Чтение онлайн

И Арпад ушёл, не увидев, как за закрытой дверью загадочно и немного грустно улыбнулась его подруга.

Он не собирался подкрадываться, просто на каменном полу звук кожаной обуви был почти не слышен. Когда он приблизился к лестнице, на которой осталась его подопечная, он услышал её голос и непроизвольно замедлился, чтобы понять, с кем она разговаривает.

— Я знаю, знаю, не психуй, — тихо говорила Нора. — Я держу ухо востро, ты можешь отдохнуть…

Арпад приблизился и обнаружил, что она гладит собачий череп, чешет ему макушку, будто лаская настоящего зверя. От этого зрелища ему стало не по себе. Услышав шаги, Нора вздрогнула и поднялась.

— Хвостик нервничает из-за Агаты? — спросил он, даже для самого себя удивительно спокойно.

— Не

только из-за неё, — хмуро сказа Нора. — К ней Хвостик уже привыкла. Поблизости есть кто-то ещё… Фактически, Хвостик с момента входа в город постоянно рычит и мечется.

— Идём.

Арпад не знал, какова дальность действия собачьего амулета. Но гемофилов в крупных городах всегда достаточно. Им тоже надо где-то искать еду.

— В Грэйсэнде она тоже нервничала? — спросил он только для поддержания разговора.

— Да, но меньше. Там — Игараси, здесь — Месарош. Она знает разницу.

— Жаль, что она не знала её раньше, — проворчал Арпад.

Они вышли на улицу и пошли по направлению к трактиру, в котором остановились. В Вормруте дел больше не было, а наутро им предстояло продолжить путь.

В Диффоуке Арпад и Нора решили лишний раз не светиться и зашли лишь на конюшню, которая находилась на самой окраине, чтобы оставить лошадь и повозку, тащить которые в пустыню по пересечённой местности не было никакой возможности. Пешком перемещались они медленно, теряя драгоценные дни, что очень злило Нору. Хотя двигались они не слишком быстро, всего за день они приблизились к горячим землям достаточно, чтобы ощутить контраст февральского мороза и магматического жара. До сих пор им удавалось к вечеру добираться до какого-нибудь населённого пункта, и найти себе относительно удобное место для ночлега, но вчера они достигли самого южного поселения Ахаонга, и больше не могли рассчитывать на кров и уют, не отклонившись от намеченного маршрута. К счастью, здесь уже было достаточно тепло, чтобы не бояться спать под открытым небом.

На этот раз они шли другой дорогой, Нора уверенно вела Арпада прямо на юг, и, кажется, ничуть не боялась заблудиться. Земля становилась всё более каменисто-пепельной, деревья, даже с учетом зимней спячки, выглядели слабыми и несчастными. Птицы и звери практически перестали им попадаться — лишь редкий грифон пролетал в вышине, неся из леса добычу своим детёнышам в пустынное гнездо. Небо на востоке было подёрнуто тёмными плотными тучами — их было намного больше, чем несколько недель назад, должно быть, проснулся какой-то вулкан, а может, и не один.

— Можно вопрос? — осторожно спросила Нора, когда они, сдержанно позавтракав, возобновили путь на юг. К вечеру они планировали достичь Магамэ — гейзерного озера, за которым по официальным картам начиналась вулканическая пустыня.

Арпад пожал плечами, но насторожился. Они много разговаривали в последнее время, Нора рассказывала о себе и расспрашивала его о работе охотника, но ещё ни разу не спросила разрешения, прежде чем задать вопрос.

— Ты метался во сне прошлой ночью, — сказала Нора. — Чуть не попал рукой в костер. В прошлый раз, когда мы путешествовали вместе, ты спал нормально, хотя и чутко. Что-то произошло с тобой нехорошее за это время?

Арпад нахмурился и потряс головой. Он, конечно, не слишком хорошо высыпался в последнее время, но снов своих не помнил.

— Того, что я дважды получил по башке, по-твоему, недостаточно? — спросил он.

Нора выглядела озадаченной, но приняла это объяснение и не стала докапываться, хотя и заметила:

— Не думала, что это произвело на тебя настолько неизгладимое впечатление.

