Чтение онлайн

Лон-Ри-Ба, Забытый Владыка Света, воплотился.

Движения Забытого были медленными, словно он состоял не из света, а из плоти, и весил как целая гора. Шесть глаз смотрели вдаль, не фокусируясь на ком-то из Гвардейцев, шесть рук совершали в воздухе странные круговые движения, словно он поддерживал себя на плаву в глубокой воде. Эти жесты не создавали заметных волнений воздуха, подтверждая уверенность Ришари в невесомости и бесплотности противника, но эта кожа из света легко отражала ракеты, молнии и вулканические бомбы. Глашатай внутри него оставался неуязвим.

Проекция Лон-Ри-Ба подняла

вверх руки, формируя кольцо из ладоней, и внутри него начала расти сфера из света, быстро набирающая яркость. Скоро она стала словно второе солнце, не позволяя толком смотреть на колосса, и предвидя нехорошее, Ришари начала атаковать с большим отчаянием, ударяя все более сильными молниями, но все они были так незначительны, что тень Забытого даже не замечала их. Как и ее саму: он был слишком огромен, чтобы рассмотреть среди вновь собравшихся облаков и туч пепла ее крошечную фигурку.

Сфера Света становилась все ярче, девушка начала ощущать жар и давление ее света на коже. С тревогой она отыскала в небе Дженази и Кенсэя, и увидела, что они перестали атаковать, ожидая развязки новой атаки чародея и Забытого.

И тут дал о себе знать Сигурд.

Как бы не был огромен призрак Лон-Ри-Ба, темно-лиловая полусфера, накрывшая место сражения, оказалась еще больше. Казалось, темное заклинание Сигурда накрыло весь мир, создав огромный купол высотой в десятки километров, его стены состояли из ровных черных и фиолетовых строчек нечеловеческого языка, бегущих по отношению друг к другу с разной скоростью и в разных направлениях. Центром купола было заклятье Лон-Ри-Ба, и когда он обрел почти осязаемую монолитность, чародейское солнце начало тускнеть, и к нему от стен сферы потянулись темные нити. Одна из них прошла мимо Ришари, и она ощутила заключенную внутри нее холодную и темную энергию упадка и разложения. Ее касание несло гибель всему живому и разрушение — неживому.

Истинная сила Сигурда была ужасающей, одним прикосновением он мог уничтожить любую преграду на своем пути, и Ришари впервые видела настоящие масштабы его боевых способностей. А может быть, и не только она — вероятно, Император и Белгорро относились бы к нему с большим уважением, если бы видели раньше то, что она видела сейчас.

Нити Тьмы выпили весь свет из шара света, и мир накрыла черная мгла которую едва могли разредить свет от кожи Лон-Ри-Ба, огни вулкана Белгорро и частые молнии Ришари. Еще где-то у края сферы тускло пылал золотой огонек Кенсэя. Дженази затерялся вовсе.

Губы Лон-Ри-Ба разомкнулись, и из образовавшейся щели ударили плотные лучи света, словно у него во рту было еще одно солнце. Поднялась грудь, словно при глубоком вдохе — и он заговорил. Это было просто ужасающе: пространство сотрясало от каждого звука его голоса, земля, небо и море тряслись, словно готовые вот-вот перемешаться или вовсе поменяться местами… Но еще тяжелее пришлось телу Ришари — и она сжалась от боли в тугой комок. Она даже не представляла, что с тех пор, как стала г'ата, ей может быть настолько больно. Уши, кожа, мышцы, кости, сердце — этот голос пронизывал ее насквозь, и в ярости она ударила в ответ молнией, которая поразила одно из глаз колосса — и даже заставила его мигнуть.

Но страшной была вовсе не боль. Темный купол Сигурда пошел зелеными трещинами — и начал рассыпаться, одна за другой в нем образовались крупные бреши. И когда он практически истаял, на западе, там, где парил в воздухе Кенсэй, вспыхнул и заревел столб золотого пламени, быстро собравшийся в огненное яйцо — и расколовшееся изнутри, чтобы явить миру огромную хищную птицу с огромными, на полнеба, крыльями из пламени. Ее крик в момент рождения заглушил

голос Лон-Ри-Ба, вернул ясность мысли Ришари и избавил ее от боли. И не только: мистическая энергия, взбунтовавшаяся в е теле при звуках голосах Забытого, вновь стала послушной ей, и даже стала сильнее, больше, ярче. Сила пронзила каждую клетку тела девушки, подарив ей уверенность в победе.

Сорвавшись с места, Феникс устремился к колоссу, и врезавшись в него, стал колотить по его коже своим изогнутым клювом и царапать ее кривыми когтями. Огромными пламенными крыльями он бил по его рукам, плечам и голове, а Лон-Ри-Ба, отбиваясь, цеплялся за перья, вырывая их целыми пучками. Наглая атака заставила его двигаться энергичнее, но неистовый натиск призванного Кенсэем создания начал прижимать колосса обратно к острову. Но когда ступни Лон-Ри-Ба были готовы коснуться стены кратера вулканы, продолжающего извергать пепел и лаву, Феникс рассыпался тучей золотых искр.

Ришари показалось, что тень Забытого вздохнула с облегчением. И именно в этот момент каменная порода под ним словно ожила — и прыгнула вверх, накрывая его волной из лавы и раскаленного камня. Весь остров стал текучим, словно воск, и одним броском вырос едва ли не на километр, превращаясь в огненную гору, вершина которой проглотила ногу Лон-Ри-Ба почти по колено. А потом она взорвалась.

Новое извержение, вызванное Белгорро, не шло ни в какое сравнение с предыдущим — вулканом стал весь остров, и было совсем непонятно, где в данный момент находятся ярмиры.

В мире стало слишком много огня, пепла и рева раскалываемой породы.

Глашатай попытался вырваться из капкана размером с целый остров — и его тело сковала огромная черная цепь, по которой бежали лиловые отблески. Видимо, Сигурд был способен продолжать чародейскую схватку. Лон-Ри-Ба легко рвал ее своими руками, но цепь не исчезала, ее обрывки росли и обматывали колосса новыми и новыми витками. Ришари поспешила помочь, обрушивая на тень Забытого ливень из молний — и увидела наконец, что Дженази не слоняется здесь без дела: вокруг Лон-Ри-Ба формировался колоссальный вихрь из грозовых туч, стягивающихся к центру с неумолимой скоростью. Миг — и волна грозовых облаков сомкнулась на Забытом, схлопнувшись с тяжелым и протяжным рокотом. А следом за ней поднялось стеной море, чтобы разбиться о вулкан и ноги Лон-Ри-Ба. Но не успела вода стечь обратно, смывая с собой тысячи тонн породы, как ее сковал лед — и капкан для Забытого стал еще прочнее.

Вместе с морской водой замерзла и вода в облаках, и несокрушимую кожу колосса начали терзать бесчисленные ледяные лезвия, которые вбивали тугие, плотные, словно стальные молоты, холодные потоки ветра. Сквозь них уже не могли пробиться молнии Ришари, и она взяла перерыв, наблюдая, чего добьется ее брат.

Отыскав его взглядом над разыгравшейся бурей, она увидела, что он спокоен и сосредоточен, только немного бледнее обычного. Мгновенно перенеслась к нему и опустилась на созданную им опору из плотного воздуха. Перевела дух.

— Тяжело, — произнесла она, но ветер сорвал это слово с ее губ и унес далеко в сторону. Потом вернул обратно и донес до Дженази, но тот даже не посмотрел в ее сторону. Все его внимание было приковано к Глашатаю.

Он продолжал стягивать к Лон-Ри-Ба потоки облаков, и поднимал к ним новые волны, чтобы сковать колосса очередным ледяным барьером. Забытый ломал их ударами кулаков, пространство сотрясало от сокрушительного треска, и осмотревшись, Ришари с дрожью осознала, что битва, в которой ей пришлось участвовать, отдается отголосками во всем мире. Далеко отсюда дрожат берега, и на мирные города обрушиваются цунами… Одно за другим.