Чтение онлайн

– Ура! Спасибо папочка!
– Барбара чмокнула старика в щёку и от радости закружилась в вальсе на месте.

– Чего спасибо? Не тебе, а мне купили. Папа, ты же сам знаешь, Барбара поиграет новым нигером день-два и выкинет, - не сдаётся старшая Эльза.

– Так, ещё слово и обе пойдёте пешком домой. Дома решим, чей это нигер. Не из-за чего ссориться. Я ещё не остановился, купим ещё сегодня кого-нибудь, - снова одёрнул дочерей почтенный сэр.

– Лот номер два! Смотрите же скорее господа! Конфетка, а не нигер! Как хорош, как натянуты его жилы. Попрошу обратить внимание, этот чернозадый с необычайным коричневым отливом, что просто наверняка кричит нам о его породистом среди нигеров происхождении. К бабке не ходи, уверен, выяснится, что это нигерский принц

или король. Потешьте самолюбие почтенные сэры. У вас будет в рабах нигер-принц, - меж тем продолжал аукционист.

– Я хотел бы лично осмотреть этого нигера перед торгом, и, пожалуй, ещё вон ту молоденькую чернуху, - заявил во всеуслышание Уильям Дороти.

– Пожалуйста, мистер! Кто ж против то! Мы за своих нигеров ручаемся. Специально для ярмарки отбирали, у нас брака нет, - одобрительно ответил аукционист, а вместе с ним одобрительно кивнул, и еврей перекупщик.

Уильям Дороти забрался на помост и начал ощупывать да осматривать лот номер два. Зашёл сзади, и снова осмотрел спереди. Снова зашёл за спину и снова вернулся пощупать мускулы спереди. В концовке Уильям Дороти с силой широко разинул продаваемому нигеру рот и заглянул в него.

– Нет-нет-нет! Этот нигер жуёт слишком много кату. Если я куплю его, мне придётся половину своей плантации вырубить и засеять катом, чтобы удовлетворять его ежедневные потребности. А иначе сбежит или нападёт. Проходили мы уже такое. Спасибо!

– Откуда вы взяли?
– задал вопрос, немного погрустневший от этих обидных слов аукционист.

– Тоже мне секрет Полишинеля! Ты на зубы и язык его глянь. И как им только удаётся этот кат добывать на этой земле, - ответил с важным видом умудрённого человека Уильям Дороти.

Далее Уильям Дороти осмотрел негритянку. Вот она полностью угодила. Пощупал и грудь, и ягодичные мышцы, всё в норме. И с фразой: "Зубы даже смотреть не стану. С плохими зубами такую попку не наешь!" - вернулся к остальным.

– Ну что же поделать, жуёт кат. Так ему положено, он ведь принц!
– попытался свести к шутке вскрывшееся досадное обстоятельство, аукционист.
– И не от такого отучали. Это же всего лишь нигер господа! Ну же, чего приуныли. Тысяча семьсот долларов начальная цена принца. Кто больше господа?

– Беру принца за тысячу восемьсот, - выкрикнул один из братьев Стивен Брукс.

– Отлично, принц растёт в цене прямо на глазах. Тысяча восемьсот - раз!

Молчание.

– Тысяча восемьсот - два!

Опять молчание.

– Становится скучновато! Вы хорошо подумали?
– аукционист снова вопросительно оглядел толпу. Толпа, словно на неё подействовала антиреклама, связанная с катом, упрямо безмолвствовала.

Очень неохотно аукционист ударил молоточком третий раз.

– Тысяча восемьсот - три! Продано! Поздравляю мистер! Эти почтенные сэры просто совсем ничего не понимают в хороших нигерах.

– Это кто не разбирается в нигерах? А в зубы не хочешь?
– заявил только, что подъехавший мистер Джон Эсквайр. Этот самый Джон был человеком самого дурного нрава. Постоянно с ним происходили нехорошие истории, выпутывался из которых Джон благодаря своему неплохому состоянию, полученному в наследство. Не приведи Господи какому-либо нигеру попасть к нему в рабство. Это был настоящий садист, с большой фантазией да придумкой и особенно Джон Эсквайр ненавидел черномазых каждое похмельное утро.

– Нельзя ему в зубы! Во-первых, он аукционист, а во-вторых - фримэн, то есть сам оплатил переезд в новый свет, - одернул Эсквайра местный шериф, не раз уже имевший с ним дело.

