Гвардия Хаоса
Шрифт:
— Я не могу связаться с Арианой и Йоханом. И их группы тоже ждут. Крэйн наверху, Шепчущие рядом с ним.
— То есть ваша чародейская связь не работает, но магический радар твоего Забытого в полном порядке? — уточнила девушка.
— Верно, — подтвердил Просперо.
— Где остальные «алые»? — спросил Ранмаро, следя за Артуром Коккинавье.
— Бо Хон и Ренар Нок-Старвинд сейчас атакуют группу Йохана. Бенедикт Грид и Эхат Ястреб рядом с Арианой. Луис все еще в своей камере.
— Создай портал к Йохану и Нае, — приказным тоном произнесла Виктория. — Отступаем к ним, хватаем Луиса и уходим. Раз неожиданной атаки не получилось, заберем хотя бы того, кто не будет сопротивляться.
— Думаешь, успеем прежде, чем эти двое доберутся до подвала? — с сомнением спросил Ранмаро. — Вальд сказал, что Бо Хон и Ренар опасные ребята, их с наскока
— На кой черт нам Эхат Ястреб?! — изумилась Виктория. — Ты лучше вспомни, что против Бо Хона и Ренара только Ная, какой-то арга и карлик! Их же убьют.
— С ними еще Йохан, — напомнил ей брат.
Девушка закатила глаза.
— Юрика! — вероятно, только много позже Виктория поймет, что обратилась за помощью к своей идеологической сопернице. — Мы должны помочь Нае!
— Да, — лаконично ответила та, осознав, насколько неопытна в фехтовании, просто взглянув на положение меча в руках Коккинавье. — Просперо, портал к Нае. Немедленно!
Но создать заклинание Просперо не успел: Артур и Ребекка ударили одновременно. Коккинавье широким горизонтальным взмахом рассек пространство перед собой, а Сатронг резким щелчком кнута расколола плиты пола, направив вперед разрушительную волну деформаций. Эта атака была нацелена на Просперо, и инспектору пришлось спасаться еще и от нее, предварительно пригнувшись, чтобы не попасть под пространственный резак Артура. Юрике со стола было проще подпрыгнуть, Виктория пригнулась, а Ранмаро неожиданно успешно отразил ее мечом, хотя и принял безопасную низкую стойку на случай провала.
Вскочив, Просперо открыл по Ребекке стрельбу из плазменного пистолета, целясь в плечи и руки, но снаряды неожиданно сменили траекторию, притянувшись к ее кнуту, и закрутившись вокруг него спиралью, соскользнули в сторону, выбив куски каменной кладки из стены.
— Просперо, мне кажется, тебе лучше отложить в сторону свои молнии, если только ты не хочешь поджарить кого-то из нас, — произнесла Виктория, вставая между ним и Сатронг и обрастая ледяной броней. Юрика и Ранмаро сосредоточились на Коккинавье.
Юрика помнила подробное описание Артура, его навыков и способностей, но проникнуться им смогла только сейчас, своими глазами увидев преломление света в воздухе, прошедшего сквозь существовавший всего мгновение разрез пространства. Это было намного опаснее атак Глории, Хастура и Кенсэя, гораздо смертоноснее. Умереть здесь оказалось поразительно легко — достаточно было просто не очень высоко и быстро подпрыгнуть. И она испугалась. И испугавшись, сама не заметила, как впустила в свое сознание Ириссу, с которой пришла неукротимая первобытная ярость, успешно вытесняющая страх.
Ранмаро, убедившись в своей способности отражать дистанционные атаки Коккинавье, пошел в решительное наступление, чтобы связать противника ближним боем и не дать ему прицельно атаковать обеих сестер и инспектора. И добился определенного успеха, спровоцировав узкий веер стремительных разрезов пространства, нацеленных непосредственно на него. Отразив или увернувшись от них, парень толкнул перед собой плотную волну воздуха, но сбить Артура с ног не удалось. И Юрика, воспользовавшись краткой паузой в атаках Коккинавье, внезапным броском прыгнула на него справа, отправляя вперед свой клинок.
И не успела. Артур успел шагнуть назад и отразить ее меч своим — и отсечь от него добрую треть. Легко, словно у нее в руках была соломинка. Потому что она не напитала мистическую сталь своей энергией, или просто вложила ее в металл недостаточно плотно. Концентрация мистической энергии в мече Коккинавье оказалась неизмеримо сильнее, и это едва не стоило ей головы. Только вовремя подоспевший Ранмаро смог отвести ответный удар Артура, пока Юрика в замешательстве пыталась разорвать опасную дистанцию.
— Козел!
Коккинавье был на полторы головы выше Ранмаро, шире в плечах, массивнее; его меч был длиннее и тяжелее меча парня. Но Юрика отвлекла его внимание, позволив брату подойти достаточно близко для того, чтобы свести на нет преимущество Артура в размере оружия и нанести короткий рубящий удар — который тот все же отразил, приняв его на основание клинка, а потом, отбив меч Ранмаро крестовиной, ткнул его в лицо в эфесом, рассекая скулу. Парень только мотнул головой, подставил меч под вертикальный рубящий удар — и отлетел назад, сбитый пинком.
