Чтение онлайн

– Не беспокойтесь, Док. Всё будет о'кей, - заверил его Дональдсон.
– Ну, что я, не понимаю что ли?!

Ченг промолчал, устало помассировав кончиками пальцев переносицу.

– Говорить-то он хоть может?
– спросил Дональдсон.

– Честно говоря, не знаю, командир, - пожал плечами доктор.
– Он пытался что-то сказать, но не смог. Да и к тому же я запретил ему говорить. Вполне возможно, что длительное кислородное голодание повлияло на работу некоторых участков его мозга. Так что, если у него повреждён речевой центр, он вам ничего не сможет сказать.

– Да, конечно, я понимаю.

–

К сожалению, я ещё не успел просканировать мозг мальчика. Поэтому о состоянии его рассудка я ничего не могу сказать.

– Так я могу идти или нет?
– нетерпеливо спросил капитан, опасаясь

как бы Ченг не передумал его впускать.

– Да пожалуйста. Кто вас держит-то?
– кивнул тот миролюбиво.

И недолго думая, капитан вошёл в "палату", как называлась небольшая каюта, совмещённая с "кабинетом" доктора Ченга.

Найденный ими мальчик лежал на кровати, опутанный многочисленными проводами и трубочками, представляя из себя довольно жалкое зрелище. Его тонкие как соломинки ручки безвольно лежали поверх белого одеяла, которым было накрыто исхудавшее тщедушное тельце. Измождённое лицо с запавшими глазами не выражало абсолютно ничего. Даже рыжеватые вихрастые волосы немного потускнели, как показалось капитану из-за света различных индикаторов. Вначале Дональдсон подумал, что мальчик уже умер. Однако, присмотревшись повнимательнее, он заметил, что его ресницы чуть-чуть вздрагивают.

– Привет, малыш. Ты слышишь меня?
– тихонько произнёс Дональдсон.

С трудом разомкнув веки, мальчик приоткрыл один глаз, мельком взглянул на него и тут же снова зажмурился.

"У него, наверно, болят глаза от непривычно яркого света. Он же там был в полной темноте", - догадался капитан, и, повернув рычажок на стене, до минимума уменьшил освещение "палаты".

– Ты меня слышишь?
– повторил он ещё раз.

С трудом разлепив пересохшие губы, парнишка что-то прошептал.

Дональдсон нагнулся к нему вплотную, чтобы получше его расслышать, но смог разобрать только два последних слова: "...муа мАма?"

"Иностранец. Скорее всего, француз", - подумал капитан.

– Ты говоришь по-английски?
– спросил он как можно мягче, стараясь ничем не испугать его.

– Я плохо... плохо говорить... по-английск, - с большим трудом отозвался мальчик.

– Как тебя зовут, малыш?

– Что?

– Кто ты? Как тебя зовут?
– повторил Дональдсон.

– Я понимать... плохо, - слегка покачал головой мальчик.

– Ну, вот я - капитан Эндрю Дональдсон, - указал на себя капитан.
– А ты? Кто ты? Назови своё имя, - попросил он, нежно положил руку ему на грудь.

– Я? Кто я?
– догадался, наконец, мальчуган.

– Да-да, правильно, - поспешно закивал головой Дональдсон.

– Я... я Жак... Жак ле Ру, - с трудом произнёс мальчик почти исчезающим голосом.

– Как ты себя чувствуешь, Жак?
– мягко поинтересовался капитан.

– Тепер мне много хорошо... только глаза плохо, - пожаловался паренёк, с трудом выговаривая английские слова.

– Не бойся, это пройдёт. Я свет убавил, чтобы тебе не было больно. Так хорошо?
– объяснил ему Дональдсон, сопровождая все слова красноречивыми жестами, чтоб он понял.

– Ви, хорошо. Мерси, месье... * - вежливо поблагодарил его мальчик по-французски,

и ещё раз взглянув на него, спросил: - Месье есть

капитэнн?

– ---------------------------------------

* Ви - Да (франц.)

– Да, я капитан Дональдсон, - подтвердил капитан.

– Месье капитэнн, где есть... муа мАма?
– едва слышно промолвил мальчик.

– Не волнуйся, Жак, она... в общем... я найду её... Постараюсь найти.

Отпущенное Ченгом время вышло, и доктор зашёл напомнить об этом.

– Всё, командир, заканчивайте, - сказал он, подойдя к Дональдсону.

– Да, я уже ухожу, - засобирался капитан.
– Извини, Жак, я должен тебя покинуть. Но я ещё приду к тебе. Поправляйся!

– Но где... муа мАма? И... и где я? Как... как я попадать... сюда?
– спросил Жак

– Твою маму я обязательно найду, а ты должен немного поспать, - попытался успокоить его Дональдсон.
– А потом я приду, и мы с тобой ещё поговорим. Хорошо?

– Ви, месье, - послушно сказал Жак по-французски.

– Вот и славно!

– Мерси, месье.

– Не за что, малыш, не за что!
– улыбнулся в ответ Дональдсон.

Когда капитан вышел из "палаты", Ченг поманил его к себе пальцем:

– Как он?
– вполголоса спросил доктор, кивнув в сторону своего пациента.

– Не волнуйся, он выглядит замечательно!
– так же тихо ответил Дональдсон.

– Вот это организм!
– восхищённо произнёс Ченг.
– В его-то возрасте такое пережить и остаться в живых! Невероятно!

– Да-а, крепкий парнишка!

Поблагодарив доктора, Дональдсон направился в рубку. Ван Мейер, как всегда, сидела там за компьютером.

– Ты уже просмотрела диски?
– спросил капитан, подойдя к ней.

– Да, вот только что закончила, - ответила она, указав на монитор.

– Ну и как?
– поинтересовался капитан.

– Да странно всё как-то, командир, - недоумевающее пожала плечами Ивонна, - аудиозапись разговоров в рубке обрывается буквально на самом нужном месте. То же самое и с видеодисками - запись

доходит до определённого момента, а дальше стёрто.

– Что значит "стёрто"?!
– удивленно воскликнул Дональдсон.

– Вот так, стёрто - и всё тут, - спокойно ответила Ивонна.

– Не понимаю!

– Пожалуйста, можешь сам посмотреть, - она нажала несколько клавиш, и на голографическом мониторе появилось изображение коридора пассажирского салона "Эклиптики". В "поле зрения" видеокамеры изредка попадались прогуливающиеся туда-сюда пассажиры и спешащие по своим делам стюарды.

"Вот ведь как бывает, - подумал Дональдсон.
– Ещё совсем недавно там вовсю кипела жизнь, а сейчас..."

Внезапно картина на мониторе изменилась. В конце коридора над входом зажегся красный плафон "Внимание. Опасность". Одновременно с этим зычный голос диктора приказал всем пассажирам занять свои места в каютах. Тут поднялся переполох, и пассажиры быстро попрятались кто куда. На несколько минут в коридоре воцарилась мёртвая тишина. Всё замерло. Внезапно послышался свистящий звук выстрела из лазерного пистолета, створки большой входной двери раздвинулись...
– и тут видеозапись резко оборвалась, и весь экран заполнился всполохами.