Чтение онлайн

— А ты согласилась? — Да…

— Что-то не сходиться… — отпустив волосы Региды, я почесала бровь. — Незнакомый в сущности человек, которого ты не знаешь даже, как зовут, оказывает тебе мелкую услугу и предлагает усыпить гостей графа, а ты неожиданно соглашаешься…

— Ну да…

— Нет, — возразила я. — Все было не так. Он предложил тебе денег?

— Нет, — всхлипнула девушка.

— Тогда что?..

Она молчала. Пришлось напомнить ей о своих аргументах. Убеждение оказало положительный эффект, и Регида, рыдая и сыпля проклятьями на мою голову, поведала, что Блэр сказал ей, будто бы уман-трава обладает не только усыпляющим свойством. Оказалось, что если напоить ею мужчину, то он влюбиться в последнюю женщину, которую увидит перед тем, как заснуть. Большего бреда себе и представить было нельзя, но случилось так, что Регида влюбилась в герцога с первого взгляда и готова была на все, лишь бы быть с ним. Наемник все рассчитал верно. Он, скорее всего, сразу заметил слабость девушки и решил ею воспользоваться. Служанка же была невежественна, и о свойствах растений знала мало.

В результате половина выданной травы смешалась с вином, а вторая ушла на питье графа. И все было бы хорошо, если бы граф не оказался оборотнем.

Получив всю интересующую меня информацию, я отпустила девушку и встала. Хиланн все так же продолжала сидеть за столом, ее каменное лицо выражало спокойствие и решимость. Берта же, замершая у плиты, смотрела на меня с нескрываемым ужасом. Я попыталась успокаивающе ей улыбнуться, получилось плохо, так как женщина, схватившись рукой за шею, издала подозрительный хрип и бросилась вон из кухни. Пролетая мимо, и кося в мою сторону безумными глазами, кухарка сбила с ног начавшую подниматься Региду. Та зацепила посуду, стоявшую на столе, и кухню наполнили грохот и звон. В результате красная, униженная и злая служанка оказалась сидящей на полу в окружении осколков и черепков. Ее зареванное распухшее лицо исказила гримаса ненависти, но, как ни странно, высказывать нам свои соображения она не стала.

— Регида, я поговорю сегодня с графом. Думаю, он согласиться, что тебе следует подыскать себе другое место, — голос Хиланн был холоднее льда.

Девушка медленно поднялась, развернулась и вышла, оглушительно хлопнув дверью. На кухне мы с экономкой остались одни. Я пододвинула свободный табурет и села напротив нее.

Хиланн подняла бровь:

— У вас есть ко мне еще вопросы?

Я кивнула.

— Как давно это продолжается?

— Что?

— Сколько лет вы поили графа уман-травой?

— Ирье граф принимает настой уман-травы совершенно осознанно, когда у него проблемы со сном, — бесстрастно ответила экономка и поднялась, — прошу простить меня, элисса, но мне необходимо немедленно переговорить с графом. Думаю, ничего страшного не случиться, если нашу с вами беседу мы продолжим позже.

— Вынуждена вас огорчить. Поговорить с графом не представляется возможным.

Женщина вопросительно на меня посмотрела.

Скрывать очевидное не имело смысла, и я объяснила:

— Он мертв.

Хиланн схватилась за голову и покачнулась.

— Присядьте, — я подхватила ее под руку и усадила на стул. — Воды?!

Через мгновение перед женщиной стояла полная чашка.

— Он… его… как это произошло?

— Повесился, — лаконично сообщила я.

— О, Всемогущий! — воскликнула женщина и закрыла лицо руками.

Я помолчала, ожидая, когда Хиланн переварит печальную новость. Экономка продолжала неподвижно сидеть, я решила немного ускорить процесс и сказала утешающее:

— Не переживайте. Ему не много оставалось. Он бы и так умер.

Женщина подняла голову, глаза ее были сухи.

— Вы поили его уман-травой, не давая тем самым возможности перекинуться, но для оборотня это чревато. Понятно, что вы беспокоились, как бы он кого не убил, а он бы это сделал…

— Вы сказали: чревато. Чем?

— Он погибает, медленно, но верно, — пояснила я, пожимая плечами. — Неужели вы этого не знали?

