Девочка по имени Аме
Шрифт:
– Опаздывают… - произнес он.
– Никого понятия о пунктуальности!
Цукиеми застыл рядом каменным изваянием. Он смотрел на людей без интереса и без каких-либо ожиданий: живет так долго, что эти странные существа давно перестали его удивлять. Ничего из происходящего не могло заинтриговать его и заставить покинуть то состояние полной отрешенности, в которой он пребывал почти всегда. Но надо отдать должное Хорхе - у него "вытаскивать" Бога Счета Лун получалось весьма неплохо.
– Придут.
– А не придут, так сам за ними схожу. И тогда я им не завидую. О, смотри!
–
– Вот он. Великая Богиня, да ты посмотри на него! Что за маскарад? Они что рехнулись, что ли?
– Людские прихоти…
– А еще меня странным называют! Это, между прочим, мой будущий отпрыск! И он считает себя девочкой. Что мне делать?
Цукиеми эту истерику не оценил.
– Ты хочешь еще огурцов?
– Да не хочу я огурцов!
– раскричался Хорхе.
– Ты только об огурцах и думаешь! Я хочу себе нормального отпрыска. Но они же его испортят!
– Оставь.
Хорхе вздохнул.
– Ну да, я понимаю, что он из рода Сарумэ. И возможно - заметь, я сказал "возможно" - это будет Амэ-но-удзумэ-но микото, а вдруг нет?! Что мне тогда с этой недодевкой делать? Как воспитывать?
– Успокойся.
– Тебе легко говорить. "Успокойся! Оставь! Хочешь огурцов?" А у меня трагедия, может быть! Мои надежды разбиты! Я хотел большого и светлого, и что я вижу?
Цукиеми ничего не ответил. Хорхе это разозлило еще больше. Разозлило настолько, что он едва не завыл, как белуга - все же гормональный фон из-за будущего мероприятия был весьма далек от предполагаемой нормы.
– Знаешь, что? Тебе тоже надо родителем стать! Чтобы понял и ощутил, какая это тяжелая ноша.
– Ты еще им не стал.
– Так стану! Вот сейчас возьму и стану!
– возмутился Хорхе и скрылся в кехо.
Цукиеми остался стоять. Он даже и думать не стал, что это случилось с Амацукумэ, и почему он повел себя подобным образом. В конце концов, можно все списать на стресс. Ками, которые готовятся стать родителями - это довольно сложное явление. Бог Счета Лун об этом даже думать не хотел.
Тень Хорхе мелькнула в толпе, уверенно обогнула зевак, тянувшихся к барьеру. Цукиеми успел заметить, как Амацукумэ ударил по руке Амако, заставляя отпустить его будущего сына. Она вскрикнула, когда Хорхе сгреб ее в охапку и перенес в другое место, чтобы она не помешала общению с ребенком. Сам же мальчик, одетый в женскую одежду и потому выглядевший, как кукла, сидел на пятой точке и озирался по сторонам в поисках матери. Хорхе появился как спаситель, предложил руку и проводить…
"Цукиеми, у меня есть кое-что, что тебя заинтересует", - прибежала тень и заговорила голосом Рихарда.
– Не думаю, что такое возможно, - ответил Бог Счета Лун сухо.
"Я понимаю, что на Церемонии ты по делу, но все же… Войди в мое положение, ты и Хорхе - единственные ками, которые сейчас в Наре. А проблема… есть".
Нет, это была бесполезная попытка манипулирования. Цукиеми делами Срединного мира не занимается, если бы
это касалось Еминокуни, никаких бы отказов не последовало. Но в стране Вечной Ночи все спокойно - Цукиеми об этом позаботился.– Пришли кого-нибудь.
"Цукиеми, дело щекотливое. Мне кажется, тут замешан Принц Гоэн".
– Он здесь?
– сразу же отозвался Цукиеми. Вот уж чьего имени он не пропускал никогда, ведь по его вине погибла Амацукумэ Сумире, и Рихард это знал. Но еще лучше он знал, что давать ложную информацию Богу Счета Лун чревато.
"Сегодня со мной связались Кагамицукири. Наследник Имубэ находится при смерти, а в его крови был найден яд Тенгу"
– Зачем Гоэну травить наследника Имубэ?
– вот тут-то как раз и не вязалось. Почему именно отравить, а не открутить голову под шумок и скормить своим подчиненным? Пытается соблюсти договор о ненападении?
"К сожалению, мне это тоже неизвестно. По этой причине и прошу тебя сходить туда и попробовать все выяснить".
Цукиеми нашел глазами Хорхе, который вел за руку своего будущего отпрыска. Амацукумэ улыбался, и сейчас он был счастлив. Даже несмотря на осознание того, что ему скоро придется сделать. Сестра создала очень противоречивых существ…
– Хорошо, я схожу туда. Но не питай иллюзий на этот счет.
Тень рассмеялась точь-в-точь, как Хатиман.
"Когда это у меня были иллюзии относительно тебя?"
Пару таких случаев Цукиеми все же мог припомнить с легкостью. У него всегда была хорошая память.
Тень, поняв, что больше не нужна, шмыгнула вниз и скрылась за домами. Цукиеми взглянул на спутник, слегка прищурившись от того света, который он источал. "Что бы это могло значить?" - подумалось ему.
Ветер вдруг всколыхнул расставленные по дороге к барьеру флаги с монами Академии, а черная фигура, стоявшая на крыше одного из зданий, неожиданно растаяла в воздухе. Прозвучал гонг, возвещая о начале Церемонии; послышался крик Амако, которая искала своего пропавшего сына…
Ворота с ромбами Имубэ оказались закрыты, а сам дом казался погруженным во тьму и тишину. Здесь отчетливо пахло йокаями - этот запах сразу бросался в ноздри и не позволял почувствовать ничего другого. Впрочем, Цукиеми не собирался искать наследника по запаху, он просто пошел на единственный источник света. На веранде покоев принца Имубэ горели фонарики, горели беспокойно, а свечи внутри непрестанно трещали, взбудораженные происходящим. Тени собрались вокруг, они водили хороводы и шептали… всякое. "Спаси его, Великая Богиня", "Помоги, Принц", "Я сделаю все, что угодно", "Забери меня вместо него", "Папа, пожалуйста, ты же можешь" - одним и тем же голосом, но одновременно.
Цукиеми вынырнул из кехо и, подняв руку, приказал теням разбежаться. Они завизжали, точно Хорхе в свой особо неудачный день, немного посопротивлялись и ушли. Будто почувствовав, что что-то изменилось, на пороге у раздвинутых седзи появилась растрепанная женщина. Выглядела она изможденной и едва не умирающей.
– Кто здесь?
– вопросила она во тьму, а в ее голосе жила… надежда. Ненормальная, иррациональная, Цукиеми непонятная надежда.
– Принц Гоэн?
Так, значит, она все же его ждала?