Артур прочертил мечом дугу, отгоняя Юрику, и продолжил натиск на парня. Ранмаро вновь оказался немного проворнее, выигрывая шаг, снова столкнулись клинки, скользя лезвиями и вырисовывая остриями петли в стремлении достать сталью незащищенное броней тело. Вот клинок Коккинавье полоснул плечо парня, острие меча Ранмаро оставило царапину на бедре противника — и брат Юрики открылся, подставил под удар голову. И девушка, понимая, что не успевает помочь, даже не успела обрадоваться, когда вокруг нее восстала тень Ириссы, и призрачная алая лапа ударила по Артуру. Коккинавье успел заметить угрозу, подставил меч под удар — и все равно оказался сбитый с ног. Перекатился, успел вскочить на ноги, встречая Ранмаро — и пропустил удар его меча по пальцам на рукояти. Рассеченная левая кисть мгновенно слетела с рукояти, но правая все еще сжимала меч, и если бы парень на одних рефлексах не отбросил от себя Артура тугой волной воздуха, то упал бы с разрубленным горлом. В ответ Коккинавье направил на него рассекающий пространство удар, который лапой отразила уже Ирисса — и Юрика, схватив левой рукой запястье здоровой руки противника, вонзила ему кулак в солнечное сплетение. Артура согнуло и подбросило в воздух. Следующий удар в челюсть отправил его в еще более дальний полет, двуручный меч со звоном покатился по каменным плитам.Виктории и Просперо было не легче. Ребекка Сатронг крайне ловко управлялась со своим хлыстом, воздух то и дело сотрясали оглушительные щелчки. Каждый удар был смертоносен, его материал отлично проводил мистическую энергию, увеличивая зону поражения разрушительной способности Великого Дома Сатронг. Даже скользящий удар мог превратить камень в щебень, а кости — в мелкое крошево, и у Виктории не было ни мгновения на остановку, она уворачивалась, прыгала, перекатывалась и кувыркалась, рискуя отводить хлыст только на излете, отклоняя его своим клинком. Волосы, кожу и одежду покрыло инеем, блестел тонкий ледяной налет — мистическая защита должна была поглотить хотя бы немного урона в случае попадания хлыста, изо рта вырывался пар. И девушка успевала бить в ответ, отправляя в Ребекку одну ледяную стрелу за другой. Сатронг отражала их хлыстом, плеть закручивалась спиралью и распрямлялась с ужасающим гулом. Вот она замахнулась слишком сильно для удара по ускользающей Виктории, открылась всего на миг, и Просперо воспользовался им, выстрелил, но Ребекка резко качнулась в сторону, как-будто потеряла равновесие — и перекатившись по полу, оказалась еще дальше от девушки. Второй плазменный снаряд оказался захвачен хлыстом и отправлен обратно в инспектора. И с треском исчез, не долетев до него — сработала чародейская защита от электричества.
Виктория, оказавшись на сравнительно безопасном расстоянии, направила в Сатронг целую тучу ледяных игл, завернувшихся вокруг Ребекки белым вихрем, и та окружила себя завесой из раскрученного хлыста, настоящим стальным куполом. Он не мог отразить все иглы, но сам воздух завибрировал вокруг «алой», и эта вибрация коснулась и атакующего ее льда. Атака Виктории превратилась в бесполезную снежную пыль. Девушка попыталась атаковать Ребекку напрямую, подчинить своей воле жидкости ее тела, но для этого нужно было обладать куда большей силой и концентрацией, Сатронг если и заметила что-то, то виду не подала.
Тем временем вокруг нее оказалось достаточно много ледяной крошки и пыли, которая начала таять. И вместо того, чтобы собрать из нее новые ледяные лезвия, Виктория растопила все, окатывая Ребекку с ног до головы водяной взвесью. Вода под ногами, вода в воздухе, на коже, одежде и на хлысте…
— Просперо, нам нужна настоящая молния!
Инспектору не нужно было объяснять. Он только замешкался, сомневаясь, стоит ли бить прямо в Ребекку, ведь хлыст мог отвести электрический ток даже в такой влажной среде — и ударил в край лужи, рядом с ногами воительницы. Хлыст смог притянуть и отвести в сторону большую часть плазменной дуги, но того, что осталось, хватило, чтобы через воду замкнуть цепь сквозь тело Ребекки. Девушку тряхнуло, подняло черной короной наэлектризованные волосы. Шокированная Сатронг упала на колени, роняя оружие, и Виктория тут же оказалась рядом, нанося размашистый удар ногой в голову. Ребекку опрокинуло, но Лэйт закричала от боли и хромая, отшатнулась. Вонзила клинок в пол, опираясь на него, словно на костыль: она больше не могла стать на правую ногу. Большой ошибкой было бить женщину, которая вызывала разрушительные вибрации во всем, чего могла коснуться.