соблазняете. — Демонстративно поднеся сигарету к губам, Гемарта затянулась и выдохнула дым прямо ему в лицо. — Вы ведь соблазняете? — И, не дождавшись ответа, отстранилась и села в своем кресле ровно. Снова взглянула на разворачивающееся под носом поле баталий. — Что вы собираетесь делать?

— Всего лишь проучу одного змеелюда, — на полном серьезе ответил он.

— Ох, Окто… Нарвешься на неприятности, — покачала головой Гемарта, а темные глаза при этом взблеснули детским озорством. — Ну ладно. Соблазнил!

— Чудесно, — улыбнулся Звездунов. — Тогда, раз мы заключили сделку, не поведаете ли вы мне о той чудо-траве, которой надышалась наша прелестная Марита?

_______________________________________

От Автора:

Муза (в предвкушении) — Я хочу больше треша… Повеливаю, пиши!

Автор (укоризнено) — Пожалей моих четателей, мы двадцать глав описываем Пятницу!!!! У меня еще даже вечер не настал!

Анонис (почесывая лысый затылок) — а можно хотя бы шапочку мне? А то неудобно как-то…

Говорят, чтобы попасть учиться в Высшую академию демонизма и магии, надо быть личностью выдающейся. А если удивить приемную комиссию нечем, то хотя бы размер кошелька продемонстрировать, или, если судьба не обделила осведомленностью, родословную задекламировать наизусть, по всем ветвям. Бывали случаи, когда размер кошелька мерк по сравнению со степенью неразборчивости родственничков абитуриента. А если степень неразборчивости еще и с хорошим объемом магии дружила, тогда уж вставал вопрос о том, которому поступающему отдать предпочтение: чистокровному ханже или многокровке-недоучке…

Вот взять сестричек-фей — чистокровные девчата, ни грамма примеси. Оттого и силы у них в лучших традициях их вида, и родовая магия присутствует, и семейное влияние велико.

А Веленка? Вроде и наяда, и в любимых тетушках — Горгона… А с собственным оборотом девчонка не дружит, в камень заглядевшегося парня тоже не превращает…

Когда бедняжка пришла поступать, приемная комиссия на час закрылась в кабинете, решая, что с таким чудом-юдом делать. Характер ни для раздорников, ни для хранителей не подходил… а объём силы был такой, что ни к артефакторам, ни к инженерам не запихнешь, словно и не воплощенный дух перед ними, а силовой накопитель… Причем взрывоопасный. Хуже всего было то, что девчонка явно страдала нервным расстройством, из-за чего была вдвойне опасна.