Фиалки для леди
Шрифт:
Луиза остановилась, подняла его — и замерла от страха, увидев, что это была вырезка из газеты. Она, должно быть, упала в тот момент, когда Джеффри вырывал нужный ему номер из подшивки.
Она увидела два набранных крупным шрифтом слова и остановилась, пораженная.
«Стефен Эллингтон», — прочитала она.
Глава седьмая
Здесь существовало только одно объяснение: в газете была опубликована статья о Стефене Эллингтоне, которая может скомпрометировать Джеффри Редверса, подумала Луиза, восстанавливая дату выхода того экземпляра, который он вынул из подшивки
Так вот почему он искал газету! Вот почему так вздрогнул, когда она вошла в библиотеку! Его поведение только подтверждало ее догадку, что Джеффри есть, что скрывать в прошлой жизни. Будучи частым гостем Тонбриджей, он, очевидно, увидел, что у них собрана большая коллекция подшивок старых газет и журналов, и испугался, что изобличающие его статьи могут попасться на глаза гостеприимным хозяевам дома. Тем более что Чарлз уже не раз называл его по привычке Стефеном Эллингтоном. Если кто-нибудь из гостей или даже хозяева дома увидят статью о Стефене Эллингтоне и вспомнят, что это и есть Джеффри Редверс, его тайна будет раскрыта.
Луиза запомнила даты выхода недостающих газет — их оказалось несколько, — положила вырезку из газеты на стол и схватила с полки первую попавшуюся книгу. Сунув ее под мышку, она, прикрыв ладонью пламя свечи, быстро выбежала из библиотеки и вернулась в свою комнату.
Ей надо написать письмо!
Нет никакого смысла пререкаться с Джеффри, высказывая ему свои подозрения. Он будет лгать и изворачиваться, подумала она с неприязнью. Вне всяких сомнений, этот очаровательный светский волокита — ловкий и опытный обманщик. Ну, нет, решила Луиза, я сама проведу расследование с помощью своих старых друзей.
Почтовая бумага, конверт, ручка и чернила как нельзя кстати лежали на столе ее комнаты, так что ей понадобилось всего несколько минут, чтобы настрочить письмо женщине, которая была ее ближайшей соседкой там, в Индии. Известная сплетница Анджела Хистон могла разузнать мельчайшие подробности из темного прошлого любого человека. В благодарность за помощь Луиза сообщила Анджеле новости с вечеринки Тонбриджей, описала их прекрасный дом с зимним садом, танцы и другие замечательные вещи, которыми хозяева развлекали своих гостей. Разумеется, она ничего не написала ни о своем падении с лошади на охоте, ни о своем вызывающем поведении в зимнем саду, потому что одно дело — сообщать свежие новости и совсем другое — быть «гвоздем» этих новостей.
Как бы, между прочим, Луиза вскользь упомянула, что хотела бы узнать побольше о человеке по имени Стефен Эллингтон — ее ближайшем соседе по имению, сообщив, что о нем были статьи в «Бомбей тайме энд геральд», опубликованные в начале тысяча девятьсот четвертого года. Луиза знала, что этого вполне достаточно, чтобы направить Анджелу по верному следу: та бросится рыться в старых газетах с настойчивостью опытного сыщика.
Луиза решила не бросать письмо в корзину для почтовых отправлений в доме Тонбриджей, так как Джеффри, увидев письмо, направляемое в Индию, мог сразу насторожиться и вскрыть его.
Соблюдая осторожность, она бросила использованную промокательную бумагу в горевший камин, а письмо Анджеле спрятала в свою сумочку. Облегченно вздохнув, она легла в постель. Мысли теснились в голове, и о сне не было и речи.
Она взяла книгу, которую не глядя схватила с книжной полки, и прочитала название — «Жизнеописание знаменитых ученых». От одного названия ее потянуло ко сну, и ей оставалось
только надеяться, что она проснется в привычное для себя время. Она должна встать как можно раньше и отправиться на поиски почтового ящика, чтобы ее письмо ушло в Индию уже в понедельник. Чем скорее Анджела получит письмо, тем скорее будет раскрыта тайна загадочного мистера Редверса-Эллингтона.Несмотря на все перипетии бурной ночи, Луиза проснулась, как обычно, в семь утра. Она быстро поднялась с постели и позвонила в колокольчик, вызывая служанку.
Луиза вернулась в Кингз-Фолли часа через два. Она дошла до соседней деревни и опустила письмо в местный почтовый ящик. Подходя к дому, увидела в окне знакомую фигуру. Стефен Эллингтон, он же Джеффри Редверс, стоял у окна первого этажа.
Смерив его долгим пристальным взглядом, она спокойно вошла в дом.
— Я хочу еще раз поблагодарить вас за ту помощь, которую вы мне оказали… Луиза, — обратился он к ней, как только она вошла в комнату для завтрака.
— Да? И за что же вы изволите меня благодарить, мистер Редверс? — приторно улыбаясь, спросила она, хотя взгляд ее выражал явное недоверие. — За мой аккомпанемент, когда вы пели? За то, что вы злоупотребили моим доверием в зимнем саду? Или за то, что я стала невольной соучастницей каких-то ваших дел в библиотеке?
— За все. Я знаю, что могу рассчитывать на вашу порядочность, миссис Хескет, — сказал он, смущенно улыбаясь.
В его голосе слышалась неловкость за то, что он пытался припугнуть ее в библиотеке. Луиза смотрела на него вызывающе и молчала. Он достал из кармана часы и посмотрел, который час, — как показалось Луизе, вздохнув с облегчением.
— Служба в церкви начнется в одиннадцать, так что я еще успею зайти в библиотеку, — проговорил он.
Он положил часы обратно в карман, но было непохоже, что он действительно спешит. Луиза отвернулась к столу, на котором был сервирован завтрак, небрежно бросив через плечо замечание насчет нескольких разрозненных подшивок. Джеффри замялся и неловко молчал несколько минут, потом заговорил снова:
— Ну что ж, хватит об этом. Надеюсь, Луиза, мы еще увидимся.
— Несомненно. — Почему-то она не торопилась отчитать его за дерзкое обращение по имени, и когда, наконец, обернулась, чтобы выговорить ему, было уже слишком поздно. Джеффри ушел.
Вместо того чтобы в понедельник утром отправиться домой, Луиза воспользовалась только что поставленным в Роузберри-Холле телефонным аппаратом и сообщила, что задерживается. Затем она приняла приглашение Чарлза посетить лондонский чайный склад его торговой компании. Чарлз рассказал ей, что здесь собраны лучшие образцы чая из Африки, Индии и Китая.
— А у вас есть чай с привкусом цитрона? — неожиданно спросила она. — Когда я жила в Индии, это был мой самый любимый чай, но здесь, в Англии, я его ни разу не встречала.
— Разве дома у Джеффри его нет? — спросил Чарлз.
— Дома?! — переспросила она, стараясь выглядеть спокойной и не выдать своего удивления.
— Ну да, в Стентоне, в Холли-Хаусе, — добавил Чарлз с улыбкой.
Луиза растерялась. К счастью, Чарлз подозвал дегустатора чая и попросил его заварить чай с цитроном. Луиза лихорадочно перебирала в уме, что бы ей сказать в ответ, но в эту минуту Чарлз успокоил ее отеческой улыбкой.
— Не волнуйтесь, Луиза, — тихо сказал он, чтобы не услышал дегустатор. — Я все знаю.