Ключ от бездны
Шрифт:
– Мы ничего не сделали, чтобы остановить его.
– Ты твердишь это как заклинание и продолжаешь бездействовать! – Верховный служитель побелел от гнева. Он не понимал великого Ва-Лерага, не понимал, зачем тот отправил в Улхур сына, и каждый день молил богинь о возвращении Сидмаса, зная, что Креламета уже нет на земле. Его отец, нарушив клятву верности своему господину, покинул маакорскую землю и увел воинов к Гефреку, поджидая Кхорха близ ущелья. Для сотника война уже началась. А вот хозяин Ахвэма выжидал. Чего? Нападения? Неужели страх перед Кхорхом был так силен в его душе?
– Мы
– Молю тебя! – Бамин-Ат упал на колени. – Сделай хоть что-нибудь! Защити нас!
Астеман поднялся, толкнув ногой ящик:
– Ты не заметил, что пал перед марлогом? Вот истинный наш господин. И все мы должны поклониться ему, пока не поздно! Если примем власть зверя, спасемся!
– Ты обезумел, господин! – жрец с ужасом посмотрел на Астемана.
– Я знаю, - ответил тот спокойно. – И еще знаю, что от проклятья нас избавит только чудо…
Тяжелые тучи затянули небо над Дэнитом. Слепые марлоги ненавидели солнце и тот, кто направил их на земли корнуотов, заботился о том, чтобы светлый бог рогатых не помогал своим потомкам. И уже чувствовали дети бездны близость жертв с горячей кровью. Там, впереди, были леса – конечная их цель. И они не уйдут, пока не утолят безумный голод. Сыны Арахна не знают ни страха, ни усталости. Всё, что им нужно – исполнить приказ отца, пришедший от хозяина, да напиться свежей крови.
Жажда гонит их дальше! Всё ближе марлоги к Арбошу, и с жадностью ловят сладкий запах живой плоти.
– Они уже пришли! – восседая на сером жеребце, говорил великий князь корнуотов, славный Ирвик, обращаясь к войску дружинников. Золотистая кольчуга покрывала его широкую грудь, ветвистые рога были выкрашены в красный цвет, во славу бога войны Ису-Атума. Много веков корнуоты слыли самым воинственным народом Апикона и не сложили мечей, вступив в союз Трех царей. И продолжали воевать с северными марами, охраняя свои леса. Новый враг, пришедший с юга, не страшил их. – От братственного Ахвэма явились послы с просьбой о помощи. Мы были готовы, но оказалось, что Улхур готовил для нас первый удар. Марлоги уже в Дэните. И мы встретим их достойно! – улыбаясь, он поднял меч, держа его обеими руками и направляя острие к земле. – Пусть начнется кровавый праздник у Ису-Атума и его дочерей! Мы принесем им богатые дары – детей черного демона!
Единый клич дружинников был ему ответом.
И Ирвик повел войска из Варда, где сошлись все княжеские дружины, к Дэнитской долине, чтобы не допустить в священные леса детей демона.
К полудню они миновали пределы Вардовского леса, а к вечеру добрались до границ арбошских земель.
– Ш-ш-ш, - ведун великого князя, старый корнуот с тонкими рожками, как у косули, поднял руку. Войско остановилось. Ирвик удивленно взглянул на старца. – Лес, - проговорил тот, осматривая кроны. – Лес гибнет.
– О чем ты говоришь, мудрейший Агмунт?
– Смотри, владыка и слушай! Слушайте все!
Восстановилась тишина. Все казалось серым вокруг. И, прощально
шелестя, осыпались с крон редкие листочки.– Он плачет, - вновь заговорил ведун, - и говорит мне, что от Хаша идет огонь.
– Гибнет! – воскликнул князь нетерпеливо, - ты сказал, что лес гибнет!
– С марлогами пришло проклятье Кхорха, - хрипло произнес старец. – Преклонитесь перед детьми Арахна или погибнете!
– Арахниды не желают мира и не просили меня о нем! – возвысил голос Ирвик, зная, как послушны бывают корнуоты словам лесных ведунов. – Поэтому мы встретим гостей мечами!
Дружины двинулись за великим князем, омраченным пророчеством святого старца. В глубине души он уже поверил его словам, но честь воина не давала ему смириться с этим. Пусть звон мечей разобьет чары подземелий! И он, потомок славных воинов Арбоша отстоит свою землю!
– Марлоги!
Они напали внезапно, подкравшись близко к дружине великого князя, став пауками.
Торжествующий визг наполнил тишь леса и перед застигнутыми врасплох лесными людьми предстали жуткие твари. Марлоги были повсюду – на земле, деревьях, и казалось - их тьма. Только краткий миг разделял врагов.
И вот уже срываются с ветвей серые тени. Серые тени отрываются от земли. Острые зубы вгрызаются в плоть. Вонзаются в уродливые бледные тела мечи и копья.
Первый страх перед злобным зверьем прошел и корнуоты стали теснить марлогов. Но тех не становилось меньше, словно уже убитые поднимались вновь и вновь и с утроенной яростью бросались на рогатых.
– Они слепы, – насадив летевшего сверху марлога на меч, прохрипел Агмунт. – Слепы!
Развернув мощного жеребца, укрытого тяжелой шкурой, ведун прорвался к свободному от деревьев участку, шепча заклинания и волоча у седла мертвую тварь.
Остановив жеребца и ухватив марлога за шкирку, старец легко поднял его и отсек голову.
– Я призываю духов дождя! – прокричал он, орошая кровью существа землю вокруг себя.
– Я призываю духов леса защитить меня от чар демонов, имя которым Севау и Бебаи! – и, бросив труп, Агмунт воздел руки к небу, быстро уменьшаясь в размерах, и обернулся вороном. Сделав круг над полянкой, птица взмыла вверх, в наливающееся синевой небо…
Хлынувший кровавый ливень сбил с толку боящихся воду тварей. И они отступили, чувствуя повсюду только запах собственной звериной крови. Недолгим был бой, и первые орды марлогов полегли на самой границе арбошских лесов.
Но братья их уже шли следом…
Теперь марлогов часто видели ночами на окраинах леса. Они появлялись небольшими стайками и рыскали в поисках пищи, обращаясь в пауков при малейшей опасности.
Войска Ирвика разбили лагерь близ Дэнита, ожидая нового нападения уже несколько дней. Князю всё больше казалось подозрительным такое затишье, он знал, что марлогов втрое больше, чем тех, что напали на его дружину.
– Эти твари что-то затеяли, - сказал он, глядя на долину с узкой террасы, выстроенной между стволами гигантских сосен.
– Марлоги не ушли, их стало еще больше, - отозвался Агмунт, ставший героем первой битвы с улхурцами. – Но я не могу понять, где они теперь. И вижу только темноту.