Клаустрофобия
Шрифт:
Единственной проблемой всё ещё оставалось точное определение моего положения на местности. Ведь до этого я шёл по дороге, а сейчас забрёл в самую глушь. А так как солнца здесь особо не видно, то придётся использовать старый метод, которым со мной поделился Аплотий. Собственно, ничего сложного в нём не было и суть его состояла в том, что мох и всевозможные лишайники росли гуще с северной стороны. Правда я так и не узнал, что же означает сторона севера. Но это и не важно. Главное, теперь я могу достаточно точно определить нужное мне направление. И если особо не петлять, то, как раз на этот пресловутый север мне и нужно было идти. Хотя у меня было предположение, что это то место где гораздо холоднее, чем
Что ж, мои предположения подтвердились, когда я явственно стал ощущать запах гари. Он постепенно усиливался, и вскоре мне стали попадаться уже обгорелые деревья. К счастью из-за высокой влажности древесины и прошедшего пару дней назад хорошего ливня пожар не распространился дальше определённого радиуса от точки падения дирижабля. Ну а для меня это был настоящий проводник к самому эпицентру крушения.
Спустя почти час я, минуя очередной покрытый пеплом ствол, оказался на вершине небольшого холма, откуда открывался замечательный вид на произошедшую катастрофу.
Мысли о том, что я хотел лишь взглянуть издалека и постараться быть осторожней мгновенно выветрились из моей головы. Я ринулся вниз, особо даже не следя за скоростью своего спуска. За что, собственно, и поплатился, преодолев последние пару шагов почти кубарем. Затормозив только у самого остова небесного левиафана, я поднялся и, отряхнувшись, принялся осматривать место происшествия.
Здесь мне с первых секунд было понятно, что никто при таком крушении выжить не мог. Удар о землю был настолько силён, что земля словно расплескалась от его мощи, а закончил дело взорвавшийся газ, что оставался в баллонах. Так что, передо мной была просто груда обломков, где только металлические части хоть как-то сохранили свою форму. Остальное же, выгорело дотла.
Тем не менее, я продолжил свои поиски в надежде найти хоть что-нибудь ценное или полезное для себя. Конечно, это стоило бы назвать мародёрством. Но думаю, любой мальчишка из нашего поселения поступил бы так же. И тут скорее срабатывает не банальная жажда наживы, а желание выпендриться. Чтобы при рассказе ещё и подтвердить свои слова какой-нибудь занятной вещицей. Дескать, смотрите, у меня и подтверждение есть, я не просто какой-нибудь пустобрех.
Уже после полудня, когда солнце поднялось так высоко, что светило мне прямо в макушку, я решил остановиться и сделать перерыв на обед. А после короткого отдыха двинуться дальше. Так что, отойдя на пару десятков шагов, я, примостившись у непонятно как здесь оказавшегося валуна, принялся разводить костёр. Уж очень мне хотелось поесть чего-нибудь горячего.
К счастью, полуобгорелых деревяшек здесь валялось в избытке, и я быстро, собрав нужное количество дров и воспользовавшись искровиком, разжёг огонь на удивление быстро. Затем, разместив над пламенем котелок на специальной треноге, вылил внутрь остатки воды, чтобы сделать этакую вариацию лесной похлёбки. Пока вода закипала, я принялся разгребать свои “сокровища”. Так я про себя называл вещи, найденные в остатках дирижабля.
Итак, передо мной, очищенные от копоти и сажи, лежали: что-то похожее на гвоздь, но со странной восьмиугольной шляпкой, осколок стекла странного тёмно-фиолетового цвета и прямоугольная дощечка, сделанная из удивительно лёгкого, но в тоже время прочного материала, вся поверхность которой был покрыта извилистыми соединёнными в прихотливый рисунок линиями серебристого цвета.
