Чужие миры
Шрифт:
— Почему же две трети амулетов защищают от магии разума?
Да-да, соотношение разновидностей на прилавке оказалось похлеще, чем на стражниках.
— А потому, что морок всем кажется страшней удара. От удара щитом закрыться можно, копьём отбить, а от морока как? — убеждённо отвечал торговец, — А я человек простой, что берут — то и везу.
Выходит, маг в Рунсоне рассматривается как неисследованное существо, от которого ждут эфинного поведения? Пожалуй, лучше мне скрыть свои способности, во всяком случае, не упоминать о них в разговоре с королём.
Дипломатия
Передняя для иноземных гостей, в коей полагалось дожидаться аудиенции у Его Величества, производила на мою трепетную натуру удручающее впечатление. Если бы моя трепетная натура принадлежала существу вида Шер Разумный, впечатление было бы ужасающим. Такой аляповатой, безвкусной, пошлой
И самое печальное — отделка была исполнена в западных традициях. Я уже научился кое-как выделять собственные рунсонские направления что в архитектуре, что в декоре, что в обстановке. Комната для иноземных гостей всем своим видом показывала, что здешние правители знакомы с западным укладом, и человеку причастному стало бы очень стыдно за свой уклад.
Времени на осмотр у меня было предостаточно. Хоть во дворец и велели явиться в девять утра, Его Величество вовсе не намеревался немедленно меня принять. Я вообще подозревал, что очередь чужеземцев — за исключением действительно важных персон — здесь последняя, и король принимает их, когда иссякнет поток соотечественников. К счастью, в комнате хватало стульев, что несколько смягчало неудобство ожидания. Кстати, западные монархи о таких мелочах обычно не думают, а в Дории так и вовсе даже на официальных обедах сидят только король и пара-тройка избранных аристократов. Помимо стульев, в приёмной имелся небольшой чёрный столик, шестиугольник на одной ножке, в центре которого стояла одинокая хрустальная розетка с печеньем.
Чужеземцев, не считая меня, было трое. Узкоглазый ланшиец в роскошном халате и два смуглых уроженца симанских островов. Все они, кажется, изрядно робели, ёрзали на стульях, не разговаривали друг с другом и не смотрели по сторонам. Я такого смущения не испытывал, поэтому, помечтав полчасика, принялся внимательно изучать доступную часть окружающего мира, начав, как и полагается, снизу. Картинки прибережём на потом.
Итак, блестящая треугольная плитка (бирюзовый, салатовый, голубой) при ближнем рассмотрении оказалась не каменной (как я решил при беглом взгляде на комнату), а глиняной. «Лазурица» — ирксская керамика, прочностью не уступающая граниту. В моде на севере Надморья, но и Виссу не минула. Ирксы умеют укладывать её так плотно, что между треугольниками не удастся просунуть лезвие ножа. Но Рунсон далеко от Иркса-Нурки и Хатти-Серены, укладывать привозную плитку пришлось местным мастерам, и щели оказались заметнее положенных — точь-в-точь как в стреленском Летнем Дворце, где, правда, своими силами обошлись из-за нежелания королевского архитектора сотрудничать с ирксами.
Потолок тоже выглядел заурядно — стиль «фелашин» с элементами местной флоры, полурастительный-полугеометрический орнамент, алые, белые и вишнёвые тюльпаны, бледно-голубые и бледно-жёлтые круги, несколько позолоченных висячих светильников (ирксской работы) с огневиками. Интересно, откуда камни импортируют, неужели из Ниреи? Тогда их должны везти через пол-Лесны и всю Виссу. Может, Ронесу надо было не издеваться над бедным мной, а стреленских купцов порасспросить? Или где-нибудь на дальнем востоке есть другие месторождения?
Один из симанцев неуверенно потянулся к розетке, но спохватился и убрал руку. Взять, что ли, печенку? Нет… потом пить захочется, а о напитках прислуга как-то не позаботилась. Я отвернулся и углубился в разглядывание изображений, украшавших (ну… то есть, не красивших) стены. Сплошь и рядом инкрустированные драгоценными камнями и золотом, они смотрелись вычурно и нелепо, но висского придворного повергли бы в благоговейный трепет или завистливое восхищение. Изображалась всяческая ерунда — какие-то битвы и какие-то драки. Первые отличались от вторых количеством «наших» воинов — войска противника были неизменно неисчислимы и обычно имели вид чёрных закорючек. Исключение составляла одна-единственная картина, на которой существо в длинной белой мантии стояло среди трупов разной степени изрубленности. Трупы были прорисованы с редкостной скрупулёзностью; их состояние (в основном, ломтики) позволяло предположить, что картина изображает Вестника смерти, заявившегося на поле боя по истечении оного действа. Последняя мысль подтверждалась идеальной чистотой мантии и сиянием двуручного меча, занесенного над головой. Но логика у придворного декоратора (или, скорее, у заказчиков) хромала на все ноги. Подойдя поближе, я увидел подпись, гласившую, что на картине изображена великая победа Её Смелости сиятельной леди Леэкхаарт на Большом Круге. В изображении сиятельной леди нашлось лишь две реалистичные детали — причёска (коса, обёрнутая «солнышком»)
и кисти, сжавшие рукоять двуручника. Чистенькое лезвие двуручника реализмом точно не отличалось, широким рукавам (очень удобно для драки!), по идее, давно пора было свалиться на локоть, лицо казалось совершенно безжизненным (обычный недостаток парадных портретов). Хорошо ещё, что корона над головой Её Смелости не порхала. Впрочем, не мне судить. Может, здесь действительно принято выходить на круг в развевающихся мантиях?Ожидание затянулось. Прошло больше четырёх часов, прежде чем отворилась дверь тронного зала, и образовавшийся на пороге старший распорядитель пригласил внутрь ланшийца. Очередь симанцев настала ещё через час, они так и не решились притронуться к печенью. А на вид оно вкусное, или это я такой голодный? Стащить, что ли, пару штук? Карман у меня есть, правда, внутренний… Я представил, как буду выглядеть, если кто-то войдёт в приёмную в ненужный момент, и решил не рисковать репутацией.
