Чтение онлайн

Да, комсомол очень богат. Богат своим мужеством, своей стойкостью, своей отвагой, своей дружбой.

Заморский гость что-то записывал в блокнот. Но не знаю, опубликовал ли он все это в своей газете.

Компаньерос

Надрываясь, зуммерил полевой телефон. Наконец трубку взял командир полка:

– Двадцатый слушает!

– Двадцатый, двадцать пятый...
– Командир дивизии полковник Кузнецов подковырнул не то принятую систему позывных, не то подавшего голос Еренкова. Что-то до твоего хозяйства, Михаил Дмитриевич, в последнее время дозвониться стало трудно.

– Да я...
– попытался было возразить командир полка.

– Ну ладно, не оправдывайся, -

уже примирительно сказало высшее начальство.
– Лучше доложи-ка, чем сегодня располагаешь для работы.

Еренков оживился. В этом плане у него положение довольно приличное. Введены в строй боевых экипажей два летчика-новичка: боевое крещение получил сержант Протопопов, недавно прибывший в полк, и допущен к ночным полетам бывший адъютант третьей эскадрильи старший лейтенант Хотяшов. Борис Протопопов до прибытия к нам летал где-то в эскадрилье связи на Р-5. А Иван Хотяшов в полку с первого дня. В начале войны - истребитель. Был тяжело ранен. После госпиталя (медкомиссия отстранила его от полетов) занимался штабной работой. И вот сейчас, окрепнув физически, настоял, чтобы его еще раз проверила медицина. Попросился снова летать. Прошел курс подготовки к ночным полетам в полку.

– У меня все "кареты" с "извозчиками", - доложил Еренков.
– Могу всех отправить в дорогу хоть сейчас.

– Хорошо, хорошо, - отозвался на это командир дивизии.
– А сейчас слушай меня внимательно... Кстати, ты сидишь или стоишь?

– Сижу, - откровенно признался Еренков и улыбнулся: ведь при разговоре с начальством положено стоять.

– Так держись крепче за стул. Новость для тебя, думаю, особенно интересная и приятная.

Трубка замолчала. Командир дивизии, прикрыв микрофон ладонью, скомандовал летчику звена управления: "Вылетайте немедленно в Бельцы! Подробности - у оперативного дежурного".

– Алло! Алло!
– Еренков даже постучал по трубке.
– Почему молчите?

– Не шуми, не шуми, Михаил Дмитриевич, слышу.

– Так что за новость, товарищ полковник?

– Жди к себе гостей из Испании.

– Из Испании?..

– Именно. Хотел было отправить их к Илларионову или Девятову, да вспомнил - Испания-то тебе роднее. Кстати, ты хоть что-нибудь по-испански еще помнишь?

– А как же! Амиго... компаньерос...

– Значит, я правильно поступил.

– Гостям мы всегда рады.

– Прими заодно поправку: не гости они, а летчики. Бери к себе в полк...

Испанцы Бартоломео Масс и Мигуэль Родригес прибыли в нашу страну после падения республики в Испании. Бартоломео сражался против фалангистов генерала Франко на стороне республиканцев. Воевал, говоря по-нашему, не жалея живота своего, не щадя жизни. В трудную для Испании годину вступил в Испанскую коммунистическую партию. Личной храбростью, беззаветным служением идеалам революции заслужил большое доверие товарищей по оружию - был назначен командиром батальона...

Гибель республики явилась для Масса личной трагедией. И когда перед ним встал выбор, по какому пути идти дальше, он, не задумываясь, решил эмигрировать в Советский Союз, страну победившего социализма. Верил, что придет пора и он снова будет сражаться за счастье своего народа.

В солнечной Армении Бартоломео вместе с другими испанскими парнями, нашедшими в Стране Советов свою вторую родину, прошел курс первоначальной летной подготовки. А когда разразилась Великая Отечественная война, стал проситься на фронт. Всем своим существом понимал, что, защищая с оружием в руках великую Советскую страну, он будет бороться за свободу и независимость родной Испании.