Видеть на лице Хиланн растерянность было белее, чем необычно.

— Не знали… — констатировала я. — И сами вы ее не пьете… Однако жертв в замке за последние три года не было. Хорошо себя контролируете? Или охотитесь в другом месте?

Хиланн обреченно вздохнула:

— Вы знаете… Вы все знаете…

Я пожала плечами. Не знаю, только догадываюсь. Доказательств у меня нет.

Женщина опустила голову. Новость о смерти графа произвела на нее уж слишком сильное впечатление.

Белый накрахмаленный чепец вдруг растерял всю свою воинственность и жалко поник. Плечи опустились, и создавалось впечатление, что палка, которую проглотила экономка, сломалась в нескольких местах.

— Граф Верье ваш родственник? — спросила я на удачу.

— Да, — Хиланн тяжело оперлась на стол. — Единственный родной человек. Брат. Был…

Я снова села напротив нее, ожидая продолжения. Женщина с тоской взглянула на меня и начала рассказывать:

— Мы оборотни с рождения. Жили в Сиранталии, там оборотни были хоть и малочисленны, но жили на правах обычного населения, и все было хорошо. До того, как наша родина не вошла в Альянс. Сразу после этого по стране прокатилась волна нападений оборотнями на людей. Странно, не так ли?! Столетия жили в полном взаимопонимании, а тут как взбесились. Вот тогда быть оборотнем стало опасно. Смертельно опасно…

Женщина потерла виски, помолчала. Я не торопила ее.

— Нам с братом удалось спастись. Случайно. Просто очень повезло. Мы бежали в Кавадос некоторое время жили там, потом переехали в Цихор. Там я вышла замуж, но неудачно. Семья мужа не хотела нас принимать. Постоянные придирки, унижения. Джаг был молод и несдержан. Мой деверь довел его своими издевательствами. Как раз ночь была полной луны. Брат обернулся и разорвал его. Потом… потом пришлось убить всех и сжечь дом. Так мы первый раз попробовали вкус человеческой крови. Вы знаете, что это значит?

— После этого оборотню сложнее себя контролировать, — ответила я.

— Да, — кивнула Хиланн. — Странно, что такое происходит только от человеческой крови. Может дело во второй ипостаси оборотня. Не знаю… Мы долго путали следы, долго скитались, потом оказались здесь. Устроились в замок Верье прислугой. Я — служанкой, брат — егерем. Старый граф Верье любил охоту. На охоте

