Цветы пустыни
Шрифт:
– Мы с Мастером пришли к такому же выводу, – раздался в дверях низкий голос Теренса Эрхарта: хозяин усадьбы незаметно вошёл в гостиную и слышал последние слова Галицкого.
Эмилия стояла рядом с мужем. Человеку, не знающему хозяйку Эрхарт-холла, она показалась бы абсолютно спокойной. Лишь во взгляде светлых глаз читалась некая отрешённость. И для членов семьи этого было достаточно, чтобы понять: мама сильно встревожена.
На минутку в гостиной повисла напряжённая тишина. Все выжидающе смотрели на Теренса. Первым не выдержал Виктор:
– Что будем делать, пап?
Но Эрхарт-старший обратился к Еве – растерянные лица четы Кауницев застыли на экране ноутбука:
–
– Да, пап, – выдохнула Ева.
– Рауль и Аглая дома?
– Да.
– Тобиас, передай им, что их тоже ждём. Единороги откроют проход для вас четырёх из парка имения. Ровно через час.
Тобиас кивнул:
– Мы придём, Страж.
Стоило прозвучать этому прозвищу, и всем, даже Селии, забившейся в угол дивана, стало понятно: положение крайне серьёзное.
***
Они никогда не собирались в Заповеднике всей семьей. Вернее, всем кланом Эрхартов, Кауницев и Галицких.
Виктор усмехнулся про себя: да, клан – наиболее точное слово. Находит отклик в памяти клеток. Как-никак, его отец родился в Шотландии… хоть и давно это было.
А теперь они шли на сход клана – все члены трёх семей, имеющие доступ в обитель единорогов. Даже шестилетние Тео и Дора. Родители почему-то взяли их с собой, хотя в случае необходимости двойняшки прекрасно могли побыть одни дома: они не раз доказывали, что умеют сидеть тихо, как мышки – особенно когда подслушивают разговоры старших. Вик снова улыбнулся, вспомнив, как неугомонные близнецы в итоге уснули под столом, когда отмечали восемнадцатый день рождения Элинор; правда, Эль потом уверяла его, что и она, и мама знали, что малышня там прячется… И вот они идут вместе со взрослыми на семейный совет, следом за родителями, дружно взявшись за руки – ещё настолько маленькие, что умещаются вдвоём на узкой тропе…
Тут Вик вспомнил, что когда-то они с Евой тоже так ходили: и в Заповедник – играть с Арком, и на хутор за молоком, и в лес по грибы да ягоды. Он, старший брат, крепко-крепко держал за руку сестру, поскольку та вечно норовила вырваться и убежать. А ведь с виду была такая скромница! Правду говорят про тихий омут… Зато малышка Элинор сама не отходила от него ни на шаг и всегда во всём слушалась. Интересно, она будет такой же смиренной женой, какой была сестрой?
Виктор с нежностью глянул на невесту, и та ответила ему красноречивым взглядом: «Время покажет…» Он лишь крепче прижал Эль к себе одной рукой: им тоже хватало ширины тропинки, чтобы идти бок о бок. И не только потому, что Элинор так и осталась маленькой, жениху едва по плечо…
Арселия Кауниц отважно шагала следом, чувствуя себя весьма неоднозначно. С одной стороны, было здорово осознавать себя членом такой большой, сильной и дружной семьи, с другой – на неё вдруг всей тяжестью навалилось чувство ответственности. Правда, пока оставалось не совсем понятно, за что же отвечает она, Селия – обычная девушка, не наделённая какими-либо талантами, ничего особенного не свершившая за свои восемнадцать лет…
«Всё ещё впереди!» – вдруг чётко прозвучало у неё в голове. Но это была не её мысль. Девушка резко обернулась.
Клим Галицкий замыкал шествие – серьёзный, напряжённый, замкнутый в себе. Но он кивнул ей ободряюще, посмотрел в глаза, и у неё в голове снова прозвучало:
«Я же предупреждал: ты слишком громко думаешь!»
