Чтение онлайн

Бронотт взглянул на ассистента, дабы убедиться, что все необходимое зафиксировано в протоколе. Получив в подтверждение кивок, комиссар обратился к Элдору:

– Вы хотите сказать, капитан, что стали свидетелем... проявления мутации?
– Бронотт наклонился вперед, опираясь локтями о колени и соединяя пальцы в замок.

– Я хочу сказать только то, что сказал, комиссар. Я не эксперт, чтобы делать какие-то выводы.

Бронотт бесстрастно моргнул.

– Вы снимали шлем костюма?

– Нет, комиссар.

–

Вы снимали респираторный блок шлема?

– Нет.

Бронотт откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди.

– Что ж, очень занимательная история выходит, капитан Финбар.

– Рад, что вам понравилось, - отозвался Элдор, разглядывая лицо собеседника, которое вполне могло бы быть лицом похоронного агента, которому за огромные деньги поручили предать погребению любимого мопса герцогини.

Полковник Донован свирепо взглянул на капитана, но промолчал.

– И вы абсолютно уверены в том, что вы видели, - уточнил комиссар, - в то время как ваши подчиненные дали совершенно другие показания? Например, рядовой Хейдан утверждает, что его ранил фомор.

– Так что же вы его не спросите, снимал ли он шлем костюма?
– поинтересовался Элдор.

Бронотт резко подался вперед и впился глазами в лицо гвардейца.

– Прекратите отвечать вопросом на вопрос, Финбар, - холодно велел он.
– Иначе допрос в самом деле будет признан недействительным, а вы будете вести следующую свою беседу в карцере.

Рядовые вместе с сержантом испуганными вахками сидели в углу и отмалчивались. Они смотрели поочередно на капитана и комиссара. Любуясь выражением плохо скрываемого ужаса на лице младших по званию, капитан подтвердил:

– Да. Я уверен в том, что я видел.

Он посмотрел комиссару в лицо и добавил:

– Позвольте вопрос рядовому Хейдану.

Комиссар коротко кивнул. Элдор обратился к подчиненному:

– Хейдан, ты снимал шлем костюма или респираторный блок?

Рядовой отрицательно мотнул головой.

– Нет.

– Опиши фомора, который напал на тебя этой ночью и из-за которого ты получил эти травмы, - Элдор показал на себе сломанную руку и ушиб головы.

– Отклоняется, - встрял Бронотт, - несущественно.

Элдор с усмешкой обернулся к нему.

– Как скажете. Только позвольте напомнить, чтобы вопросы занесли в протокол.
– Он многозначительно взглянул на ассистента. Однако тот продолжал невозмутимо стучать клавишами.

Бронотт повернулся на стуле, который заскрипел под ним, и сам обратился к рядовому:

– Господин Хейдан, как вы считаете, капитан Финбар был в здравом уме, когда вы оба подверглись нападению?

Хейдан бросил быстрый взгляд на Элдора, а потом снова на комиссара. Определившись, кто вызывает у него больший страх, рядовой сказал:

– Не знаю... я не...

Донован перебил:

– Протестую, Бронотт. С чего вы взяли, что рядовой способен адекватно дать оценку состоянию капитана на тот момент?

– Протест отклоняется, - ответил комиссар, - почему вы думаете, что он не может?

– Я действительно не могу, -

торопливо подтвердил Хейдан.

Донован, не сводя с него глаз, обратился к комиссару:

– Разрешите вопрос рядовому Хейдану.

– Ну.

– Господин Хейдан, вы не можете дать оценки психическому состоянию капитана Финбара на момент нападения, потому что в тот самый момент вы находились в состоянии аффекта или потому, что на вас в настоящий момент оказывают какого-либо рода давление?

Элдор покосился на комиссара, ожидая, что он снова отклонит вопрос, но Бронотт молчал. Хейдан беспокойно заерзал на стуле. За окном сердито загудели авто. Ящерица в террариуме высунула кончик языка, облизала нос и спрятала язык обратно.

Тиканье часов делало ход времени почти осязаемым. Грузными гирьками шлепались секунды в тягучую патоку молчания. Элдор вдруг ощутил смертельную усталость. Больше всего хотелось откинуться на спинку кресла, закрыть глаза и спать, спать...

– О-одно из этих утверждений верно, - наконец выкрутился Хейдан.

– Какое именно?
– настаивал полковник.

– Отклонено, - сказал Бронотт, - вы оказываете давление на свидетеля.

Донован даже не скрывал своего удивления:

– Я оказываю давление?

Бронотт проигнорировал его и обернулся к Элдору:

– Капитан, в то время как часть вашего отряда отправилась преследовать стаю фомор, вы с рядовыми Хейданом и Вирхором, а также сержантом Айлой покинули место предполагаемой засады. Вы оставили аппаратную сеть там, в помещении мебельной фабрики?

– Да.

– Она была включена?

– Нет.

– Вы или кто-нибудь из отряда возвращался, чтобы включить ее?

– Протестую, - сказал Донован, - несущественно.

– Увы, я полагаю иначе, - отозвался комиссар, - а вы, как наблюдатель, не имеете права брать слово за свидетеля или отклонять мои вопросы.

Удобно, подумал полковник. Элдор же, в свою очередь, не имеет права отказаться отвечать на вопрос. Капитан сказал:

– Я не возвращался, чтобы включить ее, и не видел, чтобы кто-то делал это.

– А вам известно о рисках применения аппаратных сетей и правилах техники безопасности при обращении с ними?

– Да.

Бронотт кивнул, но каким-то своим мыслям. Ненадолго снова воцарилось молчание, которое нарушил Донован:

– Позвольте вопрос свидетелям, комиссар.

– Давайте, - разрешил тот.

Полковник обвел взглядом гвардейцев.

– Господа. Заметили ли вы кого-нибудь постороннего на территории фабрики во время патрулирования или после того, как стая фомор покинула здание?

Рядовые и сержант ответили отрицательно, а Элдор сказал:

– Я видел человека в шляпе и длинном пальто. Он перепрыгнул с крыши фабрики на крышу завода и скрылся прямо перед тем, как случился взрыв.

Ассистент перестал стучать и поднял голову. Гвардейцы переглянулись. Бронотт от изумления забыл отклонить целых три вопроса полковника, в голосе которого тоже звучало удивление: