Достичь смерти
Шрифт:
– Я могу быть полезным!
– ответил он, вскидывая копья.
– Можешь! Уведи Талема и спрячь его!
Аль послушался. Их друг задремал в той же позе, в какой проводил друзей в бой. Взяв Талема на руки, Альтеро пошел к ямам. Перед тем как спрыгнуть, он услышал одно единственное слово:
–
Ша-эна.
Вот он Переписчик, одетый в грязный золотой плащ. Вот он стоит и смотрит на приближающиеся навозные шары. Струнка воткнута в землю рядом с ним. Сарпий поднимает руки. Издали его можно принять за огородное пугало. Переписчик кружится, неуверенно переставляя ногами. Он еще не знает, сработает ли или нет.
Конечно
– заверяет его
ша-эна
.
Увядшие лепестки цветов и ссохшаяся трава начинают водить вокруг Сарпия хоровод. Переписчик видит, как его окружил настоящий темно-коричневый пояс, шелестящий по притоптанному ковру пырея и клевера. Изрытый тысячами лап чернозем присоединяется к хороводу. Правая рука Сарпия выводит странные резкие движения, как будто раскручивает над головой невидимый кнут.
Земляные комья, катящиеся вокруг Переписчика, подпрыгивают, как трясущаяся на кочках телега. Они резко поворачивают и взлетают в воздух, зависая над головой Сарпия и продолжая нарезать круги, словно лошадь на привязи.
За шарами, что вот-вот должны раздавить Переписчика, оббегая беременную женщину с распоротым животом, бегут сектоны - на этот раз гибриды богомолов и светлячков. Их синие панцири красиво блестят на солнце. Сектоны готовы к самым неожиданным поворотам. Именно потому вслед шарам посланы войска богомолов.
Но Переписчик еще раз доказал, что умеет удивлять не только себя, но и самых подготовленных.
– Интересный момент, коллега. Вы только не обижайтесь, если вдруг я скажу что-то не то, - медленно проговорил Именующий.
– Конечно, коллега, о чем может идти речь?
– Меня немного смущает Сарпий. В том плане, что он ведет себя как бессмертный. Выходит один против армии, расправляется с ней... Но самое смешное, что он, по-моему, сам всякий раз удивляется тому, что творит. И что насчет его смертности? Ведь ша-эна, как я понял, делает его неуязвимым - он не устает, может не спать, не есть, раны затягиваются... Стало быть, он не может и умереть! Но Сарпий все равно не тревожится об этом! Как-то нечестно, знаете ли.
– Понял, о чем вы. Да, действительно, если подумать: почему бы ему не стать бессмертным? Однако же он данном случае он может погибнуть от руки простого человека и вовсю опасается этого. Почему? Сперва надо заглянуть в самую суть Переписчиков. Кто они? Те, кого обучают в Ордене.
– Это люди?
– жадно спросил Именующий.
– Может быть. Вы же не станете играть в карты с человеком, который показывает их вам. Почему? Потому что неинтересно.
Именующий кивнул.
– Хорошо. Откуда они берутся?
– Этого никто не знает, - лукаво улыбнулся Созидающий.
– Но они смертные, хоть и живут подольше простых людей. Да, его тело стало выносливее, плоть регенерируется быстрее, и все же - если его, к примеру, ткнуть ножом, Переписчик умрет.
– Как же так?
– Суть в нарушении его оболочки. Тем более - оболочки ша-эны. Это защитная философия. Раз простой человек в состоянии сладить с Переписчиком, значит, этот Переписчик никуда не годится. Оно же относится и к остальным Переписчикам. То же самое с самоубийством. Ша-эна вырвется на свободу и залезет в первое попавшееся на ее пути разумное существо.
– И все эти пчелы, дальсии, жуки с их комьями...
– Не более чем отвлекающий маневр и попытка изнурить воина.
– То есть, убей Сарпия пчела, и...
– Ну вы представляете, какой будет смех, переселись ша-эна в душу пчелы, пусть и с личиком человека. Комедия! Нет, уважаемый коллега, ша-эна - субстанция разумная и для качественного симбиоза ей необходим качественный носитель, коим и является Переписчик. Лучше не придумать! Раз попав в оболочку, она не может вырваться наружу, как бы ей ни хотелось. Разве что протягивать, хм-хм, лапы... Так бы она с радостью покинула Сарпия. Тот регулярно обеспечивает ей головную боль и ведет внутреннюю борьбу.
– Заметил. Получается, она выбрала бы Альтеро?
– Конечно!
– Я понял вас, - кивнул Именующий.
– А вы, однако, кровожадный, - продолжил он, показывая на бойню у Хиллэнда.
– Вы не в духе?
– Есть немного. Хочется чего-то такого... Воинственного. А как нам, вечно сидящим и смотрящим, воплощать свои желания, если не посредством создания миров и прилагаемых к нему сцен?
– Ваша правда, но, согласитесь, смута некогда братских народов была излишней. Последствия вышли чересчур резкими.
– Вы про тех?
– Созидающий указал пальцем себе за спину, где вдали виднелась голубоватая сфера. Именующий кивнул.
– Там слишком долго был застой. Это должно расшевелить их и отрезвить. Но, кажется, мы отвлеклись. Или, - Созидающий прищурился, - вы потеряли интерес?
– Ни в коем разе, коллега. Наоборот, я жажду продолжения. Я почему-то не сомневаюсь, что бедным сектонам достанется по первое число. Я уже хвалил вас за это слово?..
– Наблюдайте, - загадочно улыбнулся коллега.
Двадцать семь шаров зависли над Переписчиком. Двадцать семь здоровенных, размером с избу, дурно пахнущих шаров ходили по построенным специально для них орбитам. Один десяток медленно, второй - быстро. Остальные семь петляли между двух десятков шаров по путанным витиеватым траекториям. Сектоны были все ближе. Их морды отражали удивление.
"Вот и попрактикуемся", - довольно подумал Переписчик.
Раздался хлопок, и все шары рассыпались грязным облаком. Переписчик взял Струнку широким хватом и резко опустил ее. Земляное облако - несколько тысяч фунтов чернозема - полетело навстречу сектонам. Их смыло настоящей волной, которая обрушилась на авангард и поглотила насекомых.
Погибли не все - выжившие всеми силами старались выбраться наружу, рыхля землю шустрыми лапками. Среди упавших Сарпий увидел искалеченного воина, что снился ему в Нор'Шаране. Он тщетно пытался подняться - вывернутая нога подкашивалась, и мужчина падал, пачкая камзол кровью сектонов.
Подбежали новые твари. Они перекрикивались и будто согласовывали план атаки. Трупов было слишком много. Запах смерти царил везде. Даже утренние небеса потемнели и выглядели ужасно неуютно, словно надели траурное облачение. Солнце потускнело.