Фабрика волшебства
Шрифт:
– Я директор фабрики волшебства. Зовут меня - Прибой, - сказал человек без предисловий.
– Теперь ты наш. Подойди ближе.
На дрожащих ногах Ивор шагнул вперед. В голове царил хаос. Глаза пожирали лицо главного рулевого фабрики, но его образ тут же улетучивался из головы. Словно его кто-то стирает прямо из мозга теплой влажной тряпочкой. И надо всем этим неумолимый, как само время, тикает невидимый метроном.
– Протяни ладонь, - сказал директор. Ивор подал руку. Директор пожал ее. Его пожатие оказалось сухим и очень крепким. Не ожидал от пожилого человека такой силы. Юноша вдруг осознал, что сейчас произошло.
Но директор смотрел строго, и юноша удержался.
Пальцы раздвинуло нечто твердое, Ивор удивленно поглядел на ладонь. Там лежала...
Сердце едва не выпрыгнуло из груди. Юношу бросило в жар, потом в холод, потом оба этих чувства появились одновременно.
... четырехконечная серая звезда.
– Звезда работника фабрики волшебства, - раздался откуда-то извне голос Изиды. Ивор вздрогнул и будто очнулся ото сна. Директор больше не глядел на него, как ни в чем не бывало, Прибой усаживался на место.
Ивор тяжело вздохнул. Мы для него все на одно лицо. Вряд ли он запомнит всех нас по именам.
"Если я разоблачу шпиона, - подумал вдруг Ивор, - тогда он точно меня запомнит!"
– В ней записаны твои личные данные необходимые для жизни на фабрике и вне ее, - продолжала говорить Изида.
– А теперь ступай. Окончания процедуры контракта можешь подождать в буфете. Следующий.
Она мгновенно потеряла к нему всякий интерес. Ивор понял, что аудиенция закончена. Бросив последний взгляд на директора, он зашагал к двери. Стук метронома не замолкал ни на мгновение. Юноша оглянулся и увидел Алину, входящую в зал. Лицо девушки было красным, глаза гневно блестели, словно то, что ей довелось увидеть, вывело девушку из себя.
Дверь закрылась за ним, разом обрубив все звуки, в том числе и нескончаемый стук. Ивор перевел дух и огляделся. Он стоял в просторном помещении, оборудованном под столовую. Основное пространство занимали круглые столики из тянучки стилизованной под дуб с четырьмя массивными табуретами вокруг. Справа располагалась длинная стойка из полированной тянучки темно-зеленого цвета, стену за стойкой скрывало множество полок, стеллажей и полочек, заставленных всевозможными блюдами и питьем. За стойкой стояли три девушки. Одна была рыженькая, вторая черненькая, а третья беленькая, все три полные, словно пирожки, только что вынутые из печи, такие же румяные и горячие. У каждой на груди висела серая звезда.
Глядя на это сокровище, Ивор впервые не завидовал. Теперь у него есть точно такая же!
– Вот!
– он показал им свежую звезду, хоть и понимал, насколько по-ребячески это выглядит, но ничего не мог с собой поделать.
– Ура! Первый кандидат!
– в восторге завопили девушки.
– А он симпатичный! Поглядите-ка! Какой молоденький! В этот раз все такими будут...
Они тараторили одновременно, теребили Ивора, словно хотели разобрать на сувениры, улыбались ему и счастливо смеялись.
Девушки повели его к ближайшему столу, облепили со всех сторон, как снегири рябину и принялись расспрашивать его об испытании и контракте. Ивор потерял счет времени, отвечая на их бесконечные вопросы.
Входная дверь вновь открылась, но это никто не заметил. Какое-то время в столовой все шло по-прежнему, потом раздался возмущенный
возглас. Ивор обернулся и увидел Алину, замершую у входа. Лицо девушки застыло, глаза полыхали такой яростью, что Ивору сделалось не по себе. Он попытался выпутаться из объятий служительниц столовой, но все было тщетно. Девушки тоже замолкли, критически осматривая вновь прибывшую.– Алина, ты это...
– он сглотнул огромный невидимый комок и с трудом продолжил, - прошла?
– Я-то прошла, а вот что ты делаешь?
– зло проговорила девушка.
– Я не понимаю. Это твои знакомые?
Она с такой ненавистью зыркнула на полненьких девушек, что те переглянулись и радостно заулыбались.
– А она ничего, - сказала рыженькая.
– Да, замечательный кандидат, - поддержала ее темненькая.
– Достойный конкурент нам, - хихикнула беленькая.
Они опять затараторили все вместе, отчего Ивор перестал их понимать. Алина опалила их яростным взглядом и утопала в дальний угол столовой. Ивор ощутил злость. Что эти девки себе позволяют? Набросились на него. А Алина тоже хороша. Неужели она думает...
И тут раздался голос. Низкий женский голос, который разнесся по столовой, словно удар огромного колокола.
– Светка, Ленка, Дашка! А ну на место!
– Ой, Георгина пришла, - пискнула рыженькая, и со всех ног кинулась за стойку.
– Королева половника и кастрюль, - поддакнула черненькая и помчалась следом.
– Ее непревзойденное ругательство и веником по спине давательство, - пискнула беленькая. Мгновение спустя она уже стояла на своем месте за стойкой и профессионально улыбалась входящим.
Постепенно зал наполнялся ошалелыми кандидатами, которые постепенно осознавали, что последнее испытание позади. Каждый держал в руке звезду. Кто-то прятал ее, другие наоборот гордо вешали на видное место. Свою Ивор благоговейно прикрепил на грудь. Она была хоть и серая, но все равно красивая.
Ивор увидел много знакомых лиц. Невозмутимый Кори подкатился на коляске к крайнему из столиков, незаменимый Скорец сел напротив и потирал руки. Делал он это достаточно интенсивно, но, конечно же, не с такой скоростью, с которой двигались его ноги.
Кондратий как всегда брезгливо морщился. Ивор немного расстроился, когда увидел его со звездой, но тут же утешился, глядя, что к сынку начальника отдела кадров никто не подсаживается. Ребята чувствовали его высокомерие и щедро платили за это недоброе чувство полным игнором.
Успешно прошли процедуру и сыновья кузнеца. Они с гоготом окружили один из крайних столов, обнаружили, что одного им мало и придвинули еще парочку. В ожидании еды они так усердно стучали по столешнице, что раскололи ее пополам, и бедной Дашке пришлось использовать магию, чтобы срастить ее обратно.
Козя уселся за один стол с юношей с синими волосами, Ивор никак не мог запомнить его имя. Оно и понятно, к чему человеку имя, если достаточно просто сказать: "Это тот, у которого волосы синие", и сразу же ясно о ком речь.
Девушка из семьи Звона собрала вокруг себя шумную девчачью компанию. Они хихикали в самом центре зала.
Были и другие люди, которых Ивор пока не потрудился запомнить. Для этого теперь будет время.
– Я сдал это! Меня приняли!
– прыгал от счастья Рудольф. Его рыжая прядка устроила на макушке настоящий танец победителя, отчего голова Рудольфа дергалась из стороны в сторону.