Селия изумлённо уставилась на парня и не заметила толстого корня под ногами. Если бы Клим не подхватил её под локоть, точно упала бы.
«Не зевай!» – сказал он одним взглядом.
Девушка с досадой почувствовала, что краснеет,
отвернулась и поспешила догонять Вика и Эль.Мастер Илларион встретил всю компанию под дубом, там, где тропа заканчивалась, упираясь в луг. Под раскидистой кроной гигантского дерева было достаточно места для всех. Клим и Виктор заранее подсуетились: принесли четыре длинных доски, несколько чурочек и на скорую руку соорудили лавочки, составив их квадратом.
Едва они расселись, появились Кауницы – вчетвером, без детей. Аглая с трудом сдерживала волнение, и Эмилия встала, обняла её, усадила рядом с собой. Рауль устроился рядом с женой с другой стороны, и Селия поспешно пересела ближе к отцу, словно за три дня успела соскучиться. Двойняшки, не проронив ни звука, втиснулись между Евой и Элинор. В итоге так получилось, что Теренс и Мастер Илларион оказались вдвоём на одной скамье. За всё это время никто и слова не проронил.
Наконец Мастер обвёл всех внимательным взглядом и остановился на Теренсе, который сидел слева от него с довольно мрачным видом:
– Начинай, Страж.
Старое прозвище или звание, прозвучавшее уже второй раз за день, словно пробудило в Теренсе другую, невидимую его сущность. Перед собравшимися предстал уже не гостеприимный хозяин уютной усадьбы, не известный писатель, не муж, отец, друг. Семейный совет возглавил Страж Ключа – тот, кто пятьсот лет охранял доступ в убежище единорогов, по сути, последнее святилище Духа Земли.
– Благодарю, Великий Мастер, – коротко кивнул Страж. Титулы и звания здесь, в этом сказочном месте, в другое время были бы неуместны, однако в данный момент ощутимо подчёркивали важность события. Он так же, как до этого Мастер, обвёл взглядом собравшихся.
«Нас тринадцать… Не самое воодушевляющее число! – невольно подумалось ему. – Как будто мы навеки застряли в периоде трансформации*…»
*Число 13 в восточной астрологии и нумерологии обозначает переход на новый духовный уровень: от 12, «высшего балла» старого мира, к 14 – числа следующей ступени развития.
«До чего ж вы, люди, суеверны! – насмешливый шелест раздался в его голове. – Вечно вам знаки подавай…»
Страж обернулся: бесшумно переступая тонкими ногами, белоснежное существо вышло из тени молодых деревьев. Тот Самый! Люди стали подниматься, но гордая голова, увенчанная необычайно длинным сверкающим рогом, нетерпеливо мотнулась: мол, к чему церемонии? Встав по левое плечо Теренса, единорог замер в ожидании, словно мраморная статуя.
– Итак, нас здесь сегодня четырнадцать – хороший знак! – чуть заметно улыбнулся Страж, дабы как-то разрядить атмосферу. – Все уже слышали, что произошло – вернее, что произойдёт: наша Надин в беде, ей угрожает опасность. Что, где, почему – мы не знаем. Знаем только, что в ближайшее время, поэтому действовать надо немедля.
Тут поднял руку Рауль:
– Клим смог определить дату?
Вместо Клима ответил Мастер Илларион:
– Он понял, что это случится скоро. Однако я уже давно опасался чего-то подобного, поэтому просил молодёжь приглядывать за своей родственницей – издалека, ненавязчиво, просто чтобы быть в курсе её жизненных обстоятельств.
– Есть повод для опасений? – уточнил Рауль.
– Есть. Я чуть позже расскажу, – уклонился от ответа старец.
Тут снова заговорил Страж:
– В связи со сложившейся чрезвычайной ситуацией Мастер Илларион согласился открыть нам ещё одну тайну, в этот раз – свою личную. Выслушаем его, тогда и решим, как будем действовать… Но сначала давайте обменяемся информацией по делу – кто что успел узнать.