Эмиссар Амеронта
Шрифт:
— И ты согласился стать его учеником? И этим… ир-шад?
Брайд не мог поверить тому, что слышит, не понимал совсем, что могло заставить лэта Амеронта служить врагу, учиться у него. Пытки? Верилось с трудом. Бракс уж точно не походил на слабого духом. Скорее бы сдох под пытками, но не принял такого.
— Согласился, — спокойно ответил криптор. — Убить себя я не мог, убить Вирота тоже, сбежать не мог. На мне был магический ошейник, который не позволил бы мне сделать ничего из этого. Мне оставалось лишь ждать, когда Тень над Тенями выберет время, чтобы решиться захватить власть в Тангате и принести меня в жертву своему Руну, забрав мою Силу. Или же я мог попытаться схватить за хвост один крошечный шанс, который предложил
Жестокая откровенность Бракса была не намеренной, он говорил небрежно, спокойно, и в этом спокойствии не было и тени игры. Он действительно не чувствовал ни вины, ни угрызений совести.
— И что это за шанс? — мрачно спросил Брайд, ощущая, как его слегка начинает потряхивать, точно от озноба, хотя в таверне было жарко натоплено.
— Вирот предложил мне право бросить ему вызов. И в случае, если я продержусь нужное время против него в бою, он даст мне свободу.
— И ты смог.
— Я смог, — усмехнулся Бракс. — Потом, правда, выяснилось, что Тень над Тенями ошибся в своих расчётах и ритуал угробил бы и его самого, так как не он один грезил о великой власти. Давняя грызня с Жалом кабара, её амбиции… Ну в общем, объяснять не буду, влезать тебе в эти змеиные игрища вроде и ни к чему. Словом, Вирот отпустил меня.
Брайд молча смотрел на него. На это холодное, красивое, резко очерченное лицо, так напоминающее безупречную маску. Когда криптор надел её? В плену или позже, когда понял, что свободы нет ни по одну сторону границы? Не будет свободы тому, кто много лет работал на врага. Даже если тебе сохранили жизнь и не держат в подземелье, ты — пленник, и будешь делать то, что велено. И хорошо если указания будут приходить только от одного господина.
— Чушь, — сказал Брайд. — Мне очень сложно поверить в то, что Вирот, пообещал тебе шанс, учитывая его желание использовать тебя в ритуале. Даже не так. Сложно поверить, что сдержал слово. Он ведь тогда ещё не знал, что ошибся?
Бракс издал короткий смешок и ответил без всякого выражения:
— Знал, разумеется. Когда вступал со мной в поединок. Но дело не в этом. Дахака никогда не нарушают слово, данное перед оком Руна. И не по закону чести, а просто потому, что они связаны магией слова со своим Божеством. Рун не позволит нарушить обещание.
— Тогда тем более непонятно! — чуть повысил голос Брайд. — Тень над Тенями что — идиот? Или же есть что-то ещё, чего ты не сказал?
Бракс невозмутимо пожал плечами.
— Есть. Но если я не сказал, значит это не твоё дело. Объяснять мотивы одного из высших магов Тангаты, военачальника Дахака Кабар зелёному лэту я не хочу. И не потому, что это тайна, а потому что ты ничего не поймёшь. И сделаешь неправильные выводы.
— Хорошо, Геллар. Ответь тогда — Вирот заинтересован во мне, чтобы попытаться ещё раз? Ну если с тобой что-то там не вышло.
— Не думаю, — улыбнулся Бракс. — Если бы он хотел использовать тебя в новом ритуале, ты бы уже давно сидел в Ир-Вирот в ошейнике.
Брайд раздражённо фыркнул, откинулся на спинку стула и медленно произнёс:
— Знаешь, ты говоришь об этом дахака так, будто он всесилен. И ещё так, словно восхищаешься им.