и погиб — упал с лошади и сломал шею. Поместьем стала заправлять его дочь — элисса Изольда. Имя красивое, а сама она… своеобразная была женщина. Вспыльчивая, жестокая и целеустремленная. Все ее боялись. Изольда сразу глаз положила на Джага, донимала его всячески, а как отец ее преставился, так просто прохода не давала. Выследила его как-то во время полнолуния, да и увидела, как он перекидывается. После этого стала брата шантажировать. А он слабый был всегда, и морально, и физически. Обернуться только при полной луне и мог. В общем, добилась Изольда своего. Называла его: «мой ручной ликантроп». Измывалась над ним по всякому. Он, дурачок, молчал. Мне ничего не говорил. А она мне специально работы надает побольше, да подальше от своих покоев. Мы с братом вообще видеться перестали. Джаг то слабенький, но меня выгородить смог, ей наплел, что таким стал от укуса перевертыша, и про меня Изольда не знала. Пару месяцев это продолжалось, а потом она залетела, что неудивительно. Графиня то думала, раз Джаг оборотень, то от него и детей быть не может. Наивная… Что она только не делала, чтоб от ребенка избавиться. И в проруби купалась, и напивалась до свинского состояния, а потом в горячей воде сидела, и отвара петрушки выпила бочку, даже к ведьме ездила, зелье какое-то пила, а ничего не помогло. Потом сдалась. Стала мужа искать. Да только поместье Верье не достаточно лакомый кусок, а время то поджимало. Замуж она выходила, живот уже виден был. За брата вышла. Так мы с благородными и породнились. У вас здесь титул может передаваться как от мужа жене, так и наоборот. Странно, что Альянс еще не изменил этот порядок… В общем стал мой Джаг графом, да только от этого жизнь его лучше не стала. Изольда всех своим замужеством шокировала, виданное ли дело благородной элиссе замуж за егеря?! А людям то только посудачить. Слухи разные разошлись как круги по воде. Злобу она свою на Джаге срывала. Брат совсем осунулся, похудел. К нему меня Изольда и на перелет стрелы не подпускала. Я не знала ничего, но подозрения были. Однажды ночью забыли меня запереть, — это Изольда распорядилась, после того как меня на хозяйской половине увидела, — я с братом переговорить хотела… Так вот открыта дверь оказалась. Не знаю, что на меня тогда нашло, но я перекинулась. И пошла в их покои. После того, как я увидела своими глазами, что там происходит… Как она унижает, бьет и измывается над моим братом… В общем, я поняла, что убью ее, чтобы мне этого не стоило. Знаешь чем отличается истинный оборотень от обращенного? Конечно знаешь, что я спрашиваю. В отличие от брата я всегда была сильной, обернуться могла в любой момент, ночью, днем, не важно когда. Стала я убегать в деревню, да таскать кур, и везде следы свои волчьи оставлять. Местным на территории поместья охотиться было запрещено. Вот они и пожаловались новому егерю, что волки промышлять стали. Изольда тогда была на сносях, в охоте принять участия не могла, хотя и очень хотела. Отправила слуг, да они ни с чем вернулись. После этого следы обнаружились в саду возле дома, рядом с телом любимой гончей хозяйки. Тогда графиня уже не выдержала, и приказала Джагу, — а лучше него охотников не было, что неудивительно, — привести ей шкуру наглого зверя. Брат сразу понял, чьи следы, но помалкивал. Уехали они на рассвете. Следы я для них запутала хорошо, чтоб им поездить подольше, а сама вернулась в замок. Еще накануне я выпила настой бурянника, и меня тошнило весь день. Так как это происходило неожиданно и в самых неподходящих местах, знали об этом все слуги. На утро большой охоты, я была бледная до зелени, и, помня о вчерашнем, привлекать к работе меня не стали. Так вот, запутала я следы и вернулась. Изольда была на кухне, распекала повариху. Пришлось мне ждать. Наконец, графиня выдохлась и пошла к себе. Ее спальня была на втором этаже. Поднималась Изольда долго, живот был огромный. Изначально я решила, что надо устроить несчастный случай, и именно сейчас, пока она такая толстая и неповоротливая. Конечно, мне проще было бы просто разорвать ее, но я могла утратить контроль, и стало бы сразу ясно, что здесь поработал оборотень. Так вот, я дождалась, пока она поднимется и отпустит перила, а потом бросилась ей под ноги. Изольда даже крикнуть не успела. Падая, она несколько раз перевернулась через голову, и на площадку перед лестницей рухнул уже ее труп. Все вышло очень удачно. В коридоре показалась служанка, увидела хозяйку. Я пронеслась мимо, так чтобы Герда меня заметила, но не успела разглядеть, и вылетела за ворота, а потом незаметно вернулась. О следах мне заботиться не пришлось, лошади охотников, превратили снег у ворот в сплошное месиво. Конечно, никто ни о чем не догадался, кроме брата. Служанка уверяла всех, что видела огромного волка над телом хозяйки, о том, зачем зверь пробрался в дом, никто особо не задумывался. Обстоятельства сложились еще более удачно, чем я предполагала. В тот день Джаг с другими охотниками затравил старого волка, которого выгнали из стаи. На него и свалили все нападения. На похоронах Джаг плакал. Ему все сочувствовали, боялись как бы руки на себя не наложил с горя. Только я знала, что плакал он от счастья. Это было освобождение для нас обоих. Через некоторое время брат назначил меня управляющей поместья.

— Но вы же его сестра, — удивилась я, — почему…

Хиланн, не дав договорить, ответила:

— Я не хотела быть здесь за бедную родственницу, участие принимать в приемах, отдавать дань обществу. Всех слуг мы вскоре поменяли, а вновь пришедшим я говорила, что состою с графом в родстве, но очень-очень дальнем. Мне нравилось управлять поместьем… Хорошее это было время…

Женщина, задумчиво, откинулась на спинку стула, по лицу ее пробежала тень улыбки.

— А для чего понадобилась уман-трава? — спросила я.