Главная Альма
Шрифт:
– Если бы я мог, то отдал бы свое.
– Он кинулся к окну и открыл его настежь. Свежий воздух ворвался в комнату, и мысли мои понеслись прочь от Ти, и его неумолимой просьбы. Я вспомнил клуб и ночь, снег и кровь, слова, ее слова:
"...кому оно нужно твоё сердце...".
– Глораму, - тихо произнес я в ответ той, что не было здесь.
– Бери!
– я распахнул рубашку. Тима покачал головой:
– Я не могу, ты должен сам. Подумай, сможешь ли ты...
– Да. Я просто умру и все. Ведь будь я человеком, я умер бы той ночью, от первого же удара.
– Нет. Ты не умрешь. Ты отдашь сове сердце Глораму, а Глорам войдет в тебя.
Я
Глава XI. Я дал тебе силу, я дал тебе власть...
Алчи смотрел на свое сердце светящиеся в его руке.
– Почему оно горит?
– Оно исполнено силы, - ответил чародей и принял из рук некроманта "Сердце Грешника". Он провел невидимую черту в воздухе, и пространство заколебалось и открыло карман. "Значит это возможно и здесь. Надо попросить, что б научил и меня", - подумал некромант, наблюдая за действиями Тимофея.
– Но почему я еще жив, я стал вампиром или зомби. Что происходит Ти. Я ожидал, что обрету покой.
– Нет. Я же сказал, что Глорам будет в тебе. Я поместил в тебя совмещенною магию. Она заменит тебе сердце, это особая структура она вечна, в понимании нашего мира. Но этот мир уже не твой. Ты же знал это? Ты поведешь клансеров и теней сквозь Врата Небес. Ты отдал свое сердце народу, и он принял его вместе с тобой. Я дал тебе силу, я дал тебе власть...
– Взлететь выше солнца?
Тима улыбнулся, поэтическая дуэль в больничной палате:
– Не бойся упасть!
– Почитаешь мне свои стихи. Или ты пишешь только для Лены?
– Под настроение. Почитаю, если прочтешь и ты.
– Не вопрос, вот только последний кому я читал их, попытался меня убить.
– Кстати о тех гнидах. Я навел справки, по своим каналам. В городе Главной Альмы нет ни одного неподконтрольного магам преступного сообщества, даже мелкие гопники, так или иначе, ходят под кем-то из Альмы. Так спокойней, и если, что всегда можно найти след. Что я и сделал. Ты знаешь Саранчу, второго капитана исполнителе? Так вот, тебя торцанули его ребята. Они конечно не посвещенные, но пользуются у Саранчи особым доверием, выполняют грязную работу среди людей. Ты ведь в городе провел не больше недели, а уже успел обзавестись солидным врагом в лице капитана.
– А может это Ольжич?
– Пиров, конечно, зловредный тип, но на подобное не способен. Я слышал, ты его на экзаменации побесил. Так это ерунда, он уже и думать забыл. Просто ты у него теперь на хорошем счету. Это он такой с виду колючий, а вообще мировой колдун. А Саранча, хоть и ходит в его адъютантах, работает еще на кого-то, вот только на кого я пока не понял. Здесь много ходовая комбинация. А я терпеть детективы не могу, так что действовать будем сообща. И вот еще, что. О Вратах знаешь только ты, как и обо всем остальном, - он приложил палец к губам, и подошел к оберегу. Растерев символы ногой, открыл портал, не оглядываясь и не прощаясь, вошел в вихорь.
В тексте книги использованы фрагменты из песен групп "Наутилус Помпилиус", "Ария", металл оперы" Эльфийская рукопись" и авторские стихи.
Херсон - ноябрь 2005.
Сумерки богов.
Вместо пролога.
Ага, сын Авеля, в болото
Лечь, плоть твоя осуждена!
Сын Каина, твоя работа
Как следует, не свершена.
Сын Авеля, пощад не требуй,
Пронзен рогатиной насквозь!
Сын Каина, взбирайся к небу
И Господа оттуда сбрось.
Шарль Бодлер. "Цветы зла".
Глава I. Ближе к Богу.
Холод февраля также как и июльская жара гнал случайных прохожих быстрее укрыться в своих домах. Начиналась метель. Острая снежная крупа мела по подворотням и пустынным улицам. Сугробы на обочинах вперемешку с грязью, создавали проблемы для парковки автомобилей, и по тому машин практически не было на этой улице.
За три месяца пребывания в городе Алчи облазил его большую часть в поисках чего-нибудь интересного, но здесь он еще не бывал. Частный сектор вперемешку с покосившимися хрущевками выглядел не презентабельно и не тянул туристов и гостей города к своим достопримечательностям. Да и самих достопримечательностей у него не было. Разве что место, на котором в начале девяностых замочили московского авторитета и старенькая церквушка. Мимо нее и шел Каин, когда почувствовал аромат чая с малиной. И так ему захотелось заглянуть в маленькую пристройку, в которой кто-то пил чай. То, что он некромант ни чуть ему не мешало входить в церкви и храмы, а тем более в их пристройки. Это вампиры не заходят без приглашения, а он та не нежить.
Пристройка была приоткрыта. Алчи потянул дверь на себя и зашел в помещение. Закрыв дверь, он присел к столу. В комнате ни кого не было. Зато чайничек был горячий и баночка с малиновым вареньем на столе. По-хозяйски, он налил себе чашку чая, в одну из стоявших на столе фарфоровых чашечек, вместо сахара положил ложечку варенья, и взял ванильный сухарик из пакетика. Чай был просто великолепный:
"Должно быть, настоящий индийский или цейлонский", - подумал он, сделав первый глоток. Горячий напиток мгновенно согрел и предал сил. Аромат малины улучшил настроение. И он, расслабившись, решил осмотреться.
Комната была не большой, но уютной. Кровать у стены. Вещевой шкаф, маленькая плита. Все было в одной комнате: спальня, гостиная и кухня. Удобства во дворе, зимой это крайне неприятно.
– Простенько и чистенько.
Его взгляд привлек книжный шкаф, точнее шкафчик. На полках кроме святого писания было много литературы философского содержания. Алчи узнав пару названий решил изучить библиотеку по лучше. "Государь", "Восстание масс", "Сумерки Европы". Но все это было не то. Он посмотрел на кровать.
– В яблочко!
На подушке лежала книга в мягком переплете. Скажи мне, что ты читаешь, и я скажу кто ты. Алчи отметил про себя, что его бы больше заинтересовала аудиотека хозяина пристройки, но и книги подойдут. Вещи могут многое рассказать о человеке. Его этому научила Лена. Она такие психологические трюки проделывает с якобы "уликами", этому она на своей "криминалистике" научилась. Ведь она так и не решилась рассказать родителям о том, что стала ведьмой и бросить институт тоже. Так что живет теперь полноценной двойной жизнью. И Тиму принуждает к тому же, для ее родителей он студент пятого курса того же ВУЗа, только другой специальности, какие-то там очистные сооружения. Даже сам Тима плохо знал название своей псевдо специальности, но ради Леночки был готов на все: учить устройство каких-то установок, только что бы подтвердить ее легенду во время совместных ужинов у нее дома.