Чтение онлайн

Относительно же содержания термина «уголовная политика» единства мнений не достигнуто. Диссертант разделяет позицию сторонников широкой трактовки данного понятия, рассматривая уголовную политику как направление специальной деятельности социалистического государства в области борьбы с преступностью в целом, как стратегию и тактику этой борьбы.

По мнению диссертанта, содержание уголовной политики охватывает сложный комплекс проблем и включает в себя:

– разработку партийно-государственной концепции (доктрины) борьбы с преступностью и тесно связанными с последней другими формами антиобщественного поведения, т. е. директивно-установочной платформы (руководящих идей, принципов, директив, требований, задач и целей) в этой области;

– перевод выработанных концепций в сферу практических мероприятий по реализации уголовной политики; определение основных направлений борьбы с преступностью и

«фоновыми» явлениями, выделение в ней ударных точек, аспектов и акцентов, выбор оптимальных и допустимых в этой борьбе мер;

– разработку целевых программ, стратегических планов борьбы с правонарушениями (на основе программно-целевого подхода к ее планированию); определение конкретных форм и способов практического осуществления намеченных мероприятий; обеспечение координации деятельности и взаимодействия субъектов уголовной политики;

– обеспечение оптимально возможного воздействия на факторы, детерминирующие преступность, в целях ее сокращения и преодоления в ней негативных тенденций; подготовку и внедрение в практику деятельности субъектов общесоциальной и специально-криминологической профилактики рекомендаций, направленных на повышение эффективности предупреждения преступлений;

– установление общих положений и принципов уголовной ответственности; признание преступными деяний, представляющих повышенную степень опасности для общества, и исключение некоторых из них из разряда преступных с учетом изменений, происходящих в материальной и духовной жизни общества (криминализация и декриминализация); законодательное определение видов и размеров уголовного наказания, а также оснований, при которых возможен отказ от его применения в отношении отдельных противоправных деяний (пенализация и депенализацпя); внесение в необходимых случаях изменений и дополнений в действующее законодательство по борьбе с преступностью;

– обеспечение неотвратимости ответственности за каждое совершенное преступление, ее дифференциации и индивидуализации; оказание (посредством применения уголовного наказания, мер административного, общественного, иного воспитательного воздействия, принудительных мер медицинского характера) оптимального в целях специальной и общей превенции воздействия на виновных;

– обеспечение эффективности исполнения уголовного наказания, заменяющих и подкрепляющих его мер, исправления и перевоспитания лиц, совершивших преступления;

– обеспечение действенной социальной адаптации (ресоциализации) лиц, отбывших наказание.

Одним из приоритетных направлений уголовной политики является борьба с насильственной преступностью в целом и с тяжкими насильственными преступлениями в особенности. Работы диссертанта преимущественно и посвящены исследованию возможностей уголовной политики в данной сфере [35, 365–368; 40, 46–51; 44, 110–118; 47, 64–67; 52, 163–171; 63].

III. Анализ криминологической ситуации в сфере борьбы с тяжкими насильственными преступлениями, тенденции насильственной преступности.

Исследования тенденций насильственной преступности за минувшую четверть века [1, 5–21; 2, 45–49; 39, 47–49; 55, 71–78; 61, 73–77; 64] свидетельствуют о в целом неблагоприятных количественных и качественных ее изменениях.

Указанные неблагоприятные тенденции в немалой степени стимулировались теми застойными, предкризисными явлениями, элементами социальной коррозии, о которых говорилось на XXVII съезде партии и последующих пленумах ЦК КПСС, XIX Всесоюзной партийной конференции. Следствием этих негативных процессов явились конформизм и приспособленчество, «двойная мораль», социальная апатия, бездуховность, равнодушие, скептицизм, поразившие общественное сознание и приведшие к определенной дегуманизации отношений между людьми, снижению уровня социальной сплоченности, распространению агрессивности, бытовой конфликтности и других криминогенных явлений (обесценению человеческой жизни, отчуждению, нереализации потребности в самоутверждении и т. д.). Этому способствовали также возрастающая алкоголизация и наркотизация отдельных групп населения, рост нервно-психической заболеваемости.

По сравнению с криминологической ситуацией, сложившейся в 60-е гг., к началу 80-х гг. был зафиксирован значительный рост как абсолютных, так и относительных показателей, характеризующих регистрацию тяжких насильственных преступлений. Так, за период с 1966 по 1980 г. коэффициент интенсивности зарегистрированных умышленных убийств и изнасилований в расчете на 100 тыс. человек населения увеличился примерно на одну треть, а умышленных тяжких телесных повреждений – в 2,2 раза.