Тронный зал многократно превзошёл приёмную комнату по части дурацкого убранства. Яркие геометрические и растительные орнаменты, позолота и лазурь, какие-то гербы, выложенные драгоценными камнями, большие окна-витражи… Пара гобеленов с изображением битв — как же без этого? Дверь располагалась нестандартно — сбоку, так, что вошедший видел перед собой не трон, а окно. Требовалось повернуть налево. Вдоль боковых стен (с окнами и противоположной) выстроились придворные в длинных мантиях вроде той, какую я видел на портрете прошлой королевы, но разноцветных. Некоторые сидели, большинство стояло. Почему-то рядом с троном не было никаких первых советников или личных стражей. Я остановился перед синей чертой, выложенной на полу квадратиками плитки (обычай, кстати, дорийский), шагах в тридцати от возвышения, на котором стоял трон. Полагалось поклониться, я кивнул. Маг я или не маг? Старший распорядитель взял из моей руки письмо, подошёл к трону и, согнувшись руной «Ши», передал конверт королю.
Его Величество Эланис выглядел заметно моложе своих почти сорока. Я сразу отметил забавное совпадение — черноволосый, слегка загорелый мужчина, одетый в фиолетовую мантию с золотой вышивкой, всем своим обликом воплощал народные представления о колдунах. Кстати, мантия была ему определённо к лицу, да и корону — простой золотой обруч с несколькими зубцами — как по нему отливали. А может, и по нему. Кажется, на меня он смотрел с большим интересом, чем на письмо, а ведь я пока считался обычным курьером, человеком знатного рода без положения в обществе. Впрочем… я же ему не поклонился! Тут кто угодно заинтересуется. Ничего не поделаешь: дипломатического этикета я не знаю, остаётся соблюдать наш, а для мага «поклон» — лёгкое движение головы.
Король распечатал конверт и углубился в чтение. Насколько я знаю висских дипломатов, одно приветствие должно занимать два листа. Может, Его Величество и предпочёл бы просмотреть их по-быстрому, но толпа придворных и присутствие курьера ему мешали. Я стоял неподвижно. Придворные едва заметно переговаривались, почти не шевеля губами.
Чтение заняло минут десять. Наконец, король сложил листки тростниковой бумаги и вернул их в конверт.
— Его Величество Горислав Висский сообщает, что ему известно о существовании нашего королевства, — негромко произнёс Эланис, — Лорд Реан, составьте ответ. Нам тоже известно о существовании его королевства, — он бросил конверт одному из придворных, — Скажите, а это стреленская мода — пуговицы с рунами?
Разглядеть гравировку пуговиц с такого расстояния мог лишь иркс… или человек с магически усиленным зрением, в чём амулеты не помогут. Значит, «своих магов в Рунсоне нет, а наши не ездят»? Так, Ронес?
— Почти, — я понимал, что король заметит, но не удержался, пробежал взглядом по залу. Возможно, маг сейчас где-то здесь? Если сосредоточиться на ощущениях, если маг сильный…
А сначала я даже не заметил беловолосого мужчину в золочёной хламиде. Парень сидел в стороне от других придворных и почти слился с пёстрой отделкой стены. Бедняга. Неужели здесь так много магов, что приходится выполнять самые идиотские требования работодателя? Или, как эфин не шутит, ему нравится такая одежда?
Маг улыбнулся кончиками губ и едва заметно поклонился. Я не мог ответить тем же — придворные и так смотрели кто с сомнением, кто с недоверием, а кто и неприязненно.
— Они служат амулетом? — вежливо спросил Его Величество.
— Артефактом.
— По-моему, наш гость хочет сказать, что в Виссе это является дурным тоном, — неожиданно подал голос маг из угла.
Несколько придворных вздрогнули, а пара или тройка даже покосилась на угол.
— Почему? Разве это не удобно?
— Приличный маг обойдёт амулетно-артефактную защиту без труда, — пояснил я.