Чужой
Шрифт:
— А можно воды?
— Конечно. — Тихо ответила эльфийка и вышла из сторожки или чем бы это строение ни было.
Осмотрев помещение, Ронин с удивлением отметил наличие двух постелей, подбитых пахнущим клевером сеном. Белые чистые простыни отдавали речной свежестью, в них так и хотелось улечься и забыться сном. Одна была занята магом, тот не проснулся, а всего лишь перевернулся с бока на бок.
Сначала появился аромат, затем вошла эльфийка с маленьким подносом с двумя мисками и стаканом на нем.
Над посудой клубились дымки пара. Слюнки так и текли,
Витрилла зашла за спину Ронину и возвратилась с ложкой и краюхой хлеба.
Сделав два глубоких глотка приятно холодной и немного сладковатой жидкости, Ронин спросил, указывая на бульон:
— А я думал вы не едите мяса… — Он скопировал интонации Витриллы, поставив ударение на «вы» имея в виду эльфов в целом. Однако не это поразило его. Ронин говорил своим настоящим голосом, не измененным в трансе. Более глубоким из-за утомления голосовых связок, но настоящим.
— Не все и не всегда.
После рассказа Ронин считал, что его с Витриллой связывает нечто большее, нежели обычное знакомство. И надеялся, эльфийка испытывает то же самое.
— Отдохни. Утро вечера мудренее.
Противиться мечник не стал, прошел к постели. Ложиться пускай и в чистой одежде на простыни не хотелось бы, а раздеваться…
Обернулся, а эльфийки и след простыл, только оплывшая свеча доживала последние дюймы и минуты. Сразу как-то похолодало, без нее стало слишком пусто.
Все же решил спать одетым, мало ли какое предстоит пробуждение — это была его первая здравая мысль за последние двенадцать часов.
Подушка оказалась пуховой. Он забыл, когда на такой доводилось лежать в последний раз. Однако его радость сменилась разочарованием. Она слишком мягкая, ни в какое сравнение не идет с тем же валиком наемника, а оттого неудобная. Мечник отвык от такой роскоши, и пришлось подушку попросту выбросить, подмостив под слой сена пояс с ножнами.
Только веки смежились, как он провалился в сон.
Спустя минуту вошла Витрилла, присела на скамейку, сложила на столе руки и положила на них подбородок. Пытливые глаза следили за Ронином. Она опасалась его, тем более опасалась тех, с кем пришлось столкнуться этому мальчишке, и не хотела своими действиями навлечь на себя, а тем боле на своих соплеменников недовольство возможного владыки и особенно драконов. И отчего ей вообще предлагать Натану совет, пускай этим занимается карул. Однако передать весть в Вашеронеис до рассвета не удастся, а потому решение придется принимать самой. И зачем только хешан привел его сюда? Конечно, Фаруций не знал о происхождении «Ронина», он не виноват. Но как нескладно получается…
Ронина разбудил Фаруций. Маг выглядел бодрым и восстановившим силы, только чем-то недовольным. Дожидались Витриллу в полном молчании, лишь ложки стучали по донышкам мисок неведомо откуда взявшегося завтрака.
Эльфийка пришла через полчаса, сопровождая мрачного мужичка, густо заросшего трехдневной щетиной. Через плечо лук с пристегнутыми к нему двумя стрелами: срезнем и бронебойной, а также туго набитый колчан.
Витрилла
не представила незнакомца, сразу перешла к делу:— Этот человек проводит вас к Нормеду. Город находится под властью Фостра и там можно многое выяснить.
Больше не говоря ни слова, она ушла в лес, оставив гостей на попечение охотника, словно вчерашнего дня и откровений Ронина и вовсе не было. Расстались как чужие, впрочем, так оно и есть, но гложила изнутри обида.
— Рон, мне задерживаться больше нельзя. — Сказал угрюмо волшебник.
— Сделай мне еще пару одолжений, Фар.
— Слушаю. — Не очень любезно отозвался он.
Ронин отстегнул пояс и протянул магу.
— Заряди. Это мое главное оружие…
Фаруций осторожно, будто змею, взял сабли на вытянутых руках.
— Ей нельзя врать, Рон. — Проговорил с укором чародей, заряжая артефакты. — Ничего от нее ложью добиться нельзя кроме презрения. Думаешь, Витрилла повелась на твое происхождение?
Да он до сих пор не верит! Ну и пусть…
— Да сколько же сюда влезает?! — На лице проявилось напряжение, спустя минут восемь маг, наконец, спросил. — Как их зовут?
— Кого?
Мечник сначала не понял, кого имеет в виду Фаруций.
— Клинки.
— Никак.
— Это обычные железки никак не нарекают, а настоящее оружие обязано иметь имя. Ладно, дело твое. Это все?
Мечник порылся во внутреннем кармане и извлек потертый кусок бумаги, свернутый конвертом, печати нет, даже не перевязан. Любопытному можно было заглянуть туда и выяснить все о содержимом.
— Передай адресату.
Маг прочел надпись и понимающе кивнул.
Прощание вышло скомканным, официальным. Не таким Ронину представлялось расставание с другом.
Фаруций качнул головой, крутанул кольцо на пальце и исчез. Можно быть уверенным, маг находится уже за многие мили отсюда.
— Надеюсь, на этом все? Мне уже надоело ждать. — Недовольно проворчал охотник, поправляя лук.
— Можно отправляться.
— Да?! Правда?! Я только твоего разрешения и ждал… Идешь за мной, отстанешь — ждать не стану.
Незнакомец покривил душой. Идти не пришлось, ведь он с места рванул бегом. В первый момент Ронин даже растерялся. Зачем ему в оккупированный город? Что за бредовую идею подкинула ему эльфийка? А теперь еще нужно следовать за подозрительным типом, чья массивная стрела со стальным наконечником рассчитана на пробой доспехов, что уж говорить о кольчуге. Зря он вчера все разболтал Витрилле…
Двужильный охотник и не думал замедляться, хотя было заметно, такой быстрый темп его сильно выматывает. Он куда-то спешил, а Ронин чувствовал себя овцой, которую ведут на заклание. Однако безропотно следовал за охотником, потому как собственного плана действий не составил. Меховые сапоги размочило в утренней росе и на ногах теперь словно две гири болтались. А меж тем повеяло студеным ветром, угодья эльфийки остались позади вместе с летним теплом. Ронин бежал по обычному глухому лесу, где не так много цветов, вообще все угрюмей и мрачней, как раз под стать незнакомцу.