Арпад лишь хмыкнул. Ей вовсе не нужно знать, в какую историю он вляпался по собственной глупости. Хотя, если вспомнить обещание, которое он дал Офли… Впрочем, они же не на охоту идут, а так, следы поискать…

— Давай возьмём правее, — предложила Нора. — Я хочу обойти озеро Магамэ по западной

стороне. Так мы быстрее попадём на Хитрое Плато — мне кажется, именно там моё племя пыталось скрыться от гемофилов.

— Почему там? — спросил Арпад.

— На Хитром Плато легче всего устроить ловушку из горячей реки. Тот, кто не умеет отличить обычную застывшую лаву от поверхностной корки, под которой бурлит жидкая магма, очень рискует, отправляясь в тот район.

Арпад промолчал, полагая, что Нора умеет их отличить, раз тащит его туда. Наверное, это к лучшему, что они с командой не знали всех опасностей, когда шли на охоту.

— Это правда, что старейшины племени Цеплин умели управлять вулканами? — спросил Арпад.

Эти слухи всегда казались ему глупостью, но не теперь, когда он был знаком с Норой и шёл с ней в вулканическую пустыню. Она так непринуждённо и со знанием дела рассуждала о вулканах, лаве, огненных реках, ядовитом дыхании земли, что он поневоле снова начинал считать её не обычным человеком, а порождением вулкана. Кто знает, как оно обстоит на самом деле?

— Смотря что ты называешь управлением, — пожала плечами Нора. — У нас были взрывные заряды. Мы обходили местность и находили вулканы, у которых должна быть подходящая для наших целей лава, и которые спали не слишком крепко. Мы просто помогали им проснуться раньше, чем это произошло бы естественным путем.

— И что вы с ними делали? — полюбопытствовал Арпад.

— Если лава оказывалась подходящей по составу, мы давали выйти газам, охлаждали её и получали обсидиан, сразу придавая ему форму посуды, украшений, оружия… Мой папа изобрёл машину для изготовления линз с использованием жара магмы. Другие семьи закаляли в магме сталь, ковали оружие и доспехи.

Арпад кивнул и задумался. Был ещё один вопрос, который очень его интересовал, но задавать его было жутко до чёртиков, особенно с учётом того, куда они направлялись. На, рассудив, что знание или незнание никак не повлияет на степень будущего риска, он всё же спросил:

— Вы поклонялись Вулканическому Богу? Как его зовут?

Нора поглядела на него удивлённо.

— Не уверена, что у него есть имя. И… Не знаю, мы не поклоняемся ему так, как оседлые — своим богам. Мы просто будили его детей, а он… благословлял нашу работу. Что-то вроде одноразовой сделки, понимаешь?

Арпад почувствовал себя неловко. Он никогда не просил покровительства у богов — в юности считал себя недостойным их внимания, позже решил, что и сам неплохо справляется… Но он никогда не позволял себе проявлять неуважение к богам. А то, что делали номады Цеплин… Что, если гемофилы тут вообще ни при чём, а на племя просто легло проклятье Вулканического Бога?

Но, с другой стороны, если бы бог воспринимал их потребительское отношение как оскорбительное, он бы не благословлял их работу. А обсидиановые изделия Цеплин всегда считались самыми лучшими. Не зря же заклинатели всегда предпочитают работать именно с их изделиями — они наиболее благоприятны для наложения чар.

Если вдали от вулканической пустыни небо даже зимой время от времени бывало чистым и голубым, то здесь, под несколькими слоями смога, дыма и не успевшего осесть пепла, солнце не добиралось до земли практически никогда. Северный ветер приносил влажный воздух, который долго удерживаться в атмосфере не мог и опадал на землю грязными каплями дождя. Арпад сетовал про себя на отсутствие повозки и невозможности скрыться от противной воды и грязи — дождь почти всегда заставал их врасплох, и они не успевали укрыться в сводах пещеры какой-нибудь горы. Они шли сначала вдоль озера, потом по длинному ущелью между двумя крепко спящими вулканическими хребтами. Потом они вышли к ещё одному озеру — вода в нем была горячая, мутная и кисловатая на вкус, и Нора с Арпадом потратили всю ночь на то, чтобы собрать перегонную установку и очистить достаточное количество воды, чтобы хватило на несколько дней. Потом они стали блуждать по огромному каменному пустырю, изборождённому длинными и глубокими трещинами.