Гимн неудачников
Шрифт:
Не уверен, что в настоящем нежить бы меня послушала. Но я бы мог обратиться к магистру, убедить, или, если бы не плелся за Эженом, а немного подумал, все можно было решить гораздо проще и раньше... Карма, если бы я хоть что-нибудь сделал правильно.
Беда погрузил в оставшуюся после показательного выступления Шадде лужу, кстати, довольно большую и глубокую, мешалку и сделал полный оборот. Он... он еще и меня заставил ее тащить?! Месть. Только месть. Картинки сменяли одна другую, и я постарался успокоиться, замедляя дыхание и концентрируясь на внутреннем "я". То есть притворяясь, что в упор не вижу водяной портал, в надежде, что очередной поворот серебряной ручки утащит демоновых чародеев
Ну да. Дверь.
О, Небеса. Кара Небес ищет дверь, Беда ищет дверь, Ильда охраняет дверь. Орден Дверей.
– Беда, т-ты эту каляку видишь?
Черный маг согласно покивал, роясь в наплечной сумке, и Смерть грубо толкнул меня вперед, заставляя еще на пару шагов стать ближе к кислотно-зеленой фосфоресцирующей эмблеме, изображающей венок из ниморской лозы.
– А знаешь, что она означает?
Собеседник невнятно угукнул.
– И то, что эта дверь защищает мир от лиловых бронированных тараканов-мутантов, тебя нисколько не волнует? Может быть, в ниморский реактор вломимся? Да, для вас эта великолепная компания!
– я сам чувствовал, что нарываюсь, но не мог справиться с эмоциями. Судя по остаткам аккуратно разобранного завала, некогда преграждавшего путь, в гости к витаминизированным мухоморам и неприхотливой ниморской лозе стремилось не одно поколение искателей. Дверь со знаком биологической угрозы с охотой принимала всех.
Заклинатель отвлекся от инвентаризации имущества и многозначительно уставился на Смерть, тот обернулся ко мне, и на сей раз его непрошибаемо-угрюмой роже расшифровка не требовалась. Надеюсь, я им нужен живой и здоровый. Ну, хотя бы относительно.
– Мы...
– восьмерка со звуком втянул воздух сквозь сжатые зубы, словно каждый звук причинял ему мучения, - их... убьем.
Хм, сбой коммуникации. Беда покрутил пальцем у виска, полностью соответствуя моему состоянию. Конкретнее формулировать надо, конкретнее... Меня чуть кондрашка не хватила, нельзя же так.
– А-а-а, так это бедные лиловые бронированные тараканы отгораживаются от вас!
– Ничего ты не понимаешь, - в сердцах плюнул Беда.
– Это Та Самая Дверь.
Бой барабанов, момент истины. И вот сейчас я наконец познаю тайну того, что за ересь тут творится... пожалуй, нет. Не познаю.
– Да что ты говоришь? Та самая?
– Да.
– Ты уверен?
– Определенно.
– Ну... поздравляю. Зачем вы меня к ней притащили?!
– Это Та Самая Дверь...
– маг приложил к стеклянной панели лист бумаги и дверь плавно отъехала в сторону.
– Которую открывает Та Самая Карта!
Карма, еще и карта... За дверью, на удивление, оказались не порождения фантазии голодающего ниморского народа, а завал, прорезанный узкой трещиной, в которую едва можно было пройти боком - как будто кто-то взял и со всей дури расколол земную твердь.
– А вышибить... совсем никак?
– Какое колдовство, тут все на воздух взлетит! Кто-то из белых прошелся. Их же хлебом не корми, дай сунуться куда поопасней, - посетовал образцовый домосед Беда, заклинивая створки большим бетонным блоком.
– А это не простая карта, Лоза. Однажды ей уже открывали эту дверь... Я считал, что она пылится где-то в друидских хранилищах - представь мое удивление, когда я увидел пропуск у тебя!
