Главная Альма
Шрифт:
– А ты что, не собираешься?
– Да мне Вальд предложил у него погостить. И думаю еще на недельку другую задержаться.
Они поверили и пожелали мне хорошо провести время, а я сказал, что провожу их и обязательно посажу на поезд. Затем они как бы невзначай упомянули о вчерашнем аресте и принялись выпытывать все в мельчайших подробностях. Я соврал им то же самое, что и капитану.
Позавтракав, я отвез девчонок на вокзал и посадил на поезд. На прощанье я попросил их прислать мне мою вазу. Передал ключи от квартирки, которую снимал больше года. Аренда была оплачена до конца этого. Сестры чуть ли не летали от радости, (точнее они прыгали и вешались мне на шею). Это отличный шанс пожить отдельно от родителей. Зная их отца Магота, с его ядерным характером, моя берлога была отличным подарком на прощанье.
До заседания оставалось около получаса, и я решил прогуляться до Альмы пешком в полной уверенности, что успею. По пути я заглянул в магазин и взял пару пирожков и пакет кефира.
"Перекушу, если успею в парке возле Альмы",- решил я и ускорил шаг. Как, сам не знаю, то ли под ноги засмотрелся, то ли задумался, но так получилось, что я хорошо приложился лбом о фонарный столб и, не удержавшись на ногах (от неожиданности) рухнул на землю. А точнее не на землю, а на проходящую мимо девушку. Будь, проклят мой дар. Я думал о Вере в тот момент и на нее же и упал. Я не видел ее больше полугода. И встретить ее в большом городе, да еще и при таких обстоятельствах - не возможно. Но факт.
– Осторожней, смотрите куда идете, - она меня не узнала. Хотя с чего она должна помнить неудачливого воздыхателя и его бездарные стихи. Вот это номер. Что же делать? Действовать.
– Я, конечно, дико извиняюсь, но мне ни чуть не жаль, - возмущение на ее лице сменялось удивлением, - встретить такую красавицу в такой погожий день, что может быть лучше?
– Вы больной!
– Быть может, но тому причина Вы. Я просто голову теряю от красоты твоих зеленых глаз.
– А мы что уже на ты?
– Если ты так хочешь то уже.
– А если не хочу.
– То уже поздно мы на ты. Меня друзья зовут Алчи, ты можешь звать как пожелаешь, вот только я не на все имена отзываюсь. А тебя, дайка угадаю, зовут Вероника. По гороскопу ты Козерог - исходя из этого, мы просто созданы друг для друга. Но сейчас я спешу. До вечера, я зайду за тобой в семь, если совещание не затянется.
Я поспешил дальше по улице, оставив Веру в полном недоумении. Мне хватило доли секунды, что бы увидеть ее адрес и планы на вечер, их полнейшее отсутствие приободрило меня. Уже в парке я сообразил что, падая, выронил одну булочку, и мне пришлось довольствоваться оставшейся и пакетом кефира.
В зал заседаний высших магов меня проводила молоденькая ведьма, как я понял секретарша, или что вроде того. Зал представлял собой огромную сферу с огромным количеством балконов и лож. Она была разделена на два полушария - восточное (черные маги) и западное (белые маги). Разделение было условностью, которую не очень-то соблюдали. Я заметил парочку белых в одной ложе с Пировым. И одного темного колдуна в ложе белой школы. Заседание еще не началось, и все активно общались между собой. Как по мне, то строители этого зала были огромные оптимисты - свободных мест было, раз впять больше чем высших магов. В зал вошли пять Архимагов. Сегодня в Совете пятеро. Я не знаю всех тонкостей внутренней политики Главной Альмы, но все пятеро собираются только в случае войны. Глава Совета огласил начало заседания, на повестке было два вопроса. Первый возвращение Тимофея Мельника из Аутленда, при этих словах зал вспыхнул бурей эмоций. Секретарь призвал почтенных магистров к порядку, и вновь тишина воцарилась в сфере. Глава перешел ко второму вопросу, что делать с вернувшимся чародеем и надо ли, что-то делать. Регламент заседания был установлен таким образом: выступление Тимофея, комментарии экспертов, слово желающим высказать свое мнение по сути вопроса; переход ко второму вопросу здесь будет выступление Котовраса, как защитника Тимофея и Ольжича в роли обвинителя, хотя ни кто не мог толком сказать, в чем же его будут обвинять.
Тимофей стоял на дне сферы в прямом луче света, это, по идее, лишало его возможности видеть тех, кто будет выступать против него, да и за него тоже. Он был одет в серую рясу, на ней были все соответствующие его рангу регалии. Выглядел он, как и раньше, он все еще был под мороком. И маги, похоже, не замечали этого. Почему, понять я не мог.
