Чтение онлайн

— Так вот слушай, сейчас я как следует раскалю вот эту штуку, но засовывать тебе в задницу не буду, хотя наверно стоило бы… и поднесу к твоему сначала правому глазу, а потом левому. Ты видел, как глаз кипит и лопается? Нет? Ну, так увидишь во всех подробностях.

Палач выхватил из костра вертелок и поднес к морде проводника, у того от жара начались тлеть ресницы и он дико заорал:

— Все скажу!

Палач с видимым сожалением убрал раскаленный металл.

— Теперь он твой, — кивнул от Тесвелу.

— Что рассказал?

— Они в четырех

лигах отсюда, но для нашего отряда их слишком много, придется возвращаться за подкреплением. Троих человек я уже отправил в форт, завтра утром должны подойти. А потом проводник нас на своих дружков и выведет, он стоянки наперечет знает. А пока остановимся здесь, место удобное, от чужих глаз закрыто, палатки уже натянуты.

— Ты хоть арбалетчиков на вершине оврага рассади, а то нагрянут гости незваные.

— Уже отправил. Перебедуешь с нами до утра? Жратва и выпивка в наличии…

— Давай, чего уж там.

Совсем скоро костер заполыхал с новой силой и воины Нимеда праздновали пусть небольшую, но победу. Тесвел как опытный вояка знал, что надо иногда давать своим воинам расслабиться. И не мешал тому потоку вина и эля что вливали в себя сегодняшние победители. Пусть на счету каждого из них не более одного убитого преступника, но ведь с чего-то начинать надо?

Барус, тот самый арбалетчик, что недавно интересовался Нинусом набрался смелости и вопросил у палача:

— А это правда, что головы трудно рубить?

Тот от души засмеялся:

— Хочешь попробовать?

На Баруса уставились глаза его сослуживцев и он решительно махнул рукой:

— Почему бы и нет? Хочу!

Тесвел решил вмешаться и шепотом спросил Нинуса:

— Они пьяные, но ты то трезвый! Какого демона тебе не сиделось на месте? Это в жилах юнцов еще кровь бурлит!

— Вот именно, они пьяные. А трое связанных контрабандистов нет. Могу поспорить у любого из них может быть заточенная монета, и они того и ждут, пока твои люди напьются. А потом сбегут, или перережут твоих людей как овец. Оставишь связанными и под охраной, они все равно связанные до утра не доживут.

Тесвел поскрипел зубами, но выводы палача признал.

— Ладно, развлекайтесь.

Нинус обернулся к воинам, ждавшим решения десятника:

— Тащите там кого-нибудь, сейчас будем из того парня походного палача делать!

Весело гомонящие стражники схватили первого попавшегося контрабандиста и подтащили к заранее облюбованной палачом колоде.

— Как зовут тебя, перень? — спросил Нинус арбалетчика

— Барус!

— Перво-наперво запомни следующее: тщательно осмотри свое оружие, чтобы не было никаких вмятин и трещин. Второе — подготовь место работы, чтобы ничего не мешало. Третье — побольше фантазии имей в голове.

Барус важно кивал

— Вот, держи!

В руках у него неожиданно оказался тяжелый топор. Прямая тисовая рукоять, слегка изогнутое лезвие, обух заканчивается длинным шипом. Сейчас топор казался Барусу весом ну никак не меньше восьми-десяти фунтов. А учитывая еще и то, что почти весь вес оружия был сосредоточен на лезвии, то удерживать его за рукоять одной рукой и вовсе оказалось почти невыполнимо.

— Что парень, тяжеловат? — усмехнулся заплечных дел мастер.

— Да, —

нехотя признал арбалетчик.

— С непривычки вся тяжелым кажется. Конечно это не тот топор, которым я обычно работаю, но тоже неплох. Держите этого мужика покрепче ребята! Ну Барус, давай! Дрова колоть приходилось? Удар должен быть строго сверху вниз, без наклонов.

Арбалетчик взмахнул топором и обрушил его на шею. Ему удалось попасть по ней, но перерубить ее с одного замаха он не смог. Покалеченный контрабандист заелозил по колоде от невыносимой боли.

— Давай еще разок! — скомандовал Нинус.

Барус видимо разволновался и топор угодил в плечо невезучему преступнику. Палач едва успел убрать ото рта мех с вином, чтобы не подавиться от смеха.

— Что-то пока у тебя не очень дело идет, — отметил он. Ты представь, будто свинью рубишь.

Бледный как мел Барус снова взмахнул топором, в этот раз удачно. Снова попал по шее, умудрившись все-таки перерубить позвоночник, голова держалась только на лоскуте кожи.

— Неплохо, — провозгласил Нинус. Блевать не будешь?

Барус держался до последнего, но вопрос Нинуса был выше его сил. Отталкивая своих сослуживцев, он влетел в кусты, откуда донеслись неаппетитные звуки.

Палач с удовольствием прислушался.

— Никто больше не хочет попробовать? Еще три человека осталось.

Тут как раз появился из кустов взъерошенный арбалетчик.

— Хлебни винца, парень, помогает.

Тот послушно влил в себя почти кварту вина.

— Практика нужна Барус, а так все нормально. Почти все с первой башки блюют. Я правда не блевал… Нет такого таланта, даже по пьяни. Давайте, что ли остальных доработаем, да можно отдыхать. Тащите тех, кто остался.

Палач рывком вытащил топор из колоды.

— Сюда его мостите…эх!

Топор в руке палача расплылся в серо-черную полосу и с одного взмаха отрубил голову второму контрабандисту. Из перерубленных вен забили маленькие фонтанчики крови, которые впрочем, скоро исчезли. Палач подхватил голову за волосы и повернул голову так, чтобы глаза видели тело. Глаза на отрубленной голове вытаращились, рот беззвучно открылся.

— Понимает тупая башка, что видит, потому и пучит глазья. Давайте еще одного, тут место уже освободилось…

Костер уже прогорел, и возле него остались сидеть только Тесвел и Нинус. Остальные воины допили вино разбавленное водой и разбрелись по палаткам. Слишком много на сегодняшний день у них выпало испытаний. Выслеживание и схватка, конечно, их вымотали, но зрелище, как один человек, всего за две минуты походя, обезглавил троих человек, оказалось явно лишним.

Впрочем, по меркам Каземата Нинус не совершил ничего особенно выдающегося. Любой из десятка палачей мог запросто повторить этот результат. Просто дело в наглядности: одно дело, когда рубят голову на площади города, при большом стечении народа, а совсем другое, когда в ярде от тебя за считанные мгновения несколько человек остались без головы.

Тесвелу когда он наблюдал за сим процессом, казалось что Нинус не дать, ни взять кухарь, который отрубает головы гусям. Только разве что вместо гусей, люди…