Пробираться по разлому по колено в воде - до умиления занимательное занятие. В затылок сопел Черная Смерть, впереди разглагольствовал Беда, стены давили со всех сторон, темно, но это прекрасное состояние определенности продолжалось меньше
минуты, а потом завал вновь начали разбирать серьезно. Там горела зеленым точная копия первой двери, и на стенах над грудами камней светились серебром десятка два лесенок постижения.– Последняя экспедиция, - пояснил заклинатель, не отвлекаясь от захламления прежде чистой выступающей над водой плиты всякой подозрительной колдовской атрибутикой. Судя по остаткам линий и свечным огаркам, происходило это далеко не в первый раз; к счастью, рисунок, да и сама плита, выглядели слишком маленькими для приличного жертвоприношения.
– Далеко прошли, но у них не было самого главного - ключа.
– Эм... карты?
– Тебя, Лоза, тебя.
Вот почему я незаменим только тогда, когда грядет очередная неприятность? Определенно, мне дали не то имя. Конечно определенное соотношение между мной и шедевром координационного кретинизма есть...
– В каком месте от этого чахоточного сорняка способно быть больше толку?
– мирно поинтересовался Смерть. Как всегда, неизменная поддержка, загораживающая выход.
– Потому что он Тот Самый... потому что нулевик. Тут датчики настроены на ниморцев, не на магов, чуть что почуют - не выберемся, - уже нормальным деловым тоном пояснил Беда, водрузив в центре абстрактной фигуры череп.
В глазницах богато украшенного резьбой черепа неукротимым огнем горели гербы Ниммы.
– Призраки вас не простят.
– Он считает, что разговаривает с духами шольцев, - черные маги обменялись ироничными взглядами, и Смерть подошел к алтарю, прокусив палец, и небрежно накорябал на кости кровавый знак. По разлому пронесся порыв ветра, словно тихий вздох; пуговицы засверкали ярче, огоньки свечей разом выросли и вытянулись, так и застыв по линейке. Караул. Два черных мага проводят один ритуал. Да они давно уже должны были перегрызться чьи линии прямее, свечи ярче, а заклинания внушительней и кто тут профи, а кто только из песочницы вылез.
– Эту карту нашел отряд памяти из братства Звезды, - заклинатель достал толстую книгу и вырвал первый листок, скормив его крайней свече.
– На развалинах знакомого тебе объекта шестнадцать. Отряд из Шоваллы пожертвовал своими жизнями, чтобы принести карту и открыть ту дверь; а командира отряда звали...
– Дэн Рола. Я, в общем, не удивлен, - печально констатировал я.
Все ниморские странные вещи тяготеют именно к нему. Вот как только исследователи поняли, что поддельная карта - это шифр, а не платок в лубочном стиле?
– Ошшерраш...иммали...
Ну вот и ниморские словеса уже слышатся.
– Прекрати...
– тихое шипение шорохом бумаги вползало в уши. Дымок от чуть свечей потянулся вверх, собираясь в клубок.
– Не смей прикасатьсяк Слову, раб...
Беда приподнял брови и, продолжая беззаботно насвистывать, вырвал сразу две страницы:
– А то что?
– Тебе никогда не постигнуть и часть той мудрости, которую ты уничтожаешь. Грязный дикарь...
Бумага корчилась в огне, осыпаясь золой и истекая дымом, а заклинатель продолжил потрошить книгу:
– "Наша обязанность и долг - вывести отсталые народы, замершие на младенческой стадии развития, на путь прогресса"... м, не то. Вот: "на нерационально используемых народонаселением землях разбить виноградники...". Виноградники. Вас Северное братство благодарит до сих пор.
– Не смей!
– справедливую критику Рола пропустил мимо. В любом великом деле случаются просчеты. Иногда великое дело из них и состоит.
Новая страница замерла над свечкой, обугливаясь по краям.
– А ответь на вопрос и разбежимся? Тут еще... ого, да тут еще про внутренних врагов осталось!