Чтение онлайн

На объявлениях было фото собаки и предлагалось небольшое вознаграждение, но желающих не нашлось.

Завтра я разыщу Хауи.

Это снова было мое паучье чутье. У меня было чувство, что Хауи важен.

Сингх пытался ему дозвониться.

Это должно было что-то значить, верно?

Я вошла в квартиру и поздоровалась с Рексом. Проверила сообщения на автоответчике.

Всего три.

Первое от Джо. — Привет, кексик. — И все.

Это было все сообщение.

Второе от Рейнджера. — Йо. — На фоне Рейнджера Джо выглядел болтуном.

В третьем повесили трубку.

Я прошла в гостиную, плюхнулась на диван и потянулась за

пультом.

Яркое пятно привлекло мое внимание с другого конца комнаты.

Цвет исходил от вазы с красными розами и белыми гвоздиками, стоящей на столике.

Цветов не было там утром.

К вазе был прислонен белый конверт.

Моей первой мыслью было, что кто-то проник в мою квартиру.

Рейнджер и Морелли делали это регулярно, но они никогда не оставляли мне цветов, и я была почти уверена, что и на этот раз это не они. Я быстро попятилась на кухню, сердце билось слишком сильно и быстро. Я достала пистолет из банки для печенья в виде бурого медведя и начала красться по квартире.

Оставалось осмотреть две комнаты.

Спальня и ванная. Я заглянула в ванную.

За занавеской для душа не прятались жуткие сумасшедшие убийцы.

На унитазе тоже никого.

В спальне тоже не было монстров.

Я сунула пистолет за пояс джинсов и вернулась к цветам.

Снаружи на белом конверте было напечатано послание.

Салки.

Ты водишь. Я понятия не имела, что это значит. Я открыла конверт и достала три фотографии.

Потребовалось мгновение, чтобы изображения дошли до сознания. Я прижала руку ко рту, когда поняла.

Это были фотографии жертвы огнестрельного ранения.

Женщина.

Выстрел между глаз.

Фотографии были сделаны крупным планом, слишком близко, чтобы можно было установить личность женщины.

На одной фотографии была видна часть брови и открытый незрячий глаз.

Две другие запечатлели разрушения на затылке, место выхода пули.

Я выронила фотографии, бросилась к телефону и набрала Джо.

— Кто-то проник в мою квартиру, — сказала я.

— И оставили мне цветы и какие-то ф-ф-фотографии. Мне вызвать полицию?

— Милая, я и есть полиция.

— Тогда я прикрыта. Ладно, просто уточняю.

— Хочешь, приеду?

— Да. Гони.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Морелли стоял, уперев руки в бока, и смотрел на цветы на столе и фотографии, всё ещё разбросанные на полу.

— У тебя на двери будто табличка висит, приглашающая психов и сталкеров заходить внутрь. Все вламываются в твою квартиру. Я никогда не видел ничего подобного. У тебя три замка высшего класса на двери, и это никого не останавливает.

Он взглянул на меня.

— Дверь была заперта, верно?

— Да. Была заперта.

Ну ё-моё.

— Ты думаешь, это серьёзно?

Морелли посмотрел на меня так, словно я говорила на иностранном языке.

— Кто-то вломился в твою квартиру и оставил фотографии застреленного человека. Ты не думаешь, что это серьёзно?

— Я в полном ужасе, но я очень надеялась, что ты скажешь мне, что я слишком остро реагирую. Я рассчитывала на крошечный шанс, что ты сочтёшь это чьей-то шуткой.

— Терпеть это не могу, — сказал Морелли. — Почему у меня не может быть девушки с нормальными проблемами... типа сломанного ногтя, задержки месячных или влюблённости в лесбиянку?

—

И что теперь? — спросила я.

— Теперь я звоню в участок и вызываю пару ребят, чтобы собрать улики и, может быть, поискать отпечатки. У тебя есть хоть какие-то идеи, о чём это всё?

— Вообще никаких. Ни зацепки. Ничего.

Зазвонил телефон, и я пошла на кухню, чтобы ответить.

— Я определённо думаю, что у нас с Рейнджером может всё получиться, — сказала Валери. — Ты с ним приятельница. Ты могла бы нас свести.

— Валери, ты на девятом месяце беременности. Сейчас не лучшее время для свиданий.

— Думаешь, мне стоит подождать, пока я не рожу?

— Я думаю, лучше вообще забудь об этом.

Валери тяжело вздохнула и отключилась. Рейнджер на свидании вслепую. Вы это вообще можете себе представить?

— Ты улыбаешься, — сказал Морелли. — Валери хочет, чтобы я свела её с Рейнджером.

Теперь улыбался Морелли.

— Мне нравится. Надень бронежилет, когда скажешь об этом Рейнджеру.

Морелли открыл холодильник, достал кусок оставшейся пиццы и съел его холодным.

— Я думаю, было бы разумно вывезти тебя из этой квартиры. Я не знаю, в чём дело, но мне не по себе от мысли игнорировать это.

— И куда я пойду?

— Ты пойдешь ко мне домой, кексик. И там будут свои плюсы.

— Например?

— Я разогрею твою пиццу.

Морелли жил в двухэтажном доме, который достался ему от тёти Роуз. Дом стоял примерно в полумиле от моих родителей, планировка почти один в один. Комнаты шли паровозиком: гостиная, столовая, кухня. Наверху были три спальни и ванная. Морелли добавил туалет внизу. Он постепенно переделывал дом под себя. Деревянные полы были заново отшлифованы и покрыты лаком, но тонкие старомодные занавески тёти Роуз остались. Мне нравилось это сочетание, и странным образом мне было бы жаль, если бы дом полностью стал домом Джо. Было что-то утешительное в том, что занавески пережили тётю Роуз. Надгробие — это, конечно, хорошо, но занавески — это куда более личное.

Мы стояли на маленьком крыльце, и Морелли предостерёг меня, отпирая дверь.

— Приготовься, — сказал он. — Боб не видел тебя пару дней. Не хочу, чтобы ты шлепнулась на задницу на глазах у соседей.

Боб был большим лохматым рыжим псом, которого мы с Морелли делили. Технически, полагаю, это была собака Морелли. Боб изначально поселился у меня, но в итоге выбрал Морелли. Одна из этих мужских штук, наверное. Морелли открыл дверь, и Боб выскочил наружу, врезавшись мне в грудь. Недостаток манер Боб компенсировал энтузиазмом. Я прижала его к себе и громко чмокнула несколько раз. Боб терпел это мгновение, а затем развернулся и бросился обратно в дом, галопируя из одного конца в другой, хлопая ушами и размахивая языком.

Полчаса спустя я устроилась: моя машина была припаркована у обочины за грузовиком Морелли, моя одежда висела в шкафу гостевой спальни, а клетка с хомяком Рексом стояла на кухонном столе Морелли.

— Спорим, ты устала, — сказал Морелли, выключая свет на кухне. — Спорим, тебе не терпится лечь в постель.

Я искоса взглянула на него. Он обнял меня за плечи и направил к лестнице.

— Спорим, ты так устала, что даже не хочешь возиться с пижамой. На самом деле, тебе, возможно, понадобится помощь, чтобы выбраться из всей этой одежды.