Искатели миров
Шрифт:
– Он успел передать что-нибудь на корабль? – спросил Огерд. Фиксация любых данных в банках памяти корабля была первейшим правилом в подобных экспедициях.
– Нет. Ничего, – Руфус покачал головой. – И не должен был. Экспедиция проходила по протоколу «Мнемо», высшего уровня секретности. Брат Кромак прошел спецподготовку, к тому же была усилена его киб-колония. Полученные данные он имел право передать только трем высшим иерархам Братства.
– Стоит ли говорить, – продолжал магистр, – что при подлете к планете-цели наши люди увидели удаляющийся корабль, который, судя по всему, был независимым исследователем?
– Видимо на грунте не удалось найти необходимой информации, иначе вы не стали бы мне все это
– Именно, – Руфус кивнул, снова заходил по кабинету. – Нас опередил этот исследователь. Психоинформационный след разрушен начисто, достоверно установить удалось лишь, что на грунте действительно остатки брата Кромака и десантного бота экспедиции. Всё.
Встав около терминала, магистр Руфус пристально посмотрел на оперативника:
Брат Лезье, мы должны знать, удалось ли получить какую-либо информацию этим исследователям. К счастью, удалось считать идентификаторы корабля и отследить его курс. Он шел в район скопления Черепахи, однако резко изменил курс и сейчас приближается к Сольнитуму. Поскольку это ближайшая относительно цивилизованная планета, входящая в Империю, рискну предположить, что подобное изменение курса связано с серьезным заболеванием или травмой кого-либо из членов экипажа. Ваша задача – получить всю информацию, обнаруженную этой экспедицией. Никаких ограничений в средствах и методах. Понимаете? – голос магистра стал жестким. – Никаких.
Перелет от Форнито до Сольнитума занимает около двадцати часов объективного времени, и Огерд решил, что успеет выспаться. Активировав киб-симбиот на прокачку легенд, яхты и личной, он вытянулся в тесноватом, но ставшем уже родным боксе своей одноместной яхты «Дюна» и задумался. В фоновом режиме киб-симбиот выводил легенду – представитель торговой компании «Северные леса» Иомберг Иоллсон, сорок три биологических, цель прибытия – инспекция местного филиала компании, яхта арендована через сеть «Аренда без границ», ориентировочный срок пребывания на Сольнитуме – не более десяти местных суток, виза получена и подтверждена.
Стандартная легенда, стандартное по форме задание, хотя цель, безусловно, имеет огромное значение, причем не только для Братства. Все правильно – незачем привлекать к себе излишнее внимание. Он всегда предпочитал действовать по правилу «чем проще, тем лучше».
Впрочем, одна мелочь все же не давала ему покоя – появление Вольного Ангела в приемной Магистра Действия и слова магистра Руфуса о том, что любой техномаг готов пойти на всё, лишь бы получить доступ к свитками Ариоха.
Но информации для сопоставления, даже с привлечением киб-симбиота, не хватало, и Огерд предпочел погрузиться в сон.
В режим бодрствования он перешел за полтора часа до входа в таможенную зону Сольнитума.
К тому времени зонды, выпущенные «Дюной» в то время, как Огерд спал, уже вовсю передавали для анализа корабельным Кибом потоки местных инфосетей, данные, снятые с портовых регистраторов, перехваты разговоров муниципальных служб и полиции. Конечно, наглостью это было несусветной, и будь это одна из Империум-Планет, Огерд бы даже и не пытался провернуть такую аферу. Но Сольнитум был торговой планетой, находящейся достаточно далеко, как от границ Империи, так и от зоны Метрополии. Иными словами – караван-сарай, уже много веков не знавший никаких напастей, кроме колебания цен на топливо и продовольствие. Так что, обнаружив при разработке макета задания, что кроме Таможенной службы Сольнитум прикрывает свои границы лишь автоматическими фортами, оснащенными даже не кибами, а примитивными комп-схемами контроля и ведения огня, Огерд довольно ухмыльнулся и отдал корабельному Кибу приказ на массированный выброс зондов и поточную обработку информации при подходе к планете-цели.
