Эхо. Творец нитей
Шрифт:
Кицунэ жалостливо всхлипнула, утерла глаза и снова съежилась.
Нова посмотрел на нее внимательно. Температура тела необычного маленького упала до опасных значений.
– Тебе холодно?
– спросил великан.
– Холодно.
– Кицунэ хлюпнула носом.
– Та злобная тетка, в храме, разорвала взрывами всю мою одежду, а ты сжег последние лохмотья. Замерзла совсем. Так ведь и умереть можно!
– Ты весьма уязвим для боевой биоформы.
– Нова подставил Кицунэ ладонь и поднял указательный палец, на котором активировалась силовая печать и вспыхнуло, медленно
– Я еще хорошо держусь, - обиженно проворчала Кицунэ и, благодарно кивнув Нове, перебралась ему на ладонь, поближе к огню.
– Многие бы давно умерли, оказавшись в одном костяном доспехе на морозе. А ты хороший, Нова-кун. Жаль, что Генерал погиб. Я тоже... тоже потеряла близкого человека и видела смерть многих хороших людей. Это было ужасно.
– Ты был на войне?
– Да. Там множество боевых биоформ убивали друг друга. Друзья и враги гибли у меня на глазах... но все было не напрасно! Война закончилась, и теперь мы все сможем жить нормальной жизнью. Хочешь пойти со мной, Нова? В другую страну.
– Ты знаешь, где она?
– Да. Там все с радостью примут тебя, и нам больше ничего не надо будет бояться.
– Я никогда ничего не боялся. Это маленькие меня боятся, а я их нет. Там, куда ты идешь, живут боевые биоформы? Среди них много больших?
– Нова, ты немного неправильно представляешь себе мир, - сказала Кицунэ.
– Маленькие и большие, боевые биоформы и обычные люди, все мы представители одной расы. Мы -- человечество. Ты -- человек, и я тоже. Наши способности не важны, главное то, каково сознание. Знаешь, я читала одну книжку...
– Что такое "книжка"?
– Ну... это такой нарисованный рассказ...
– Кицунэ помедлила и, убедившись, что эти слова Нове знакомы, продолжила пересказывать вычитанную фантазию из манги.
– Про то, как один мальчик нашел человекоподобную машину давних, которая выглядела совсем как девочка и вела себя как человек. Даже в школу потом с ним ходила...
Нова слушал, относясь к словам собеседницы вполне серьезно. Это было очевидно, что маленькая боевая биоформа знает мир гораздо лучше него, и послушать ее будет полезно. Даже если половина слов незнакома.
– Что такое девочка?
– спросил он, ведь это понятие явно было важно для понимания сути сказанного.
– А ты этого не знаешь?
– удивилась Кицунэ.
– Вот я, например, девочка.
– Из-за костяной брони? Человек с такой защитой -- девочка?
– Нет! Погоди минуту, я сейчас.
– Кицунэ замерла, и сенсорная печать Новы показала великану многократное усиление тока Ци в голове собеседницы. Что еще она задумала? Если какая-нибудь ловушка...
Кицунэ потребовалось почти пятнадцать минут.
– Вот, смотри!
– сказала оборотница, вставая на ладони Новы и снимая с себя отслоившийся костяной шлем.
Каскад шелковистых золотых волос рассыпался по ее плечам. Кицунэ встала в горделивую позу и легким жестом провела ладонью по своей прическе. Донельзя кокетливый взгляд ее устремился на могучего великана. Смотри, мол. Вот какие мы, девочки!
– И что?
– с сомнением произнес Нова.
– Девочки - это люди
– Нет! Ты что, только волосы разглядел? Смотри на лицо. Разве я не красивая?
– Хм-м-м...
– Нова погладил свой закованный в сталь подбородок.
– Я не присматриваюсь обычно к лицам. Для меня все маленькие одинаковы, как камни у дороги. Представь себе камни. У одного скол справа, у другого слева. Один мхом оброс, второй на солнце лежал и растрескался. Может, они и отличаются друг от друга, но для меня эти отличия несущественны. Понимаешь?
– Вот ведь!
– Кицунэ обиделась и насупилась.
– Ну ладно, неудивительно, что трудно объяснить, ведь я в обгорелой и грязной броне! Было бы у меня красивое платье с кружевами и бантиками, ты бы все сразу понял! Эх, так как бы тебе объяснить... ты знаешь, что такое кошечка?
– Нет.
– А собачка? А зайка?
– Нет. Это звери такие? Я знаю лошадь и корову.
– Неудачное сравнение! Ну ладно, представь себе, кх-м... лошадь. У них тоже есть мальчики и девочки...
– И чем же они отличаются?
Кицунэ задумалась.
– Ну... на вид, может быть, и не очень...
Нова ждал. Кицунэ краснела и мялась, не зная, что сказать.
– Еще и коровы есть, - с сарказмом напомнил великан.
– Да! Есть коровы и быки. Ты знаешь, чем они отличаются?
– Конечно. В корове мяса меньше. В тебе что, мало мяса?
– Нормально во мне всего! Да что ты все не о том? А! Знаю как объяснить! Чтобы родился ребенок, почти каждому из видов живых существ нужно найти пару. Это сделано, чтобы геномы смешивались и рожденный ребенок отличался от своих родителей, создавая разнообразие! Вот когда такая пара создается, то один из этой пары -- мальчик, а второй -- девочка. Чтобы родился теленок, нужен бык и корова! Теперь понятно?
– То есть ты -- вторичный донор генома для создания клона. Так бы и сразу и сказал, а не морочил мне голову длинной волос, горелой броней и прочими глупостями.
– Почему вторичный?
– Кицунэ обиделась еще больше.
– Все равны!
– Безразлично.
– Нова не стал спорить, хотя был глубоко убежден что первичный донор генома для создания гигантов -- Генерал, а холодильник с образцами биоматериалов -- вторичен.
– Ну, продолжай. Что там про железного донора? Не знаю, кто рисовал этот рассказ, но, по-моему, он сумасшедший. Металл и пластик не несут генома, и называть машину донором...
– Ты так и не понял, что такое девочка!
– выкрикнула Кицунэ и топнула ногой.
– Девочка - это самое красивое, что есть в мире! Та машина была очень красивая и добрая, так что она -- девочка! Понял?
Нова возвел сенсорную печать к небу и обреченно вздохнул.
– Вот, раз теперь ты все понял, я тебе скажу то, что думаю о той ситуации. Я считаю, что та машина достойна отношения со стороны людей как к равному. Не важно, какой ты. Даже если из железа и пластика, если ты ведешь себя по-человечески, то ты -- человек!
– Хочешь сказать, что, несмотря на все различия, ты и я -- люди?
– Да.
– Так же, как и маленькие?
– Да. Я же тебе говорю.