Хранитель Лачубту-нгуо
Шрифт:
Приблизившись к воротам, представляющих собой огромный металлический щит с колючей проволокой, приваренный к массивному кузову грузовику, машина стражей посигналила, после чего на башне возле ворот показался военный. Через некоторое время служащий воротами грузовик заревел двигателем и отъехал в сторону, пропуская нас в город.
Вездеход стражей, проникнув за неприступные стены, сразу двинулся дальше, и я последовал за ним. Спустя несколько кварталов мы повернули перед невысоким забором, за которым возвышалось крепкое четырехэтажное здание, служившее раньше банком.
Обогнув забор, мы остановились перед символическими воротами из кованой решетки. Двое стражей появились из-за врат и,
Я покинул пикап и огляделся. Здесь оказалась неплохая охрана по периметру – по углам стены находились пулеметные гнезда с прожекторами, из окон самого здания бывшего банка грозно торчали дула мелкокалиберных пушек. "Как-никак штаб!", – подумал, разглядывая флаги над входом с эмблемой Стражи.
Вскоре пограничники повели нас далеко вглубь здания. Петляя длинными коридорами между бегающих туда-сюда военных и людей в гражданском, мы проследовали до массивной двери, которую стерегли двое рослых часовых в полном обмундировании. Рядом с ней расположился рабочий стол, несколько стульев и диван. За столом сидел молодой, но очень серьезный капитан в толстых очках и что-то строчил в тетради, поглядывая на разбросанные вокруг листки. Приподняв очки на брови, он вопросительно посмотрел на дозорных и довольно грубо, несмотря на свой юный возраст, спросил:
– Что тут у вас?
– Вот, – сипло ответил старший дозорный, указывая на меня, – Поймали бандитских шпионов в пригороде. Говорят, приехали прямо из базы снежных псов!
Я не удержался и прыснул от смеха, Василиса тоже заулыбалась, а у капитана брови поехали вверх, и очки смешно упали обратно на нос.
– А… Это очень хорошо, – пробубнил он и встал из-за стола. – Это будет интересно товарищу полковнику!
Молодой капитан подошел к двери и осторожно постучал. Выждав пару секунд, он приоткрыл дверь и прошмыгнул внутрь.
– Присядьте пока, – старший дозорный указал на кожаный диван и мы с радостью его послушали. На деле диван оказался таким же мягким, как и на вид.
Ожидали мы недолго. Из-за двери вынырнул капитан и, поманив дозорных пальцем, скрылся в кабинете. Дозорные молча провели нас в просторную комнату и указали на стулья перед огромным столом, за которым восседал сам начальник штаба. Я это понял по классическим усам полковника, его широкой фуражке, где на кокарде изображена эмблема Стражи и по необычайно важному виду. Начальник сидел, выпрямившись на кресле, в руке дымилась сигарета, а его опухшие от бессонницы глаза вонзились в нас тяжелым взглядом. Капитан, выполняющий, как я понял, роль секретаря штаба, сел за соседний стол и взялся за ручку.
Когда мы расположились перед столом, дозорные вышли из кабинета и начался нудный и долгий допрос. В итоге мы с Василисой проторчали в штабе Стражи добрых два часа, отвечая на глупые вопросы начальника штаба. Могли провести и больше, если бы я не поговорил наедине с грозным полковником. Стоило сообщить ему фамилию семьи в Хельме, на которую работал и все опасения на наш счет как рукой смахнуло.
– Ну, вот и всё – мы свободны, – порадовал Василису, когда вышел из кабинета начальника.
– Правда? Клева, даже не верится! А что ты сказал полковнику? – удивилась девушка, уставшая от допроса стражей.
Я подмигнул стоящим рядом дозорным, подошел к Ваське и шепнул ей на ушко:
– Пришлось пообещать полковнику, что ты с ним переспишь…
– Что? – возмутилась Василиса, подскочив с дивана. Стоящие рядом стражи то ли догадались, то ли услышали, что ей прошептал, и весело загоготали вместе со мной.
