Брошенный мир
Шрифт:
– Так это и есть ваш мнимый Орикс?
– с усмешкой спросил Барбагана принц.
– Что скажешь, Глиннд? Ты же, вроде бы, неплохо его знаешь?
– Поручиться не могу, одет он в цвета Бога Огня, но я не чувствую в нем той силы, которая обычно исходит от Орикса. Возможно, это как-то связано с потерей памяти, но все равно бог всегда остается богом, и его внутреннее могущество обычно читается с первого взгляда.
– Мне тоже кажется, что это какой-то маскарад, - согласился Дотэрель.
– Но то, что Орикс побывал здесь все же не вызывает сомнений. Форт построен грамотно, по всем канонам
– Не исключено. Я не стал бы идти на штурм, не проверив все досконально. Как бы мы ни относились к личности мятежного бога, но то, что он величайший воин всех времен, не оспаривается никем, даже его врагами. Отец, во всяком случае, всегда признавал это.
– Даже это ничтожество с коровьей башкой имеет полное право называть Мэлвина своим отцом!
– раздраженно подумал Барбаган.
– А мы с братьями вынуждены довольствоваться только догадками и намеками! Ну почему судьба так несправедлива к нам?!
– Не стоит так уж преувеличивать силу и возможности Орикса, - вслух произнес он.
– У нас подавляющее превосходство в силе, и даже самый великий воин не сможет переломить ситуацию в свою пользу.
– Это твоя война, брат, и ты волен принимать любые решения, - миролюбиво согласился Глинд.
– Мы с принцем просто высказали свое мнение и ни в коем случае не навязываем его тебе.
– Он назвал меня братом! – пронеслось в голове Барбагана.
– Неужели даже Глинду известно то, что так тщательно скрывается от нас?! Да и ведет он себя на удивление учтиво. А что если и правда все это противостояние с Ориксом задумано Мэлвином ради испытания нашей силы?! Ну, тогда я просто обязан вступить в бой и одержать победу над заносчивым Богом Огня! А наградой за нее будет полное признание и провозглашение меня законным наследником! Что и говорить, игра стоит свеч!
– Мы пойдем на приступ, - сказал Барбаган вслух.
– Чем скорее мы это сделаем, тем меньше шансов у нашего противника будет организовать длительную оборону.
– Да, это так, - согласился принц Дотэрель.
– Но я прошу тебя дать мне всего одну ночь. У меня есть небольшой сюрприз, которого не ожидает даже могучий Орикс. Если все пойдет по плану, то уже утром мы будем праздновать победу, причем победу малой кровью.
– Что за сюрприз, принц?
– настороженно спросил Барбаган.
– Позволь мне пока оставить это в секрете, - с очаровательной улыбкой ответил эльф.
– Это будет мой подарок и тебе лично, и всему Лиросу в целом.
Принц был так неотразим, и Барбагану не оставалось ничего, кроме как согласиться на его предложение. Молодому Богу, конечно, не очень нравилось, что победу над врагом принесут ему в готовом виде на блюде, но ответственность за армию, которую Глинд ненавязчиво возложил на него, все-таки перевесила тщеславие.
– Хорошо, я согласен, - кивнул он Дотэрелю.
– Действуй!
– Пока я пошлю разведчиков обследовать окрестности, - сказал принц.
– А с наступлением темноты будь готов. Боюсь, что армии этой ночью спать не придется.
–
Ты хочешь организовать ночной штурм?– спросил Барбаган.
– Не совсем так, но ночь, особенно безлунная, будет нам хорошей подмогой. Не забывай, что эльфы отлично видят в темноте!
* * *
– Что ты задумал?
– спросил Глинд у Сварга, когда они остались наедине.
– У тебя действительно есть какой-то план, или ты просто хочешь все проверить, прежде чем этот нетерпеливый безумец пойдет на приступ?
– Да так, есть кое-что из прежних заготовок, - усмехнулся Сварг.
– Когда я покидал Лирос, то в каждой стае орков оставил кликушу - самку, сознание которой целиком и полностью подчинено мне. Миссия кликуши должна была передаваться из поколения в поколение, и я чувствую, что такая есть и в стае, которая сейчас засела в крепости. Она стара, немощна, но для той цели, которой предназначена, все же сгодится.
– Ну и чем же нам поможет эта дряхлая старуха?
– Откроет ворота, дурень!
– Ага, как же!
– рассмеялся Глинд.
– А перед этим она перебьет всю стражу и возьмет гарнизон в плен!
– Да уж, до бога тебе еще расти и расти!
– сокрушенно покачал головой Сварг, и, как малому ребенку, принялся вталкивать: - Я же сказал, что ее сознание полностью подчинено мне. Старуха не будет воевать со стражей. Через нее я просто усыплю тех, кто охраняет ворота. Теперь-то понятно?!
– Понятно, - недовольно буркнул Глинд. Его опять унижали, и это раздражало до невозможности.
– А теперь о деле, - продолжил Сварг.
– Во время штурма тебе предстоит убить Барбагана. Как ты это сделаешь, меня не касается, но подумай о том, чтобы возложить ответственность за его смерть на кого-нибудь другого. Нам пока нужна эта армия, и мы должны дорожить ее мнением. Сможешь?
– Попробую.
– Уж, пожалуйста!
– язвительно произнес Сварг.
– Для тебя же стараюсь! А теперь не мешай, мне надо войти в контакт с кликушей!
Он погрузился в себя, и через некоторое время нашел ту, которую искал. Словно клещ, он впился в ее сознание и начал отдавать приказы.
В тот же миг Гургла, по какой-то причине не ушедшая с Архрамом и оставшаяся в "Долбаных Бревнах", вздрогнула и открыла глаза. Кто-то настойчиво звал ее, и противиться этой воле у нее не было ни сил, ни желания. Как во сне, старая кликуша поднялась на ноги, вышла из дома и размеренным шагом направилась прямо к воротам.
– Эй, Гургла!
– окликнул ее кто-то из попавшихся навстречу орков.
– Ты-то чего здесь делаешь?! Тебе же сказано было уходить отсюда вместе со всеми бабами и детишками!
Старая кликуша ничего не ответила. Она лишь бросила на орка взгляд, который в эти минуты был наполнен какой-то невероятной силой, и тот рухнул на землю, заснув прямо на ногах. Даже не посмотрев на своего соплеменника, Гургла проследовала дальше. Она подошла к воротам и огляделась по сторонам. Часовые, тоже сморенные неожиданно нахлынувшим на них сном, спали, как убитые. Форт был погружен во тьму и тишину. Ночь была беззвездная. Набежавшие еще с вечера облака закрыли и их, и ночное светило. Самое лучшее время для того, чтобы выполнить приказ хозяина!