Чтение онлайн

Почему она еще не сбежала? удивился он.

Затем: Что случилось? Его мысли текли медленно и вяло, как будто он был пьян от усталости.

Он посмотрел вниз и увидел, что он был лишен оружия и брони, и был одет только в леггинсы. Пояс Белоха Мудрого так же исчез, как и подаренное гномами ожерелье, не позволявшее ни кому наводить на него чары.

Посмотрев в верх он увидел что ельфийское кольцо Арен пропало с его руки.

Его охватила паника. Он пытался убедить себя, что он не беспомощен, пока у него есть магия. Из-за кляпа во рту, он может произнести заклинание беззвучно – это более опасный способ, потому что если он отвлечется на другие мысли, он может выбрать неверные слова, – но не так опасно, как использовать чары без

древнего языка, который просто необходим. В любом случае, ему нужно затратить совсем немного сил, что бы освободить себя, и он был уверен, что сможет сделать это без проблем.

Он закрыл глаза и собрал все свои ресурсы готовясь. И как только он это сделал, он услышал как Арья стучит своей цепью, что бы приглушить другие звуки.

Взглянув на нее, он увидел, что она качает головой в его сторону. Он поднял брови в удивлении с безмолвным вопросом: что это? Но она не могла сделать ничего больше, кроме как продолжить бормотать и качать головой.

Раздосадованный, Эрагон осторожно направил свои мысли к ней, готовясь отразить малейшую попытку вмешательства кого-то еще, но он почувствовал только мягкое, неясное давление, окружавшее его, будто в его голове кто-то разложил тюки с шерстью.

Паника начала наворачиваются внутри него снова, несмотря на его усилия по борьбе с ней.

Его не накачали наркотиками. Хотя бы в этом он был уверен. Но он понятия не имел что, кроме наркотиков могло помешать ему коснуться сознания Арьи. Если же это была магия, то явно не та, с которой он сталкивался прежде.

Он и Арья посмотрели друг на друга всего мгновение, а затем какое-то движение привлекло внимание Эрагона, и посмотрев наверх он увидел ручейки крови, текущие по ее предплечьям от ободранных наручниками запястий.

Ярость охватила его.Он схватил цепь над собой,и стал дергать так сильно,как мог.Связь не ослабла,но он не хотел сдаваться.В гневном безумстве,он дергал снова и снова,не обращая внимания на вред который он сам себе приносил.

Наконец он остановился и бессильно повис, в то время как тёплая кровь стекала с его запястий на шею и плечи.

Полный решимости освободиться, Эрагон стал накапливать поток энергии внутри себя,и направив энергию на сковавшие его кандалы,он мысленно выкрикнул:

– Кверст малмр дю хилдрс эдтха, мар фрёма нор тзон эка трейа!

Он закричал через кляп,каждый нерв его тела источал боль.Неспособный держать концентрацию,он потерял власть над заклинанием,и чары завершились.

Боль постепенно исчезала,но покидала его лишая дыхания,а сердце работало так,как будто он только что спрыгнул с утеса.Подобные приступы он ощущал,до того как драконы на празднике Клятвы Крови не вылечили его шрам.

Когда он стал приходить в себя,он заметил что Арья обеспокоенно смотрит на него."Должно быть она уже пыталась так освободиться…Как это могло случиться?"

Двое из них в цепях,Вирден мертв,Анжела схвачена или даже убита,а Солембум скорее всего лежит раненный в подземном лабиринте,если вражеские воины не успели убить кота оборотня.Эрагон ни как не мог понять как это произошло.Он,Арья,Вирден и Анжела должны были быть одними из опаснейших групп в Алагезии.И сейчас все потеряно,и им с Арьей оставалось только надеяться на милосердие своих врагов.

"Если мы не сможем сбежать…"Он отбросил от себя эти мысли,это было невыносимо с ними жить.Больше всего,он желал связаться с Сапфирой,только чтобы удостовериться,что с ней все в порядке,что она в безопасности,и чтобы получить удовольствие от совместного общения.И несмотря на то,что Арья была рядом,он чувствовал себя невероятно одиноким,что расстраивало его еще больше.

