Идеальный Плутоний
Шрифт:
– Не заводись!
– Спасибо за ужин. Пойду, поработаю в кабинете, - Фрэнк к большому неудовольствию Лиз оставил свою посуду немытой и направился из кухни в другую комнату. Он отворил дверь своего кабинета и инстинктивно, привычным движением потянулся к выключателю, как вдруг понял, что здесь что-то не так. Он провел левой рукой от дверного косяка по обоям до выключателя и обнаружил здоровенную царапину на стене, которой раньше не было. Поэтому он не стал включать свет.
Он посветил фонариком. Действительно, царапина. Как будто кто-то надорвал обои лезвием ножа. Фрэнк оторвал их в этом месте и соскоблил краску. В стене был маленький
– Что это такое?
– спросила она.
– Я у тебя хотел узнать.
Они оба стояли и молчали не в силах что-нибудь понять.
– Так... я звоню Майку, он разберется. Должно быть, это какой-нибудь жучок.
Так и было. Майк, друг Лиз, приехал со своим чемоданчиком, где хранились самые различные устройства, начиная от жучков и кончая камерами, подтвердил диагноз.
– Это прослушивающее устройство. Похоже, вы во что-то сильно вляпались. Сделано очень профессионально. Я даже удивляюсь, как ты это заметил, Фрэнк.
Все трое сидели за столиком на кухне и попивали кофейку. Патрик давно лег спать - уже было полдесятого вечера.
– Но как? Каким образом?
– ломала голову Лиз, - нет даже следов взлома.
– Вспоминайте. Может, недавно произошло что-то необычное?
– А если жучок стоит с давних времен? Еще до нашего въезда в этот дом?
– Исключено, - помотал головой Майк, - жучки так долго не работают.
– А ты не ошибся? Вдруг эта деталь была необходима при строительстве дома? Это точно жучок?
– Ты сомневаешься в моей квалификации?
– изумился Майк.
– Уверяю, что лучшего хакера и специалиста по таким штучкам тебе не найти во всем Мемфисе.
– Видимо, кто-то что-то у нас искал. Произвел незаметный обыск.
– И, не найдя, поставил жучки, - подхватил Майк, - теперь остается узнать главное: кто за этим стоит?
3.
Фрэнк и Лиз с помощью Майка нашли еще пять таких жучков, по одному в комнате. Фрэнк ломал голову в раздумьях над тем, кому это понадобилось. Он подозревал, что кто-то подкапывается под их фирму. Полиция бездействовала - ей было просто не по зубам проверить всех клиентов фирмы на чистоту, тем более, что фирма, в которой работал Фрэнк, славилась тем, что работала только с "чистыми" деньгами - ни одной подозрительной сделки. Видно, поэтому прибыль фирмы была небольшой. И кому потребовалось под нее копать?
На всякий случай Патрика отдали его бабушке - матери Лиз. Они с женой стали ссориться чаще, и перед Фрэнком временами маячило слово, написанное крупными буквами:
РАЗВОД ПО-БЫСТРОМУ
Такая вывеска была напротив трехэтажного здания их фирмы.
Но разгадка тайны жучков пришла сама собой.
Фрэнк возвращался домой пешком поздно вечером - его авто опять не работало по известным только ему самому причинам, о коих Фрэнк, как всегда, не догадывался. Технарь Майк уехал в командировку в Атланту, и потому заняться машиной было некому. На улице не работали фонари - впрочем, они никогда не работали. Темнота ночи уже снизошла на землю - лишь вдали красным цветом блестел закат. Улица пустынная. Никого.
Фрэнк шел по обочине дороги и вдруг услышал приглушенный звук мотора. Он обернулся и увидел шагах в десяти от себя длинный черный лимузин с затемненными стеклами марки кадиллак, которая давно вышла из моды. Он понял, что бежать было бесполезно - его все равно нагонят. И потому он
повиновался интуиции и остановился, подождав, когда авто приблизится к нему.Задняя дверь открылась. Вышел чернокожий тип, ровесник Роберта, в очках, в домашнем вязаном оранжевом свитере и ровно выглаженных, со стрелками брюках.
– Фрэнк Миллер?
– его мягкий вкрадчивый голос внушал не столько доверие, сколько опасение.
– Чем могу быть полезен?
– спросил Фрэнк, на всякий случай нащупав в кармане куртки холодное металлическое лезвие перочинного ножа.
– Я думаю, пришло время нам с вами объясниться, - продолжал негр бархатным голосом.
– А вы по какому поводу?
– голос Фрэнка дрожал. Ему становилось страшно, и тот это понял.
– Не бойтесь. Давайте пройдемся по парку, - негр махнул в правую от себя сторону. В такой поздний час в парке было мало народу.
– Давайте.
Они шли молча минуты три. Фрэнк боязливо оглядывался по сторонам, но нигде не было ничего необычного. Кадиллак так и остался с не захлопнутой дверью на том же месте.
– Мое имя Рудольф Вайсс. У меня так же, как и у Вас, немецкие корни.
Фрэнк сразу отметил такую осведомленность. Негр продолжал.
– Вам не нужно меня бояться. Видите - я такой же, как и Вы, человек, в связанном моей женой свитере, гуляю и дышу свежим воздухом.
Фрэнк еще раз потрогал лезвие.
– Вы стали обладателем некой тайны.
– Что?
– вырвалось у Фрэнка. Они продолжали идти по главной аллее парка.
– Да, именно. И вы знаете эту тайну. Не буду темнить, и Вам не советую. Вы кому-нибудь говорили еще о проекте?
Фрэнк ничего не понимал.
– Простите, но... вы приняли меня за другого. Ни о каком проекте я ничего не знаю, - тут он остановился.
– Я же просил Вас не темнить. Кажется, я ясно спросил Вас о проекте "Плутоний", - Рудольф тоже остановился. Фрэнк никак не мог вспомнить, где раньше слышал это название, и повернул обратно.
– Нет, никому, - сказал он после раздумий.
– Вы лжете. Иначе не думали бы так долго перед ответом.
– Это что, допрос?
– Понимаете, Фрэнк..., - Рудольф вздохнул и, словно учитель двоечнику, устало начал объяснять, - не мы виноваты в смерти Роберта. Есть люди, которым "Плутоний" встал поперек горла. Им не нравится то, что кто-то способен совершать добрые поступки. Роберт был одним из нас. Он проповедовал нашу идею создания города-мечты, потому что хотел сделать мир лучше.
– Сектанты?
– тревожно спросил Фрэнк. Он уже намечал пути к бегству и раздумывал, есть ли у этого Рудольфа с собой оружие.
– Нет, что Вы! Неужели Вы не хотите сделать этот тусклый мир лучше? Вот, видите?
– Рудольф указал на двоих ребятишек, мальчика и девочку, игравших на детской площадке.
– Эти дети одни здесь. Одни поздно вечером. Наш мир не идиллия, на них могут сейчас же напасть, или украсть. Видите эти деревья? Они увядают. Так же, как и наши жизни. Видите это серое небо? Кто-то считает, что так и должно быть. Мы же хотим раскрасить его яркими красками. И Ваша жизнь далека от рая. Мы хотим сделать ее лучше, потому что мы верим в человека. Все наше общество только и занимается тем, чтобы использовать человека, подчинить его себе, выжать как лимон и не дать раскрыться духовно. Мы хотим создать общество без болезней, без преступлений, без потрясений. Только хорошее. Меньше проблем. Вы будете знать цену своей жизни - вернее, то, что она бесценна.