Чтение онлайн

–  Что же касается наших отношений с Рафаэлем… - спокойно продолжила Валерия, - нет, его любовницей я не стала. Хотя он этого хотел и добивался, но… Понимаете, я просто видела, что его не секс даже интересует. Ему надо было меня просто поиметь. Именно - поиметь. Для удовлетворения каких-то своих тайных желаний, мечтаний и страстишек. Это началось еще в Москве, когда я была любовницей его отца. И он, кстати, знал это. И, может быть, именно поэтому хотел, чтобы я ему дала… Зачем-то ему это было очень нужно - поиметь любовницу своего отца.

–  Какая милая психологическая

деталь. Он что - извращенец?
– поинтересовался Ледников.

Валерия ненадолго задумалась.

–  В каком-то смысле. Для него поиметь кого-то - самая большая радость и наслаждение. Причем сделать это так, чтобы еще унизить, нагадить в душу человеку…

Она как-то оценивающе оглядела Ледникова, а потом сказала:

–  Он ведь и невесту нашего лорда очень хотел бы опустить. Лорда купить, а невестой его попользоваться. Видел в этом какое-то особое удовольствие.

Ледников никак не отреагировал на ее слова. Он с самого начала подозревал что-то в этом роде. Удивляло его другое - та откровенность, с которой Валерия говорила с ним. Он ведь не ангел, явившийся к ней с небес! То ли она и впрямь на грани нервного срыва, то ли таким манером пытается ему что-то внушить… Пожалуй, пора несколько переменить тему.

–  Скажите, а что вы делали на кладбище? Я видел там ваш автомобиль.

–  Вы и тогда следили за мной?

–  Нет, у меня там дела личного свойства.

–  Это какие же?
– недоверчиво спросила Валерия.

–  Я искал могилу Керенского.

Как всегда, упоминание о могиле Керенского действовало безотказно. Люди какое-то время усваивали услышанное.

–  Керенского?
– ничего не поняла Валерия.
– Ничего себе! А она что - действительно там?

–  Представьте себе. Там не только его могила, но и могилы двух его сыновей - по обе стороны от его. Причем одна так же ухожена, а другая - затоптанная, забытая…

–  Странно, - пожала плечами Валерия.

–  В том-то и дело. Представьте себе, что это могила господина Муромского. Рядом такая же одного сына. А с другой стороны - запущенная могила другого… Что бы вы подумали?

–  Понятия не имею.

–  Вы подумали бы то же самое, что думают другие, - настойчиво сказал Ледников, внимательно следя за ней.
– Вы подумали бы, что один сын был отцу близок и дорог, а второго он и знать не хотел. Ситуация прямо, как у господина Муромского-старшего…

–  Но у Муромского только один сын, - запротестовала Валерия.

–  Вы уверены?
– спросил Ледников, не сводя с нее глаз.

Она чуть запнулась, а потом ответила:

–  Да, конечно.

–  А вы что, так здорово знаете прошлое господина Муромского? Все его семейные тайны? Пересчитали все скелеты в его шкафах?

–  Нет, но… Я ни разу не слышала, чтобы он кого-то упоминал.

–  Это ничего не значит. Он мог даже не знать, что у него есть сын. С мужчинами, знаете, такое случается.

–  Мне такое даже в голову не приходило!

–  А что вы все-таки делали на кладбище?

–  Там неподалеку живет моя подруга по университету. Я приехала раньше, чем

мы договорились, и решила прогуляться. Место тихое, пустое, никто не мешает. Опять же Керенский похоронен, - усмехнулась она.
– И, кстати, там же могила жены Черчилля. Вы ее видели? Неужели нет?

–  Признаться, не дошел… Валерия Олеговна, это момент, конечно, очень интересный, но меня больше интересует другое. Где вы были, когда Рафе стало плохо?

–  Здесь. В этой квартире.

–  А когда его привезли домой?

–  Видимо, тоже здесь.

–  Что значит - видимо?
– строго осведомился Ледников.
– Вы что - даже не спустились посмотреть, что с вашим подопечным?

–  Это значит, что я не знаю, когда его привезли, кто его привез и когда его увезли. И привозили ли вообще… Поймите, мы вовсе не каждый день с ним видимся. Он звонит, когда у него возникает нужда во мне. Я ему звоню, когда у меня есть к нему вопросы.

–  То есть вы у него там не прибираетесь каждый день?
– решил уточнить Ледников.

–  Повторяю - я не прислуга и унитазы у него там не мою, - несколько обиженно возразила Валерия.
– Для этого есть приходящая уборщица. Она пакистанка.

–  А как же вы узнали, что он пропал?

–  Мне позвонили юристы, которые занимаются оформлением сделки по RWG… Сказали, что уже третий день не могут связаться с ним.

–  И что вы подумали?
– быстро спросил Ледников.

В такие моменты важно не терять темпа. Потому что, если допрашиваемый лжет, он должен в какой-то момент сбиться или запутаться. Главное - не давать ему продыха, возможности думать о правдивости и связанности излагаемого.

–  Ничего, - чуть помедлив, ответила Валерия.
– Он и раньше пропадал на несколько дней, никого ни о чем не предупредив. У него стиль такой - романтический. Он мог в Рио-де-Жанейро улететь или на Гавайи…

–  А как же сделка?

–  Сделка… Он был убежден, что лорд никуда от него не денется.

–  То есть вы считаете, что он сейчас где-то на Гавайях?

–  Я считаю, что такое может быть. И не знаю, что произошло на самом деле.

–  А предчувствия вас не мучают? Дурные?

–  В последнее время у меня, конечно, появились подозрения… Особенно после этих статей в газетах и смерти журналиста…

Ледников поставил давно уже пустой стакан на стол.

–  Да… Боюсь, наш юноша держал вас в неведении.

–  О чем вы говорите?
– не поняла Валерия.

Ну что ж, пора было вводить в ее сознание новую информацию. И тогда посмотрим, будет ли она столь же спокойна и последовательна в своих ответах.

–  Вы же знаете его маму, достопочтенную сеньору Франциску, проживающую в Мадриде?

–  Видела несколько раз это… чудовище. За копейку удавится.

–  Я думаю, точнее будет сказать - удавит, - поправил ее Ледников.
– Так вот, я только что прилетел из этого славного города. И мне там весьма и весьма осведомленные люди поведали, что, по их сведениям, последнее завещание господина Муромского может быть составлено вовсе не в пользу его сына…