Чтение онлайн

— Когда я решу завести ребёнка, то найду самую тихую девушку в западном Рунсоне. У неё не будет ни ниса магических способностей. И никакой родни в госсовете, — наконец, произнёс он. Тон при этом был точь-в-точь как у Шелиса, когда тот парировал оскорбления.

— В тихом омуте водяницы живут.

— Жить-то они живут, но согласись, водоворот и без водяниц обойдётся, — Анис помолчал, подумал и заключил, — Можно не самую тихую. Но не знатнее кэль хи!

— А чем тебе волшебницы не угодили?

— Ты видел хоть одну магичку без амбиций? Я нет. Все они… — он осёкся, подумал, — со скверным характером.

— Какие нехорошие намёки в адрес собственной матери!

— Мама у меня была самая лучшая, —

с улыбкой ответил Анис, — Как мама. А слухи о том, что она прикончила своего второго любовника, ничем не обоснованы. Лично я полагаю, что это был несчастный случай, и домыслам не верю. Тем более, я слышал, у него тоже характер был неважный, невелика потеря…

«Не о родном ли отце он говорит?» — подумал я.

Анис объяснил, что происходит, несколькими часами позже, когда эмоции по поводу утренних событий были обузданы или растаяли, а остались только чистые воспоминания.

Леди Нилла и лорд Эланхис невзлюбили друг друга заочно: она не хотела выходить замуж по политическим мотивам и очень огорчилась, когда поняла, что магическое образование всё равно не спасает; он не хотел жениться в двадцать лет и изрядно расстроился, когда лордам совета удалось подыскать невесту, удовлетворявшую всем выдвинутым требованиям. К сожалению, Эланхису было далеко до матушки, всегда добивавшейся своего малой кровью, а Нилла не относилась к девушкам, способным жить самостоятельно сразу по выходе из Школьных ворот. К тому же, при личной встрече они выяснили, что могут поладить. Свадьба состоялась. И даже родился требуемый наследник. Потом, конечно… сам сообразишь, Даэль?

— Потом Нилла решила сделать профессиональную карьеру. И вырастить сына магом, а не самоучкой. Так?

— Ты ещё Элла забыл, — ответил Анис, — Он решил, что… как это… выполнил династический долг, и больше от него ничего не требуется. Сыном занимался время от времени, воспитание отдал на откуп Нилле и её родне. Поэтому, совет — при Эланхисе на школьников-идиотов больше не намекай. Он это неадекватно воспринимает.

— Уточни.

— Ведёт себя, как и положено среднему королю, не обременённому особым умом и магическим образованием.

— Да, для него такое нехарактерно. А… извини, конечно… насчёт твоего племянника…

— Наедине можешь не извиняться. Он мне не сын, своей вины в том, что паршивец избалован сверх приличия, я не вижу.

— Я о другом. Он официальный наследник? — личная жизнь Его рунсонского Величества была мне эфинова.

— Пока, — с сильным ударением отвечал Анис.

— А Нилла — королева?

— Нет. Королева может быть только правящая.

— Статутом не рекомендуются магические династии. Самоучка — ладно, но несколько поколений магов со школьным образованием? Чревато возмущениями, были примеры.

— Я знаю. Но говорить о наследовании ещё рано. Лет через сто видно будет. Да, когда ты планируешь уезжать?

— Через два-три дня.

— Так скоро? — огорчился Анис, — Может, задержишься?

— Зачем?

— Мы ответное письмо почти соорудили. Жалко будет ради эфина курьера в Стреленск гонять.

— И на сколько растянется твоё «почти»?

— Дней пять.

— Ладно. Но на шестой я уеду, — серьёзная задержка в мои планы точно не входила: я взял в поездку не так уж много денег, да и к началу туманника хотелось быть в Стреленске, там как раз намечалась интересная конференция.

Анис тотчас заулыбался и предложил прогуляться на Подвежный холм — место с уникальным строением синего поля.

— Здравствуйте, Даэль.

Спокойно поужинать мне не дали.

— Здравствуйте, Нилла. Садитесь?

Нилла отодвинула противоположный стул, села.

— У меня к вам просьба, Даэль. Вы… когда вернётесь… не могли бы умолчать о нашей встрече?

— Умолчать о нашей встрече, — я улыбнулся, — Идея мне ясна, но как же Шелис?

— Шелис очень необщительный мальчик.

— Правда?