Эсквайр лишь ухмыльнулся и отошёл в сторонку. Аукционист, молча, проглотил угрозу и продолжил. Лотом номер три оказалась та самая негритянка, так понравившаяся Уильяму Дороти. И Уильям Дороти бился за неё до победного конца, уплатив чуть ли не двойную стоимость от первоначально заявленной. Наконец-то на лице еврея перекупщика появилась улыбка, и он довольно потёр руки. Затем было продано ещё несколько лотов. Публика потихоньку оживала. Торги пошли более успешно и азартно, а вместе с ними всё шире и шире становилась улыбка перекупщика. Была

успешно продана целая семья. Муж, жена и двое сыновей, причём все по отдельности. То есть муж достался почтенному сэру Майкл Олдбери, жену прикупил злодей Эсквайр, а сыновья, так как толку от них ещё пока мало, достались двум менее тугим кошелькам. Данная семейная трагедия ни капельки не тронула эти холодные безжалостные сердца, не убавила ни на йоту царившее в толпе ярморочное веселье. И даже наоборот.

– На том свете свидитесь!
– кричал захлёбываясь диким смехом, аукционист, и махал несчастным на прощание платочком.

После этой продажи, одного мягко сказать малопригодного нигера разыграли в лотерею. Ведь ярмарка. Счастливчиком, выигравшим оказался мэр города, и все тут же дружно принялись его поздравлять.

– Вот это совсем другое дело! Вот это я понимаю ярмарка! Не то, что прошлая. Вот это атмосфера - мощнейшая энергетика леди и джентльмены. Блестяще! Папуасы разлетаются, словно пирожки в печной лавке! Если так дела пойдут и дальше, необходимо будет срочно гнать за новой партией, - продолжал весело тараторить аукционист, под одобрительное кивание перекупщика еврея.

У перекупщика же затикал правый глаз, что, прежде всего, случалось, когда действительная выручка начинала опережать предполагаемую.

Всё время с начала аукциона, Бибиба беспокойно искал в толпе белых лиц того самого, своего будущего хозяина. Доброго и великодушного старика высматривал Бибиба, но такой не просматривался. Не было ни у кого из белых и библии в руках. Быть может его, задержали дела, и он вот-вот появится. Не терял надежду Бибиба. А светлоликий старик всё не шёл и не появлялся.

– Ну почему ты опаздываешь? Приди же поскорее, скоро моя очередь, - молил про себя Бибиба. Однако тщетно.
– Эх, и за какие же такие грехи в прошлой жизни родился я негром?
– Спрашивал сам себя Бибиба.

Где-то с середины аукциона стал Бибиба ловить на себе всё чаще и чаще взгляд одного белого господина. То был загадочный, молодой мистер Гарри Финчер, богач и филантроп. Именно он, пока ещё ни разу не принявший участия в торгах, с какого-то момента занялся сверлить Бибибу душераздирающим взглядом. Бибиба взгляда этого не выносил, и всё время отворачивал голову в сторону, но постоянно волей-неволей снова и снова встречался глазами с белым мистером. И вот встретившись в очередной раз, в ушах Бибибы плачевно-меланхолично заиграл дудук. Бибиба не мог понять, откуда идут звуки, тем более как казалось, никто кроме него их не слышит. Но они были и были такими трогательными, словно сами небеса оплакивали участь несчастных рабов и Бибибы в том числе. Музыка эта совсем не подняла настроения, а наоборот вселила уныние, страх и жалость к самому себе. Бибиба опустил голову и немного задрожал.

– Всё внимание сюда, дамы и господа! Плавно переходим к двадцать третьему лоту сегодняшнего благословенного Богом аукциона!
– продолжал веселить публику аукционист, мастерски и с творческим подходом выполняя свою работу.
– Смею в очередной раз порадовать вас. К нам приехал гость. Приехал из далёкой и волшебной страны под названием Черножопия! И непросто приехал, а и любезно предложил продать себя за тысячу пятьсот долларов. Зачем тебе это нужно, доброе сердце? Спросил, было, Я, - дребезжал аукционист, - так уж сложились звёзды и вообще, гораздо приятнее служить наимудрейшим белым господам, чем прыгать по веткам деревьев в поисках кокосов. Клянусь богами Олимпа, именно так отвечал мне гость и добавил. Но! Если в ходе торгов сумма не увеличится, хотя бы на две трети, этот обезьянин лично мне шепнул, что расстроится и обидится. Так не будем же расстраивать и обижать дорогого гостя, тем более что это не по-христиански. Ну и сами видите: нигер вполне себе стоящий. Как вам это? Просто песня, а не нигер. Берите, где вы ещё такого умника найдёте.
– Выпалил как на духу аукционист, указывая пальцем на соседа Бибибы. Того самого соседа, которого Бибиба поутру принял за обработанного химикатами. Негр тяжело стоял, и видно было, что он едва крепится. Просто наверняка его хорошенько припугнули, если он не выдержит аукциона.