Чтение онлайн

– Спортивная академия? – переспросила Акико. – Та, куда ты давно мечтала попасть, да? А где она? Далеко от моей школы?

Я по-доброму засмеялась.

– Далековато будет.

Сестренка посмотрела на меня искренним, незамысловатым взглядом, который источал теплотой и восторгом.

– Как же здорово! – сказала она. – А меня туда возьмут? После двенадцатого класса? Спортивная академия звучит как раз по мне! Я же спортсмен!

Акико живо соскочила со стула и принялась демонстрировать элементы разминки, выточив их, очевидно, на уроках физкультуры. Каждое движение она выполняла с особым старанием, привлекая изумленные взгляды с соседних столиков. Как только она закончила, вся летняя веранда

залилась аплодисментами. Акико поклонилась каждому и уселась обратно.

– Тебя бы взяли без экзаменов, – восхитилась я, без толики удивления подметив, как быстро эта десятилетняя девочка создала шоу.

– То-то же!

Для Акико история с Академией Ши-Ян претерпела глобальные изменения. Она была перемещена с воздуха на землю, расположена в регионах Тохоку или Хонсю, а может, где-то между ними, или вообще на горе Фудзи – местоположение постоянно менялось параллельно с взрослением сестры – сейчас она бы, конечно, в последнюю версию ни за что не поверила. Акико знала о моих занятиях медитации, спорта, ежеутренних пробежках. Пока мы жили вместе, она видела все своими глазами, и лет в семь начала активно спрашивать, почему я не хожу в школу и не собираюсь никуда поступать. В общем, пришлось придумать историю.

Которая отчасти является правдой.

Ну и, разумеется, в спортивной академии нет никакой магии, колдунов и заклинаний. Впрочем, и здесь я не солгала: в магии Ши-Ян заклинаний нет от слова совсем.

– Значит, ты все это время будешь в Уатэ? – с надеждой спросила Акико.

Мы уже шагали подходили к дому, наевшись до отвала мороженым и напившись коктейлей и кофе. Я крепче сжала руку сестренки и ответила:

– Да. Если ничего не случится, я останусь с тобой до лета.

– А что может случиться? – недоуменно потрясла она головой.

Повисла пауза. Я закусила губу, перебирая в голове всевозможные варианты ответа, и в итоге ничего не сказала, лишь дернув плечом. Зайдя в арку, я остановилась во внутреннем дворе и обняла Акико.

– Я тебя люблю, – прошептала я.

– Я тоже, – растерянно похлопала она меня по спине. – Мне тебя не хватало.

Изэнэми-сан, только мы появились на пороге дома, звала на обед, пока Мизуки любезно помогала на кухне. Ее знакомство с Акико прошло замечательно, обе вежливо улыбнулись, Мизуки указала на неподдельную красоту девочки, и, пожалуй, моя подруга еще никогда не была столь мила. Изэнэми-сан привезла дедушку в инвалидном кресле, сурово нахмурившим брови. Он сердито смотрел на меня через стол, когда начался обед. Я то и дело отводила взгляд, чувствуя себя до отвращения неловко. Поскольку дедушка не разговаривал, Изэнэми-сан всячески пыталась вовлечь его в беседу, поясняя то или другое и делясь новостями. Думаю, она заметила его свирепый взгляд, устремленный в мою сторону.

Наверное, как и все.

Мы с Акико едва притронулись к еде – поход в кафе места в желудке не оставил, посему мы больше находили разные темы для разговора и обсуждали их. Мизуки активно поддерживала, а Изэнэми-сан коротко комментировала в сопровождении скромной улыбки. Отчасти наше застолье вернуло меня в ту старую добрую атмосферу, царящую во времена, когда дедушка чувствовал себя лучше и мог ходить. Мы так же собирались на этой кухне или в гостиной, смеялись, беседовали о важных событиях, интересовались, кто и как провел день. В какой-то момент я потеряла нить обсуждения, предавшись ностальгическим воспоминаниям.

После обеда Изэнэми-сан во всю убирала посуду, добродушно заверив нас с Мизуки, что справится сама.

– Могу ли я попросить тебя, Коан, отвезти Наохико-сана в его комнату? – спросила женщина.

Конечно, уход за дедушкой являлся ее работой, но я никогда не отказывала Изэнэми-сан в помощи.

Тем более, я прекрасно осознавала мотив ее просьбы. Стоя возле полупустого стола, я обернулась к дедушке. Тот по-прежнему буравил меня черными как дно океана глазами.

– Конечно, – робко сказала я.

Нервно обошла дедушку, взялась за ручки инвалидного кресла и не спешно привезла его в пустую, зашторенную гостиную. Свет сюда просачивался еле-еле. Оставшись наедине, я села напротив деда на корточки и накрыла ладонью его исхудавшую руку.

– Что не так, скажи мне? – взмолилась я. – Почему ты мне не рад?

Он раздраженно дернулся и покачал головой. Столько ярости и злости, отражавшихся в его глазах, я прежде не видела. Но я заметила в них что-то еще.

Боль.

– Я понимаю, ты не можешь произнести это словами… Может, получится через магию?

Я сжала его ладонь крепче и мыслями пыталась проникнуться вглубь его души, но вдруг дедушка выдернул свою руку из-под моей и оттолкнул меня, снова замотав головой. Плед, который укрывал его ноги, измялся и наполовину слетел на пол. Дедушка ухватился за край, потянул плед к себе и посмотрел в сторону зашторенного окна, откуда едва проникали солнечные лучи. Скорбящая боль, сотней морщин отражающаяся на его бледном лице, по-прежнему вводила меня в ступор.

– Хорошо, – решительно поднялась я на ноги. – Не хочешь – не надо. Я сама выясню, в чем дело.

Но выяснялось с трудом. Точнее сказать, не выяснялось вовсе. Дедушке хватало сил блокировать мою магию, сколько бы я не уговаривала его. Я видела, что он отчетливо слышал каждое мое слово, понимал фразы и их суть. Что уж говорить: он пользовался магией, насколько здоровье позволяло, а это прямое доказательство, что его разум ясен. Он просто не хотел оставаться со мной наедине, соглашаться на магический контакт, позволив мне прочесть его мысли, чуть что – мотал головой и начинал издавать протяжные завывания – так он звал сиделку. А я, смахивая слезы, убегала. Видимо, проблема действительно во мне.

В моей жизни началась затяжная стадия, которую я обозначила как «потерянная». Следовало заглянуть внутрь себя, покопаться в своих мыслях, поступках, намерениях и, наверное, даже планах на будущее – то, чем я своеобразно поделилась с Акико. Стадия эта была неизбежной, но ввиду разного сорта событий отодвигалась на дальний план.

«Реализуй давно забытое дело», – слушала я внутренний голос.

По приезде в город призраков, я действительно намеревалась продолжить тренировки и время от времени медитировать. С последним получилось лишь раз или два, и посему все полетело в тартарары. Например, обрести себя через медитацию я не могла. Разучилась, видимо. А последняя попытка в парке Мекксфорда не увенчалась успехом. Тренировки следовало соблюдать по строгому расписанию, как прием таблеток у дедушки. Без отлагательств, без неуважительных поводов для отмен и переносов на «лучший день». Лучший день придет в минуту, когда моя воля заработает как идеально налаженный механизм.

В Уатэ над местной речушкой пролегал широкий мост, гремевший под тяжестью проезжавших по нему машин. Одна из бетонных колонн, скрепленная железным основанием, величественно держала часть моста у берега, где я обычно тренировалась. Берег всегда пустовал, отсутствие ухода превратило его в «скрытное местечко», заросшее кустами и деревцами по периметру и обставленное разными строительными блоками, с трудом прошедшими проверку временем. Видимо, из берега собрались взрастить площадку для отдыха, но идею забросили на каком-то строительном цикле. Ни единой души, ни одного рыбака или рыбачки, с удочками корпевшими над мелкой добычей. Удивительно, но это место, похоже, нравилось одной мне.