— А почему нет? — вполне искренне удивился Бракс. — Можно восхищаться и врагом. И учиться у него. Вирот великий воин и искусный маг. Он отличный боевой командир. Стальной Пёс кабара — знаешь, что это значит? Он прошёл арены Тангаты и стал их чемпионом. Он Тень над Тенями, то есть ему подчиняются Тени культа, командиры Дахака Кабар. И он самый хитрый и изворотливый ублюдок, которого ты можешь себе представить. Даже если мы ненавидим его, мы обязаны признавать его способности и возможности. Хотя бы, чтобы сражаться с
ним эффективно. Разве не так вас обучали, а, цептор Бринэйн?— Так. Но если бы не твоя служба на интересы Серп-Легата, я бы подумал, что ты по-прежнему предан своему бывшему хозяину. Но поскольку ты вовсе не дурак, и не стал бы тут восхвалять Вирота, не будучи уверен в том, что я не могу сдать тебя, я склонен считать, что ты рассказал мне только то, что тебе позволил сам Энфис. Чтобы ты развеял мои выводы о том, будто Вироту я нужен из-за моей способности. Потому что Серп-Легат прекрасно осведомлён, зачем я нужен ему на самом деле. Предел вас всех побери! Если бы ты знал, как мне надоела вся эта игра.
— Знаю, Брайд, — вздохнул криптор. — Поверь — знаю. Но в твоей красивой и логичной цепочке размышлений есть одно неверное звено. Ты думаешь, что я осведомлён о том, что от тебя нужно Серп-Легату или Вироту. А это не так. Но я хотел бы обладать этой информацией.
— Зачем?
Бракс не ответил, только покачал головой.
— У тебя своя игра, — кивнул Брайд. — А я — монетка, которая летает по столу от игрока к игроку. Незавидная участь. Что ж, я буду искать ответы сам. Благодарю тебя за то, что ты рассказал, криптор Бракс.
Он встал, отошёл на шаг от стола, потом резко развернулся и спросил:
— Ответы в моих видениях, так? Недаром тебе было так любопытно про них слушать.
— Скорее всего, — коротко ответил криптор и отвернулся, а потом едва слышно и будто бы рассеянно добавил: — Есть такие маги, жрецы Дикса, их ещё называют Видящими. Иногда я думаю, что было бы интересно поговорить с одним из них.
Брайд улыбнулся и направился к выходу. Что бы там не происходило между Браксом и Серп-Легатом, он не на его стороне. Служит — да. Выполняет приказы и поручения, но тут нет речи о преданности. Скорее, загнан в ловушку. Впрочем, криптор, вероятнее всего, вообще только на своей стороне. И какой именно — вот это неплохо бы узнать. А равно и то, кто его союзники. Чтобы в нужный момент воспользоваться информацией в своих интересах. Потому что и сам Брайд уже готов принять то, что мир отнюдь не разделен на Амеронт и Тангату, он разорван на куски теми, кто борется за свою собственную власть. И надеяться тут можно только на самого себя, чтобы не быть слепцом, которого пинают в спину в нужном пинающему направлении.
Уже на улице Брайд поймал себя на мысли, что тот… то, что поселилось в его голове, пыталось указать ему на некую особенность в рассказе Бракса. Неосторожное, возможно нечаянно, а может быть и намеренно использованное слово. Но он отмахнулся от чужого намёка, как привык уже отмахиваться от всего, что незваным гостем пришло в разум. А стоило бы прислушаться.
Силу. Бракс сказал, что Вирот хотел забрать его Силу. Оговорился? Или же хотел, чтобы Брайд услышал именно это? Разве у лэтов есть Сила? Или же… способности Крови в какой-то мере и есть Сила? Как у магов, как у проклятых еретиков. Только называется иначе, чтобы не смущать умы. Ведь каким словом не назови особенность, которая отличает тебя от обычного человека, возможно суть одна и та же. Как такое может быть?
От осознания того, о чём он сейчас думает Брайд застыл на месте и чуть не застонал вслух. Улица, дома на ней будто смылись, смазались перед глазами в неясные силуэты, и эти силуэты домов наступали, надвигались, грозя раздавить. Ощущение было столь явным, что Брайд даже отшатнулся в невольном порыве вернуться в таверну.
И только твёрдая хватка руки, сжавшей его плечо, остановила его от этого позорного бегства из собственного безумия.
— Помогла тебе моя история? — безразличным голосом спросил Бракс, видимо, последовавший сразу же за Брайдом. — Или наоборот превратила в демонов котёл твой рассудок? Ты — умный парень, Брайд. И должен понимать, что в большинстве случаев лучше не знать ничего. Но ты ещё и упрям, а поэтому будешь искать свои ответы, пока они не раздавят тебя.