Капитан Дональдсон
Шрифт:
– Чего тут рассматривать, Эндрю!
– усмехнулся Барков, - Вся ситуация налицо.
– Не перебивай. Я сказал "рассмотрим" не для того, чтобы просто "рассматривать", а для того, чтобы придумать, что нам делать дальше!
– сказал капитан.
– А-а! Ладно, валяй, - с улыбкой кивнул головой Барков.
– Связи с Ивонной нет уже третий день. Ночью "Рыцаря" тоже не видно. Боюсь, что с кораблём случилась какая-то, мягко говоря, неприятность. Не знаю, может, корабль просто перескочил на другую орбиту, и поэтому мы его не видим, а может, случилось самое страшное: на корабль напали, так же, как на "Эклиптику", и забрали его с собой. В этом случае мы можем остаться
– А почему бы нам просто не докопаться до воды? Ведь здесь же, наверняка, есть грунтовые воды, - предложил Адамс.
– Не понял, - сказал капитан, - Как это - "докопаться"? Чем это ты собрался копать? Лопат-то у нас нету.
– Бластером, конечно, - невозмутимо произнёс Адамс.
Все засмеялись.
– То есть я хотел сказать "лучом бластера", - поправился Адамс.
Его друзья рассмеялись ещё громче.
– Что я такого сказал?
– недоумевал Джо.
– Да ты знаешь, что только для того, чтобы выжечь лучом ямку глубиной в полтора метра, тебе придётся стоять с бластером несколько месяцев!
– пояснил ему Барков.
– А если все вместе?
– не унимался Адамс.
– Да, получится быстрее, но ненамного. Даже если поставить бластеры на максимум. Ведь это земля всё-таки, а не дерево. Да и к тому же это очень опасно!
– Почему?
– спросил Джо.
– Постой-ка, не шевеля рукой, несколько часов, да ещё с бластером! Да уже через четверть часа твоя рука задрожит, как у пьяницы, а луч будет так плясать, что запросто сможет срезать ноги у двух-трёх человек, стоящих рядом!
– Но даже если мы сможем прожечь этот "колодец", нам всё равно придётся ещё столько же времени фильтровать эту воду, прежде чем получить из неё водород, - добавил Ченг.
– Да, может, здесь вода не только "аш два о", а ещё куча всяких примесей! Поэтому если её не фильтровать, может получиться не водород, а чёрт-те что!
– сказал Дональдсон и, немного подумав, добавил: - Нет, такой способ добывания горючего нам не подойдёт.
– Так что же нам делать?
– спросил Адамс.
– Я думаю, мы должны куда-нибудь пойти и принести воду. У нас же есть несколько использованных емкостей из-под питьевой воды, - подумав произнёс капитан.
– А флайер?
– тихо спросил Свенссон.
– Оттащим его в лес и спрячем там.
– На руках?!
– воскликнул Митчелл.
– Ну почему обязательно на руках?! Вы что, меня совсем за диктатора держите?
– возмутился Дональдсон.
– Я включу антиграв, а вы будете легонько подталкивать флайер, держась за стойки шасси.
– Гениально!
– похвалил его Свенссон.
– Да, это мысль, - одобрил Барков.
– Но мне кажется, оставлять флайер просто так нельзя. Надо, чтобы кто-нибудь из нас охранял его. Так, на всякий случай, - заметил Огивара.
– Да, Таканори прав, - согласился Митчелл, - к тому же если Ивонне удастся связаться с нами, кто-то же должен принять её сообщение или "посылку".
– Думаю, для охраны флайера вполне достаточно двух человек, - решил Дональдсон.
– В таком случае я останусь, - невозмутимо произнёс Огивара.
– Так, ладно, Огивара. Кто ещё?
–
– Мм... Я, - неуверенно сказал Адамс. Было заметно, что в нём происходит внутренняя борьба, и Дональдсон заметил это. Было очевидно, что молодой астронавт разрывается между желанием остаться и помочь Огиваре и желанием пойти с капитаном.
– Точно?
– недоверчиво переспросил Дональдсон.
– Да, сэр.
– Ты уверен?
– Да, сэр.
– Ладно, остаёшься с Таканори.
– Спасибо!
– с улыбкой поблагодарил Адамс.
– Не за что. Ладно, ребята, давайте спать. Завтра денёк будет... трудный, - зевнув, проговорил Дональдсон.
* * *
На следующий день всё было сделано так, как задумано: капитан запустил антигравитационный двигатель, а его товарищи, ухватившись за стойки шасси, отбуксировали флайер к кромке леса. Там Дональдсон "прорубил" для флайера дорогу, выстрелив из лазерной пушки по деревьям, и после того как капитан задвинул крылья, флайер осторожно втащили в образовавшееся между деревьями пространство. В лесу Дональдсон выключил антиграв, и флайер мягко опустился на траву. Капитан же спустился по трапу на землю и полюбовался на результат их работы.
– Надо его на всякий случай закрыть чем-нибудь, - сказал он.
Все тотчас же принялись заваливать флайер ветками, и минут через двадцать он оказался полностью скрыт под большой кучей веток и листьев. Лишь внизу, на уровне трапа, и вверху, на стёклах кабины, оставили небольшие пространства свободные от веток.
– Неплохо, неплохо, - удовлетворённо произнёс Дональдсон, внимательно рассмотрев плоды их деятельности.
– Нормально, - коротко сказал Свенссон.
– Что, ребята, как думаете, понравится вам здесь?
– спросил капитан, повернувшись к Огиваре и Адамсу.
– Темновато, но, в общем-то, нормально, - кивнул головой Адамс.
– Пит?
– позвал Дональдсон.
– Да?
– отозвался Барков.
– Думаю, нам нужно вот как сделать: сейчас мы впятером пойдём куда-нибудь, найдём воду и принесём её сюда, сколько сможем. Затем здесь выделим из неё водород и наполним им баки. Думаю, полученного водорода вполне хватит, чтобы долететь до источника воды. А там уж можно будет заполнить баки под завязку. Правильно?
– Да, конечно. Не будем же мы бегать с емкостями взад-вперёд!
– Ну что, пошли?
– Пошли, - кивнул Барков.
– Джо, Таканори, до скорого!
– Пока!
– сдержанно попрощался Огивара.
– До скорого, командир! Удачи вам, ребята!
– помахал рукой Адамс.
Дональдсон, Барков, Свенссон, Ченг и Митчелл отправились обратно на поляну, где стоял недавно флайер.
– Куда пойдём?
– спросил Барков.
– Я думаю, вон туда - к югу, - поразмыслив, решил капитан.
– Там, по-моему, большое свободное пространство.
– Да, точно, - подтвердил Митчелл, - я видел, когда мы с Таканори садились.
Вся пятёрка дружно повернула на юг. Ноги астронавтов по колено утопали в жесткой оранжевой траве. Голубое солнце светило тускло, но воздух прогревался хорошо.
– Ну что, командир, о чём думаете?
– спросил Ченг.
– Да вот, на солнце здешнее смотрю.
– Вы ведь его уже видели, и не раз, - улыбнулся доктор.
– Да, видел, конечно. Интересное оно какое-то.
– И что же в нём такого интересного?
– с улыбкой поинтересовался доктор.
– Голубые звёзды обычно очень горячие, верно?