Чтение онлайн

На диване все в той же позе оставалась мать Джиа. Я поклонилась и сказала, что Ли Риан позовет ее к дочери. И направилась на выход. Шофер уже ждал меня с открытой дверью. И увез в какой-то отель. Он помог донести чемодан до ресепшен, где его перехватил молодой удалец. Когда мне выдали ключ от номера, тот повел меня к лифтам.

Я приняла душ – я чувствовала, что мне нужно смыть последние сутки, чтобы расслабиться и попытаться уснуть. А затем повалилась в кровать и, стараясь не думать, закрыла глаза. Лишь на секунду я вернулась в сознание, чтобы написать дочери, что долетела нормально и уже отдыхаю в отеле. Удивительно, но мне удалось мгновенно

провалиться в сон. На приходящие сообщения я уже ответить не могла.

3-й год. Глава 18

Джиа умерла в тот же вечер. Но я узнала об этом только на третий день, когда с самого утра ко мне в номер постучался водитель. Он протянул пакет, в котором оказалось черное платье, и сказал, что ждет меня внизу через пятнадцать минут. Я не стала спорить, накинула наряд и села. Рядом со мной на сидении лежал букет белых хризантем.

– У нас обычно красные гвоздики покупают, - сказала я вслух.

Водитель кивнул, но не ответил.

– Теперь вы перейдете к маме Джиа в услужение? – спросила я.

Он помотал головой.

– Нет? А куда же?

– В ближайшие два месяца я останусь в доме, если понадобится моя помощь, а потом буду искать новую работу. С мадам Пак я никогда работать не буду.

– Вы простите мне мое любопытство, но почему?

– К счастью, я обещал это самой Джиа, и это мой главный аргумент. Но я бы не хотел работать с женщиной, которая похоронила дочь давным-давно, а сейчас просто играет свою роль.

– Как больно это слышать. Джиа была сильной, но всем иногда хочется, чтобы самый близкий человек мог спрятать тебя на мгновение в объятьях от мира, от проблем…

Захотелось обнять дочь, и я послала ей смайлик, чтобы она об этом узнала. В ответ она прислала фото их с Жанной за работой. Сердце успокоилось, и я отложила телефон.

– Можно вас попросить? – неожиданно обратился ко мне шофер.

– Конечно!

– Не общайтесь с мистером Ли ближайшие сорок девять дней.

– Только сорок девять?

– Да. В память о Джиа. Сорок девять дней.

– Хорошо, конечно. Спасибо, что сказали. Но Джиа говорила про полгода.

– Это общий траур – столько у супруга не должно быть новых отношений. А строго, чтобы он провожал ушедшую жену, сорок девять дней.

– Поняла. Хорошо.

– Спасибо.

Дальше он, всегда угрюмый, разговорился и рассказал про традиции на похоронах. И я с удовольствием послушала, потому что крайне мало знала об этой древней культуре. Раньше на похороны могли надевать маски, чтобы отпугнуть злых духов от покойника, а потом в конце процессии их сжигали. Еще была традиция кидать в разрытую могилу платки, чтобы покойник забрал слезы живых. А еще что похороны длились уже три дня и все это время можно было подойти в похоронный центр, где мама Джиа разместила алтарь, и проститься с усопшей. Но почему-то было решено меня туда не звать. Однако на захоронение кремированной урны, где обычно присутствуют только самые близкие родственники и друзья, меня привезли.

Я в свою очередь поведала о наших традициях. Но все сходилось на том, что на третий день тело или прах опускали в землю и проходило сорок дней перед тем, как душа покидала мир живых.

Когда мы приехали, он напутствовал меня. Он предупредил, что мне лучше всего стоять в стороне. И только после ухода родственников возложить цветы. И обязательно съесть что-то с поминального стола, чтобы усопшая знала, кто приходил с

ней проститься.

Я пыталась внушить себе, что пришла на похороны девушки, но глаза постоянно возвращались к Ли Риану. В черном классическом костюме он выглядел великолепно, хоть и показалось, что он сильно похудел за это время. Но больше всего меня поразила серебряная прядь, свисавшая с правой стороны челки. Сердце защемило, насколько тяжело он воспринял потерю. Это полностью поменяло его имидж. Я не могла отделаться от мысли, насколько новая прическа возбуждала меня.

За время молитв он ни разу не обернулся. Через время подъехала еще одна машина и из нее вышли знакомые лица. Участники TheNightSky и менеджер были в черных костюмах и с букетами белых цветов. Они поклонились мне и встали рядом, ожидая окончания церемонии. Затем мы поклонились маме и вдовцу усопшей, возложили цветы и помянули.

Я смотрела на чрезмерно пьющего Риана, и тревога не отпускала.

– Ребят, - обратилась я к его друзьям. Они подошли ближе. – Не оставляйте Риана, пожалуйста. У меня сердце разрывается, что в самый тяжелый период его жизни я не могу быть рядом с ним. Думаю, вы понимаете.

– Аврора, - сказал клавишник Сон Ханыль. – Ты не беспокойся. Мы не собирались бросать друга в беде. Мы уже договорились дежурить по очереди, чтобы он был под присмотром.

– Его родители тоже приезжают, так что они смогут приглядывать, - добавил басист Кан Минджун.

– Спасибо вам большое. Для меня очень много значит ваша дружба, - я протянула им свои визитки. – Обращайтесь в любой момент, если нужна будет помощь.

– Не волнуйся, время пролетит быстро, - вставил барабанщик Хван Доха.

– Для меня – скорей всего, для Ли – точно нет.

Я посмотрела в его сторону, он на повышенных тонах разговаривал со своей тещей. Казалось, он вот-вот сорвется и перепрыгнет стол и нападет на нее. Однако мой взгляд перехватил шофер и вовремя подошел, чтобы предотвратить драку. Риан резко отреагировал, когда почувствовал чужую хватку на своих плечах, но тут же успокоился, узнав верного слугу Джиа. А затем налил себе еще соджу и залпом выпил рюмку.

Шофер подошел ко мне, чтобы рассеять сомнения и пообещать отвезти его обратно в особняк. Там он должен будет провести следующие сорок девять дней, не оставляя дух жены в одиночестве. Но уже без матери. Ей в доме находиться было запрещено. Но не по традиции, а по завещанию.

– Какая жестокая у вас традиция – запирать живого человека с духом умершего. Риан и так не в себе, а полтора месяца в одиночестве просто уничтожат его, - я не заметила, как слезы потекли по щекам. – Одна надежда, что друзья и родные хоть немного смогут отвлечь его мысли.

Я посмотрела на корейцев с укором, будто они могли что-то изменить.

– Мне нужно отвезти вас в отель, - решился шофер. – Чтобы успеть вернуться за господином.

– Не беспокойтесь, - вступился Ханыль, - мы отвезем.

Я с благодарностью поклонилась, и мы решили потихоньку пробираться к машине. Риан увидел нас, кое-как вылез из-за стола и на шатающихся ногах подошел. Он принял соболезнования от друзей, а потом остановился передо мной. Он так сгорбился, что был почти моего роста. Он уже с трудом выговаривал слова, и взгляд его был затуманен, но он считал нужным высказаться:

– Заря моя, заря. Когда же ты перестанешь меня дразнить? Ты заигралась в свои командировочные игры.

Парни напряглись – я видела, как они встали ближе ко мне.