Тенденции к росту насильственных преступлений в течение длительного времени были достаточно устойчивыми. Наиболее интенсивно они проявлялись

в сельской местности, городах-новостройках, быстро развивающихся городах, поселках городского типа и исправительно-трудовых учреждениях.

В последние годы удалось, однако, приостановить количественный рост тяжких насильственных преступлений, а в 1985–1987 гг. добиться их существенного снижения (по сравнению с началом 80-х гг.). В 1987 г. в целом по стране по сравнению с 1980 г. коэффициент интенсивности убийств уменьшился на 35,8 %, тяжких телесных повреждений – на 40,2 %, изнасилований – на 22,2 %.

По мнению диссертанта, наиболее существенную антикриминогенную роль сыграли здесь следующие факторы: оздоровление социальной обстановки в процессе происходящих в стране революционных преобразований; твердо проводимая в жизнь линия на укрепление государственной и общественной дисциплины; активизация борьбы с пьянством и алкоголизмом после известных решений партии и правительства в мае 1985 г.; значительное улучшение регистрационной дисциплины в органах внутренних дел; усиление в этой связи борьбы с хулиганством, а также с другими криминальными деяниями, создающими почву для опасных посягательств на личность (угрозами убийством, легкими и менее тяжкими телесными повреждениями, истязаниями, незаконным владением оружием). Немаловажную роль сыграли и некоторые изменения в демографической ситуации. Речь, в частности, идет о сокращении доли наиболее криминально активного населения (подростков и молодежи) как следствии снижения рождаемости в 60-е гг. и в начале 70-х гг.

Говоря о количественных тенденциях насильственной преступности, диссертант в своих работах неоднократно указывал на их неустойчивость, определенную цикличность, что подтверждается, в частности, изменениями в худшую сторону криминологической обстановки в 1988 г.

Особое внимание в работах диссертанта уделено исследованию качественных (структурных) изменений насильственной преступности. Здесь выявлен ряд неблагоприятных тенденций.

Повышается степень общественной опасности отдельных категорий насильственных преступлений, возрастает тяжесть причиняемых ими последствий. На фоне в целом бытового, ситуативного характера современной насильственной преступности увеличивается удельный вес организованных, заранее подготовленных преступлений, нередко отличающихся особой дерзостью, изощренностью, жестокостью. Так, если в начале 60-х гг., по данным выборочных исследований диссертанта, предумышленным было каждое третье-четвертое убийство, то в начале 80-х гг. – каждое второе-третье.

Среди лиц, совершающих рассматриваемые преступления, возрастает доля злостных, особо опасных, «привычных» преступников со специфической (агрессивно-насильственной) направленностью. Например, из числа изученных диссертантом убийц около половины составили субъекты именно с такой направленностью. Типичные черты их личности: крайний эгоцентризм, озлобленность, агрессивность, жестокость. Акты насилия есть привычный для них поведенческий стереотип.

Происходит увеличение доли тяжких преступлений против личности в так называемой маргинальной (социально неустойчивой) среде. Речь идет об известном слое деклассированных и полудеклассированных элементов (тунеядцы, бродяги, алкоголики, наркоманы, социально не адаптировавшиеся субъекты с уголовным прошлым, проститутки, сутенеры, сводники и т. п.). Тяжкие насильственные преступления они совершают из хулиганских побуждений, на почве мести, ссор, сведения счетов, стремления скрыть или облегчить совершение другого преступления. В последнее время отмечается повышение криминальной активности подобных лиц. Исследование показало, что в их среде локализована половина всех убийств и тяжких телесных повреждений.

Повышается и интенсивность виктимизации представителей данного маргинального слоя. Здесь нередко лишь случай решает, кто станет жертвой, а кто – преступником. Объясняется это тем, что у правонарушителей и потерпевших обнаруживаются сходные деформации нравственного и правового сознания. Насилие над личностью – своеобразный стереотип общепринятого среди таких лиц поведения.

Увеличивается удельный вес особо жестоких преступных посягательств на личность, нередко совершаемых с элементами цинизма, глумления над людьми, садизма. Сравнительный анализ большого числа уголовных дел данной категории за длительный период времени, а также результаты экспертного опроса сотрудников правоохранительных органов позволяют сделать вывод о возрастании жестокости современной насильственной преступности[1451].