Не обращая внимания на боль в запястьях, он продолжал дергать цепь, уверенный в том, что если он будет делать так достаточно долго, то сможет выдернуть ее из потолка. Он пытался раскрутить ее, думая, что так будет легче достичь цели, но путы,стягивающие его лодыжки, сильно ограничивали его движения.

Раны на

его запястье в конечном счете вынудили его остановиться. Они горели как огонь, и он боялся, что мог бы закончить тем, что прорежет до костей мускулы, если бы он продолжал. Кроме того, он волновался, что мог бы потерять слишком много крови, поскольку раны уже кровоточили в большой степени, и он не знал, сколько времени он и Арья должны будут висеть там, ожидая.

Было невозможно сказать, во сколько это было, но он предположил, что они были пленниками в течение самое большее нескольких часов, учитывая, что он не чувствовал потребность поесть, попить, или освободить себя. Это изменилось бы, тем не менее, и затем их дискомфорт только увеличится.

Боль в запястьях Эрагона делали каждую минуту невыносимо долгой. Иногда он и Арья смотрели друг на друга и пытались общаться, но их усилия, всегда были напрасны. Дважды его раны покрывались коркой достаточно, чтобы он рисковал дергать цепи снова, но напрасно. По большей части он и Арья вынесены.

Потом,когда Эрагон стал задумываться прийдет ли кто-нибудь,он услышал звон железных колоколов,доносившийся из туннелей.Дверь со стороны черного алтаря бесшумно покачивалась на петлях,открываясь.Все мышцы Эрагона напряглись в ожидании.Он оставил глаза открытыми,как и Арья.

Прошла кажеться бесконечная минута.

С нахальным,резким звоном,колокола зазвучали снова,заполняя камеру роем сердитого эхо.Через дверной проем прошли три монаха: молодой мужчина,одетый в золотые ткани,следом за ним шли 24 мужчины,и женщина,и не один из них не обладал полным набором конечностей. И все они несли металлическую раму с навешенными на нее колоколами.В отличае от их предшественника, калеки носили робы из темной кожи.Замыкала шествие,шестерка рабов переносивших носилки,на которых находился в вертикальном положении, безрукий, безногий, беззубый,и по видимому бесполый Главный Священник Хелгрида.За его головой возвышался полутора метровый крест,из за которого священник казался еще более деформированным.

Священники и монахи разместились вокруг края шаблонного диска на полу, в то время как рабы мягко опустили катафалк на алтарь во главе комнаты. Тогда три прекрасных, красивых молодых человека позвонили в колокола еще раз, создавая противоречащую катастрофу, и одетые в кожу священники пели короткую фразу настолько быстро, что Эрагон не понимал, что они говорили, хотя у этого действа был звук ритуала. Среди каши слов он уловил названия трех пиков Хелгринда: Горм, Ильда, и Павший Ангвара.

Верховный Жрец пристально посмотрел на него и Арью своими глазами, напоминавшими осколки обсидиана. – Добро пожаловать в обитель Тоска, – сказал он, и его иссохший рот искажал произносимые слова. – Вы уже дважды вторглись в наши священные владения, Драконий Всадник. У вас не будет возможности сделать это снова…Гальбаторикс хотел бы, чтобы мы пощадили вас и отправили в Урубаен. Он полагает, что сможет заставить вас ему подчиняться. Его мечты о возрождении Всадников и восстановлении расы драконов чистое безумие. Вы слишком опасны, а мы уж точно не хотим возрождения драконов. Все уверены, что мы поклоняемся Хелгринду. Это ложь, которую мы распространили, чтобы скрыть истинную сущность нашей религии. Мы поклоняемся не Хелгринду, а Старейшим, которые устроили себе логова внутри, и кому мы жертвовали свою плоть и кровь. Наши Боги – это Раззаки, Всадник. Раззаки и Летхрблака.

Эрагона замутило от страха и отвращения.

Первосвященник плевал на него, и плевок пускал слюни от своей слабой нижней губы.

– Нет никакой пытки, достаточно ужасной для Вашего преступления, Всадник. Вы убили наших богов, ты и твой проклятый дракон. За это вы должны умереть. – -

Эрагон боролся со своими цепями и попытался кричать через кляп. Если он мог бы говорить, он мог бы задержать их, говоря им, каковы были последние слова Раззака или, возможно,угрожая им местью Сапфиры. Но их похититель не собирался убирать его кляп