Что ж, негусто, конечно. Возможно, это действительно просто мусор, но на всякий случай я сложил найденные предметы в небольшую тряпицу и тщательно упаковал на дне рюкзака. Затем, пообедав уже готовой похлёбкой, чуть передохнул и отправился в путь. По моим прикидкам,
до вечера я успею пройти довольно большое расстояние, если, конечно, не заплутаю где-нибудь.Углубившись порядочно в лес, я понял, что мне всё-таки придётся отклониться от намеченного маршрута, так как последнюю воду я истратил на приготовление еды. И сейчас меня совершенно не кстати начинала мучать жажда.
Решив более внимательно осматривать местность, по которой я шёл, чтобы увидеть малейшие признаки водоёма, я отправился дальше. Идти было сравнительно легко, особого бурелома или непроходимых зарослей мне не встречалось.
Удивительно, но размер деревьев неукоснительно соблюдался таким же огромным. Казалось, я иду по стране великанов, настолько большими были окружающие “зеленые титаны”. Впрочем, многочисленные кусты и сочная трава почти по колено так же показывали, насколько вольготно себя здесь чувствовала любая растительность.
Ещё поражали окружающие звуки. Эта смесь шума ветра и шелеста ветвей, вместе с далекими выкриками птиц и редким рёвом каких-то крупных животных. К счастью, я существенно выделялся в этой среде обитания, запахом, звуками, мной издаваемыми и, конечно, внешним видом. Именно поэтому возможные хищники держались от меня подальше, предпочитая не связываться с неизвестным существом. Разумеется, всё это было до поры до времени, пока я не буду “нагло” себя вести на чьей-нибудь охотничьей территории. Вот тогда у меня, возможно, и возникнут проблемы. Но пока всё было в норме, да я и не старался привлекать к себе ненужного внимания.
Неожиданно моё довольно спокойное путешествие было прервано довольно громким шумом, что доносился откуда-то слева. Решив не испытывать судьбу, я, чуть присев, спрятался за ближайшим древесным гигантом. И, как оказалось, вовремя.
Мелькнувшая было вдалеке, бурая туша быстро приближалась, отчётливо громко похрюкивая и стуча копытами. Похоже, это дикий кабан, зверь опасный, если его рассердить и в тоже время очень вкусный. Я знал о нём из рассказов Хотея, нашего охотника. Да и мясо кабанчика пробовал пару раз.
Но сейчас мне почему-то показалось, что это настоящий монстр, так ужасающе он выглядел. Да и размер у него был внушителен. Оставалось понять, что могло испугать такого здоровяка, что он несся, не разбирая дороги.
Спустя мгновение я увидел того, кто преследовал животину и, скажу честно, в этот момент мне захотелось оказаться как можно дальше от этого места. Гибкая пятнистая тень буквально скользила по земле. Этот странный хищник напоминал обычного кота, которых у нас в поселении тьма тьмущая, но вот его размеры и повадки были совершенно другие. Не сказать, чтобы он выглядел, как-то ужасно или пугающе. Скорее, в нём была даже своеобразная красота. Эти рельефные мускулы, проступающие сквозь серебристый мех с темными пятнам, и напряженный кончик удивительно пушистого хвоста. Прищуренные глаза цвета полуденного неба, внимательно следящие за убегающей добычей. В этом диком представителе семейства кошачьих все было органично. Казалось, природа создала это существо лишь для того, чтобы показать каким должен быть идеальный охотник.
Правда в ту же секунду я вернулся к более практичному ходу мыслей и стал планировать, что же мне делать, если погоня переместится ближе. Драться я не хотел совершенно, а убежать было попросту невозможно. Вон какая скорость у этого дикого кота.
К своему счастью, я даже не успел серьёзно испугаться, как сопящий в ужасе хряк пронёсся мимо, обдав меня запахом прелых листьев и собственных испражнений. Вслед за ним, постепенно сокращая расстояние, всё так же, практически стелясь по поверхности, промчался его преследователь. Я же, вжавшись в выступающие корни, постарался застыть, изображая из себя дополнительный фрагмент дерева.