– Волей Совета, я принял назначенное мне наказание. По ту сторону портала меня встретил Аутленд. Его
холодные равнины и ледяные горы. Жаркие бесконечные пустыни и вулканические огненные гряды. Ржавые реки и мертвые моря. Вы скажете, что человек, а именно человеком я должен был стать после "опустошения", не в состоянии выжить там. Но я доказательство невозможного. Я не только выжил, но и прожил в Аутленде, - Ти сделал паузу, и обвел взглядом балконы и тех, кого не должен видеть, - две сотни лет.Ропот прокатился по сфере, маги не веря, мотали головами и что-то объясняли рядом сидящим коллегам. Секретарь снова призвал магистров к порядку, но те успокоились не сразу.
– Я был выброшен в Холодной равнине под тяжелым небом, воздух погибшего мира труден для дыхания, - по лицу чародея не было видно, что он сдерживает свои эмоции, но я чувствовал это, я знал это, - и я приспособился не сразу. Для того чтобы выжить мне была необходима вода, и я пошел к горам. Я отчетливо видел белые шапки ледников, но путь был не близкий и я не дошел.
Тима залился смехом. В нем чувствовалась ярость и гордость, жалость к собравшимся в сфере. Но магистры не видели этого, а принимали это за банальную истерику помешанного.
– И он нашел меня, - сказал Ти, справившись с нахлынувшими эмоциями, - умирающего от голода и жажды в холодном аду. Его имя Гестальт Ярый. Он научил меня всему, что знал сам о Глораме или как называете его вы - Аутленде. Чтобы я мог выжить в мире совмещенной магии, Гестальту пришлось изменить меня.
Он развеял наведенный ранее морок и в луче света стоял монстр, а не молодой чародей. Я заметил, как исполнители потянулись к жезлам силы, но капитан остановил их. Его я раньше не видел, но узнал сразу. Гедемион Диз-Зет - первый капитан исполнителей.
– Гестальт говорил мне, что Глорам отвергает все чуждое для него и единственный выход слиться с этим миром. Подобное предложение повергло меня в шок, а особенно способ слияния, но я принял его. Ярый влил в меня кровь Аутленда - кровь тварей Глорама. Он также провел обряд АР-УБ для очищения зерна моей духовной силы от плевел. По прошествию полугода я окреп и он сказал, что я годов к пути. Путь наш лежал через горы и пустыни, моря и эфемерные леса с не понятной для меня растительностью. Три года мы странствовали землями Глорама, за это время я овладел мастерством охоты, изучил всех встречавшихся на тварей и растения. Мой учитель предложил мне свои знания, и я с благодарностью их принимал. На пятый год нашего странствия мы пересекли море и вошли в земли Кланов. По словам Ярого его путь подошел к концу. Но мой только начинался.
Кланы - это те, кто остался в Аутленде, они смогли выжить тем же способом что и я. Кровь демонов горит в их сердцах. Но в отличие от меня они проделали долгий эволюционный путь. Как я узнал позже кланы это потомки элдеронцев и апсу. Они называют себя клансеры. За двести лет я стал похож на одного из них, и вы можете, глядя на меня составить свое представление о клансерах. Гестальт привел меня в Валкху - столицу кланов. Во дворце вождей он представил меня как своего ученика и приемника. Вожди кланов с почтением отнеслись к его решению, и с того дня, я занимал почетное место возле своего учителя. По прошествию двадцати лет я полностью освоил их язык и ораторское искусство. К моему сожалению Ярый сдавал с каждым годом и по этому торопился передать мне все свои знания в боевой магии.
Атмосфера в зале стала тяжелой и во взглядах некоторых магов была откровенная ненависть и зависть. Они понимали, что Тимофей не просто не сломался, а как металл под действием закалки стал крепче и сильней.
– Он рассказал мне о том, как нашел меня. Гестальт обладал даром ясновиденья, и во сне ему был дан знак, что он должен отправиться в холодные равнины. Так же по его словам он видел меня, и то место где он подберет меня. В летописях Глорама существовало пророчество о пришельцах из сопредельного мира. Первыми стали шаманы. Они были изгнаны из этого мира за непреклонность перед носителями новой магии. Теперь известной как классической. Сотни сосланных друидов и некромантов умерли, так и не сумев приспособиться к новому миру. Выжившие стали членами кланов благодаря своим знаниям и труду они покорили совмещенную магию. В этом им помогли работы Мардука, - громогласно произнес чародей последнее имя, так словно могущественное заклинание.