– Что ты ржешь? Смотри, а то и правда пересплю, – пригрозила сквозь натянутую улыбку разозлившаяся девушка. В этот момент из кабинета вышел грозный полковник Стражи
и своим серьезным видом спровоцировал взрыв смеха своих подчиненных.Побагровев от ярости, видимо подумав, что смеются над ним, главный страж рявкнул на дозорных, – Это что еще за веселье, вашу так? Немедленно проводите этих двоих на улицу – они свободны. Оружие им тоже верните. А потом сразу в мой кабинет, понятно?
– Так точно! – словно выстрелили стражи и без лишних вопросов схватили наши вещи, помогая нам скорее покинуть штаб.
– Нет, ну а что ты по правде сказал тому усатому стражу? – спросила Василиса, когда мы распрощались с военными.
– Я просто рассказал об одной семье, на которую работаю в Хельмграде. У них везде связи…
– И что это за семья?
Я потрепал девушку за щеку, – Вот этого тебе, Котенок, сказать не могу. Иначе придется сделать себе… ну ты же помнишь…
Пока девушка с недовольным и обиженным видом смотрела на меня, решил переменить тему:
– А ведь на улице почти ночь, что будем делать? В машине ночевать как-то не хочется, пускай она останется вместе с оружием на стоянке у стражей. Там, по крайней мере, ничего не сопрут, особенно если заплатить за охрану. А мы, может, куда-нибудь пойдем?
– Ну, я-то здесь впервые, так что сам командуй, – проворчала Василиса.
– Предлагаю провести ночь в одном хорошем кабаке, он здесь недалеко, на территории Старого города. Там можно снять комнату на ночь. А с утра будем решать, как жить дальше…
Василиса кивнула, – Да, кружечка хорошего пива мне бы сейчас не помешала! Пошли!
Разобравшись с вопросами охраны, мы захватили из пикапа необходимые вещи и покинули территорию штаба. Василиса, схватив меня под руку, слегка прижалась головой к плечу. Я понял, как она устала, да и сам тоже. Нам просто необходимо было немного выпить, расслабиться и выспаться.
Оглядев более-менее освященную блеклыми фонарями улицу, чего нельзя сказать о других местах за пределами Старого города, я сориентировался.
– Ну, пошли, нам туда, – сказал и, перехватив удобнее автомат Калашникова, немного встряхнул девушку. Она уже чуть ли не задремала, вцепившись в мою руку.
– Да, идем… пока я тут не уснула, – пробормотала Василиса и широко зевнула.
…
Прошагав несколько кварталов недавно проложенными тропами средь огромных оставшихся после метели сугробов, мы остановились около трехэтажного кирпичного здания. Вывеска над дверью гласила, что это библиотека. Собственно, предприимчивые бизнесмены, облюбовавшие это здание для создания питейного заведения, так и назвали свой кабак – “Библиотека”. Позже кабак прославился недорогой для Старого города выпивкой, в большинстве самодельной, и вполне сносными комнатами для ночевки. Даже появились такие выражения в народе как “пойду, почитаю в библиотеку” или “начитался недавно я в хлам”.
Отворив широкую дверь, мы вошли в заведение, и сразу же попали в очень шумное место. И это не столько из-за громкой танцевальной музыки (кстати, еще одна гордость библиотеки – старый, но рабочий музыкальный центр и куча крис-дисков к нему, что даже для хорошего бара являлось большой редкостью), сколько из-за сильного гула от многочисленных разговоров. Обычно здесь не так много посетителей, но почему-то сегодня кабак забился до отказа.
Двое охранников, по комплекции напоминавших чем-то пустырников, преградили нам путь в бар, указывая на оружие и верхнюю одежду. Мы прошли в гардероб и отдали вещи старенькой, но шустрой бабке. Она повесила одежду на вешалку, оружие сложила в коробку, а взамен дала нам жетон с номером. Улыбнувшись, я показал Василисе жетон с цифрой 13. Она улыбнулась в ответ и прокричала мне в ухо, – А что, здесь всегда так шумно?