Не сразу молодой испанский

пилот стал фронтовым летчиком. Сначала волею случая Бартоломео оказался в разведывательно-диверсионном отряде. Прошел здесь хорошую школу владения стрелковым оружием. Отлично стрелял из пистолета, из винтовки, знал станковый и ручной пулеметы, ППШ, научился делать фугасы. Прыгал с парашютом... Вскоре с небольшим отрядом партизан Бартоломео должен был десантироваться в глубокий тыл фашистов. Но... на войне как на войне. Случилось несчастье. Одна из групп, в которую входили друзья Масса, при выброске из самолета напоролась на немецкую засаду и почти вся погибла. Выброску остальных десантников было решено задержать. Насколько - неизвестно. Бартоломео хотелось не ждать, а драться с фашистами. И он попросил перевести его в авиацию. Просьбу удовлетворили.

Не каждому в авиации суждено быть истребителем. Массу, чтобы летать на Яках или "лавочкиных", требовалось, кроме всего прочего, пройти сначала подготовку на УТ-2 и УТ-1, а затем на учебных истребителях. Процесс довольно сложный и долгий. А если ты хочешь быстрее попасть на фронт - иди в легкомоторную авиацию. Там матчасть уже знакомая. Изучить надо только технику пилотирования ночью.

Военная судьба Мигуэля Родригеса была схожа с судьбой его друга Бартоломео. Разница - в нюансах. И вот они уже на фронте, в Молдавии, ждут отправления в один из полков 312-й Знаменской ночной легкобомбардировочной дивизии. В дивизии - три полка. Одним командует майор Илларионов. Его так и именуют - илларионовский. Другой называют девятовским, по фамилии командира полка полковника Девятова. А еще есть полк Комсомольский. Им командует бывший "испанец" майор Еренков.

– Вот куда надо проситься, Мигуэль, - говорит другу Масс.

Родригес молчит, занятый какими-то своими мыслями. Он и вообще не очень-то разговорчивый - прямая противоположность Бартоломео.

– Что же ты ничего не отвечаешь?
– упрекает его товарищ.
– Позволь тогда считать по-русски твое молчание знаком согласия?

– Хорошо, - кивает Родригес.

– Вот и отлично! Там нас быстрее выпустят в боевой полет. Вива, Испания!

* * *

Прибытия летчиков-испанцев в полк более всего ожидал майор Еренков. Только что он отправил на боевое задание все экипажи полка. Одни полетели бомбить живую силу и технику врага по дорогам Яссы - Тыргу-Фрумос, Яссы - Васлуй, Кишинев - Бужор - Хуши, другие - на переправы через Прут...

"Жди к себе гостей из Испании", - вспомнились Еренкову слова командира дивизии...

Испания... 1937 год... Как давно все это уже было...

На X съезде комсомола, который избрал Еренкова членом ЦК ВЛКСМ, познакомился он с летчиком Николаем Остряковым. С ним его свел секретарь ЦК по военной работе.

– Знакомьтесь, - сказал он, - надеюсь, будете друзьями. Во всяком случае, поговорить вам есть о чем. А у меня, извините, дела...

– А-а, Еренков!..
– Николай Остряков даже чуть растерялся.
– Слыхал, слыхал. Даже мечтал о встрече. Ух, думал, какой богатырь!

– Реальность разочаровала?

– Наоборот. Что не великан - даже лучше: меньше загрузка в самолете.

Оба сдержанно улыбнулись.

– При чем тут мой вес?

– Твой вес довольно значительный, - перевернул фразу летчик.
– А загрузка - другое дело. Думаю пригласить тебя в экипаж на побитие мирового рекорда. Как на это смотришь?

– Хорошо смотрю.

К собеседникам снова подошел секретарь ЦК комсомола. Уловив суть беседы, хотел вступить в разговор, но в это время раздался звонок на очередное заседание. Напоследок сказал: