Чтение онлайн

— Не стоит, — отозвался Алекс, — что-то этакое в воздухе носилось, это мы все знали. А что, как, почему… не все вельможи российские в курсе происходящего были, чего уж нам, иноземцам? Прошляпили, конечно, но ведь и противник какой! Думаешь, без англичан обошлось?

Посол фыркнул по лошадиному, успокаиваясь немного. Но видно, что утешения не слишком-то подействовали, и по большому счёту самоедство Лонгстрита оправданно.

Заперлись в посольстве, не рискуя возвращаться в гостинцу. Тесновато и не слишком удобно, но все как один бывшие и действующие военные, привыкли и не

к такому.

— Весело, — зевая, сказал Фланаган, попавший на приём Юсуповых, как доверенное лицо плантаторов Вирджинии, — приём этот, аристократы-заговорщики, переворот… будет, чем дома похвастать!

Нарочито ребячливый тон ввёл присутствующих в ступор, а потом Лонгстрит начал смеяться. Его нервный смех поддержали и остальные, по рукам заходи бутылки с алкоголем и посольство стало неуловимо напоминать армейский бивуак[1].

Ближе к полуночи в посольство стали поступать упорядоченные сведенья. Петербург разделился ныне на сторонников монархии конституционной, где знаменем служил Владимир Александрович Романов, младший брат убитого (!) Наследника.

Противники монархии знамён имели несколько, и вроде как полковым знаменем числился Орлов-Давыдов.

Вроде как потому, что обе партии демонстрировали удивительную беспринципность и подлость, уничтожая прежде всего своих. Здесь и сейчас, в революционной заварухе, можно расправится как с конкурентами на государственные посты, так и со старинными врагами, заимодавцами, претендентами на наследство и так далее.

Резня, по словам лазутчиков-конфедератов и конфидентов[2] из русских и нерусских граждан Российской Империи, идёт страшная. В противоборстве сторон погибших меньше, чем от ударов в спину от своих.

Скорее всего, они крепко преувеличивают, но размах оценить можно. И монолитность зарождающихся союзов…

Под утро стрельба началась недалеко от посольства, но быстро стихла после громогласного Ура и конского топота.

— Атака лёгкой кавалерии, — прокомментировал посол очевидное, — я бы на казаков поставил.

— Не гусары? — Для порядка поинтересовался секретарь посольства, прошедший войну на флоте.

— Мелочи, более свойственные иррегулярной коннице, — немного туманно отозвался Лонгстрит, что подтвердили посольские из бывших кавалеристов.

— Весело, — только и сказал попаданец, более всего переживающий за оставленную в Москве дочь.

Несколько дней в Петербурге не стихали бои, удивительно ожесточённые. Обе стороны конфликта поставили слишком многое на кон, чтобы воевать по рыцарски. Даже рядовые солдаты, коих мало касались барские разборки, сражались с азартом и остервенением.

Пример удачных дворцовых переворотов в истории Российской Империи показал, что и рядовые могут взлететь, получив дворянство, посты, поместья и фактическую неподсудность. Есть за что драться!

Если верить недостоверным данным, за четыре дня погибло трое Великих Князей, включая Наследника. Священность царской крови оказалась основательно подорвана как в глазах вельмож, так и в глазах простого народа, ужаснувшегося происходящему.

— Монархии в России больше не будет, — пророчествовал крепко нетрезвый

Лонгстрит, не выпускающий бокала из рук, — даже если посадят на трон царя, все будут помнить, что кровь его проливается столь же легко, как и кровь обычных людей.

— Конституционная, — спорил Фокадан, — посадят на трон марионетку, а за спиной будут магнаты стоять.

— Как в Англии, — глубокомысленно заявил Фланаган, насмешивший присутствующих. Бывший разведчик, мало интересовавшийся политикой, изрядно озадачился тому факту, что монархия в Англии не конституционная, да и конституции, по факту, нет[3]. Перечень прав монарха Великобритании, далеко не полный, окончательно добил его.

Посол торжественно зачитал основные права:

— Является главой государства и представляет его во внешних отношениях. Вместо неё это может делать премьер-министр, но исключительно тогда, когда королева уполномочила его это делать.

— Является главой исполнительной власти: по своему усмотрению имеет право назначить премьер-министра, назначает и отправляет в отставку кабинет министров и прочие министерства.

— Является главой судебной системы и назначает судей.

— Монарх Великобритании является верховным главнокомандующим вооруженными силами, именно она объявляет войну или заключает мир.

— Монарх может единолично утвердить финансовый закон (по простому, бюджет страны) в обход согласия парламента.

— Монарх имеет право досрочно распускать палату общин, то есть британский парламент.

— Монарх имеет право вето на законы принятые парламентом.

— Является частью парламента наряду с палатой лордов и палатой общин.

— Является главой английской церкви. Назначает епископов и архиепископов.

— Хватит, или ещё продолжить? — Весело поинтересовался Лонгстрит.

— Почему тогда… конституционная? — Окончательно растерялся Фланаган.

— Обёртка красивая, для дурачков, — ласково ответил Бранн, — и ведь работает! Конституция, старейшая в мире демократия… хрен там!

В первых числах декабря Петербург заняли сторонники Орлова-Давыдова, оттеснив монархистов в Царское Село и ряд иных окрестных селений. Однако до окончательного решения вопроса ещё далеко, к столице приближались московские полки, а в Баварии зашевелился Черняев.

Среди московского ополчения единства не наблюдалось, после убийства Наследника, среди простого народа эффект царской крови ощутимо смазался. Москвичи шли под негласным лозунгом наведём порядок, а там разберёмся, лазутчики доносили о желании собрать Земский Собор[4].

Шли двумя основными колоннами, армейцы и ополченцы отдельно. Командование армейцам неожиданно перехватил старенький уже Бакланов. Вышедший на пенсию и проживавший в последние годы на родном Дону, в Москву ветеран прибыл незадолго до убийства Александра Второго, похлопотать за какую-то армейскую реформу, да так и остался.

В последующей неразберихе армейские и гвардейские части Москвы оказались в острой конфронтации, усугублённой убийством Долгорукова. Яков Петрович оказался единственным человеком, которого равно уважали обе стороны.