— Правда. Самый младший на параллели, при этом, самый талантливый… неудивительно, что он всех презирает…

Лично я — удивился.

— …и когда я велела не

рассказывать лишнего, он ответил «И не собираюсь».

— А дневник, а отчёт?

— Что вы, Даэль! Конечно, он пишет о Канари! «Лишнее» — только дворец.

— Хорошо, я выполню вашу просьбу, если у меня не появится серьёзной причины поступить иначе.

— Магистр, кто вы по профилю?

— А разве не видно? — отшутился я.

Ну, в самом деле… Леэка, помнится, с ходу определила. Шелис тоже. Насчёт здешних хитрецов — не знаю, может, определили, но помалкивают. Или не знают, и знать не хотят. Или знать хотят, но интересно самим догадаться. А тебе это зачем?

— Не видно, — призналась Нилла, — Сначала я думала, практик…

— Ну, спасибо, что не телепат.

— Я не хотела вас оскорбить, — испуганно ответила Нилла, — Честное слово…

— И не оскорбили. Я искренне рад, что меня ещё не принимают за телепата, — незаметное движение пальцев, и радужки замерцали серебром.

Нилла смутилась. Похоже, то, что я видел, и то, о чём рассказал Анис, — стебель эджаи, а сорок метров корней мне не показали. И не надо показывать. Нелюбопытный я, честное слово.

Следующие три дня я развлекался, наслаждаясь отпуском. С Ниллой больше не пересекался, следы деятельности Кена пару раз встречал. Один раз встретил Шелиса — тот ликвидировал последствия деятельности Кена. Молодец, хороший мальчик, только чересчур серьёзный.

Я изучал город. Послушал легенды — они повествовали или об Очень Древних Временах, или о Прошлом Царствовании: королева Леэкхаарт обеспечила живучесть присловья о «шутнике месяце» лет на пятьсот, а то и больше. Побывал в двадцатиоднополосной витхе («тигре») и в однополосной «залетайке». В последней, как ни странно, оказалось более-менее (в сравнении с Виссой — более) чисто. Прогулялся по окрестностям (вылазки на природу полезны, полезны, полезны, повторять регулярно по утрам). Отдохнул от прогулки по окрестностям. Напугал двоих лордов госсовета из «Партии Любителей Запада» Статутом Жёлтого Легионера и ещё одного, из «Партии Любителей Местных Традиций», иллюзиями первого-третьего класса (серия «Антураж?6»). Познакомился с неофициальным портретом Прошлой Королевы на Круге — женщина в простых бежевых штанах и облезлой куртке парит над полом, полуобернувшись к наблюдателю. С короткого меча красным веером срываются капли, пальцы свободной руки сплетены для заклинания. Анис клялся, что «сходство хорошее, а к мечам длиннее натори мама не прикасалась». Сделал несколько набросков для «путевого дневника». Вернусь в Стреленск — предложу издателю, мемуары о поездках нынче жанр процветающий. Посмотрел ещё один сон о Леэке — мы снова шли вдоль холмов, но с этой стороны. Кстати, странно: я о ней помню, конечно, но чтобы постоянно думать… а, ладно, сны не мешают. На другую ночь решил погулять, забрёл на Подвежный холм и обнаружил там Шелиса, строившего какое-то огненное заклятие на триграмме. А Нилла ещё жалуется, что её презирают. Конечно, презирают. За одним-единственным практикантом не может уследить! Я остался понаблюдать (во-первых, красиво, во-вторых, нечего школьникам без присмотра такие опыты ставить). Заклятие так и не опознал — наверное, из высших. Эфин-последствий у него не было, просто последствий тоже. Уже стирая треугольник, Шелис сказал «Извините, что не поздоровался, у меня огонь плоховато идёт». Я, конечно, извинил. И удивился. Обычно огненная стихия плоховато управляется, но «идёт» — продуцируется — лучше двух других. Хотя, Шелис необычный, так что, зря я удивляюсь.

Рано утром (в смысле — в восемь), не успел я причесаться, в дверь постучали. Я быстренько пригладил волосы, из предосторожности сконцентрировался на запасе и открыл. В коридоре стояли Нилла и Шелис, причём, последний был аккуратно придерживаем за шиворот.

— Доброе утро, Даэль, — сказала Нилла, — Не разбудила?

— Нет, не разбудили. Что-то случилось?

— Да нет… вообще-то, мелочь. Шелис клянётся, что всю ночь ставил магический опыт под вашим наблюдением. Это правда?

Я подумал.