Выйдя из душевой кабины, Огерд прошлепал
к блоку питания, улыбаясь достал из фиксаторов здоровенную керамическую кружку и поставил ее в нишу комбайна. Негромко приказал:– Кофе, черный, стандартная программа.
И через несколько минут вальяжно развалился в пилотском кресле, потягивая ароматный кофе с гигантской порцией сахара. Огерд немного стеснялся своей плебейской манеры употребления благородного напитка и позволял себе расслабиться только во время таких вот одиноких перелетов. На грунте же старался быть незаметным и следовать привычкам среднего аборигена.
Активировался киб-симбиот и засигналил легкими фиолетовыми звездочками в уголке левого глаза. Мысленно приказав вывести информацию, полученную от корабельного Киба, на сетчатку, Огерд откинулся в кресле и полуприкрыл глаза.
Прихлебывая из чашки, он просматривал поток…
Та-а-ак… Данные регистрации. Ага. Вот он, независимый исследователь «Солнечный 2130», дата прибытия, время… Цель пребывания, да, Руфус был прав, срочная госпитализация Горана Иштовича, штатного Чтеца.
– Что, паренек, дверку захлопнул? – пробормотал Огерд, проматывая данные.
«Госпитализирован в городскую клинику № 26 города Лейк. Первичное обследование проводил врач-психодиагност Ян Зарев».
Оперативно, однако, и часа еще не прошло, а вся информация уже в муниципальном иифополе.
Негромко запиликал корабельный коммуникатор, и Огерд развернулся к пилотской панели, готовясь отвечать на вопросы чиновников и открывать порты корабельного Киба для скан-пакетов таможенной службы.
Под утро, закончив все необходимые формальности, внутреннюю зону порта покидал неприметный господин в строгом сером костюме, единственной отличительной деталью которого был корпоративный значок на лацкане.
Постучав в окошко рикши, он разбудил водителя и попросил отвезти в отель «Небесный отдых». Располагался отель через два дома от городской клиники № 26.
Распаковав небольшой чемодан, Огерд аккуратно поддел его крышку, потянул на себя. Встроенные сенсоры опознали хозяина, крышка плавно поехала вперед и вскоре чемодан превратился в удобный тактический анализатор, соединенный с симбионтом Огерда.
Раздевшись и сев по-турецки на кровати перед плавающим в воздухе кубом анализатора, Огерд сосредоточился на анализе поступающей информации. Проникнуть в сеть клиники труда не составило и Огерд уже нашел нужную ему палату, когда симбионт обратил его внимание на странное поведение модулей системы охраны клиники. Точнее – на полное отсутствие активности.
Отдав анализатору команду срочно сворачиваться и выходить из системы, Огерд перевел киб-симбиота в боевой режим.
Ему всегда казалось, что похожие ощущения должны испытывать наркоманы, получая долгожданную дозу. На какое-то время тело налилось тяжестью, словно вдруг резко увеличилась его масса, и одновременно стало невесомым, наполненным могучей всесокрушающей силой. Изменился режим зрения – Огерд видел струящиеся вокруг энергетические линии сетей отеля, тепловые контуры постояльцев, мог приблизить каждый из них и рассмотреть более подробно, при этом он продолжал видеть мир и в обычном спектре.
Выбрав режим максимальной мимикрии, Огерд открыл окно и выглянул на улицу. Внизу пять этажей, улица безлюдна. Осторожно встав на подоконник, он прыгнул, приземлился на полусогнутые ноги и побежал в сторону клиники. Он был уже около ее дверей, когда заметил медкар, резко стартовавший со служебной площадки. Не раздумывая, Огерд обогнул фасад клиники и перемахнул ограду.
Полная тишина и спокойствие. Темные силуэты медкаров. И белое пятно на бетоне. Человек в форме медика муниципальной больницы. Подойдя к телу, Огерд увидел стержень терминала, глубоко вошедший в висок убитого, и тихонько хмыкнул: «Интересно, кто же это такой прыткий?»