Чтение онлайн

Он обхватил ладонями моё лицо и наклонился, чтобы поцеловать, но я отстранилась, открывая дверцу.

— Я же сказал, что мне жаль, Квентин, — раздражение снова прорезалось в его голосе, заставляя его звучать как ребёнка. — Чего ещё ты хочешь?

Я открыла заднюю дверь машины и вытащила свой чемодан.

— Если тебе приходится спрашивать, тогда какой в этом смысл? Спасибо, что подвёз.

Хлопнув дверью, я стремительно направилась к дому. Открыв дверь ключом, я захлопнула её за собой и уронила чемодан. Когда я огляделась вокруг, моя злость превратилась из смутного раздражения

во что-то более осязаемое.

Пол в прихожей был полностью устлан ковром из жёлтых тюльпанов.

— Да твою же мать, — прошипела я.

Мои слова эхом отозвались более низким голосом.

— Да твою же мать!

— Грей?

— Скотт?

Выйдя из прихожей, я увидела Грейсона на диване, тоже окружённого тюльпанами. Когда я посмотрела на него, то заметила, что он истекает кровью.

— Что, чёрт возьми, с тобой случилось? — спросила я, и паника затопила грудь, заставляя сердце тревожно сбиться с ритма. — Дай я принесу аптечку.

Грей рассмеялся, и я вспомнила, что он не Смертный.

— Принял на себя гнев Хантера, — ответил он. — Я ещё легко отделался. Эрику повезло куда меньше. Всё заживёт. Просто это занимает немного больше времени, когда раны наносит другой Бог.

Я кивнула и подошла к нему ближе. Хантер задел его серьёзно. Сильнее, чем в тот раз, когда они только появились.

— Удивительно, что он так поступил с тобой и Эриком. Он казался таким…

— Святым? — Грей посмотрел на меня, приподняв бровь.

— Он ведь должен быть защитником.

— Он ещё и Бог, и безоговорочно эгоистичен. Он защитит себя раньше, чем кого-либо ещё.

— Даже своих братьев? — спросила я. — Ларкина?

Раздался резкий смешок. Смех был грубым — таким он смеялся, когда находил что-то глупым, и от этого я покраснела.

— Хантер позаботится о себе раньше всех остальных, — сказал он.

— Почему он ведёт себя так?

Я не смогла сдержаться. Пока я смотрела на Грея, мои пальцы сами потянулись к его губе, где она была рассечена. Рана уже начинала заживать, но по ней всё ещё тянулась тонкая полоска золота. Когда мои пальцы коснулись его губ, он перехватил моё запястье и поцеловал внутреннюю сторону ладони.

Моё сердце бешено затрепетало. Грей разбудил его из ледяной клетки, в которую я сама его заперла, и под его прикосновением оно ожило. Тревожно было то, что оно откликалось на его зов, и ничто из того, что я пыталась сделать, больше не могло удержать его.

Когда он заговорил, голос его был мягким.

— Уверяю тебя, со мной всё в порядке. Перестань волноваться.

Он мягко потянул меня к себе, усаживая на колени, и вся оставшаяся злость, что во мне была, исчезла.

— Хантер теряет расположение совета. Он не слишком популярен и среди младших Богов, так что, думаю, он боится, что его могут заменить. А без наследника… — он замолчал.

— Подожди, — сказала я, когда до меня наконец дошло. — Ты?

Он рассмеялся.

— Ты выглядишь удивлённой.

Я пожала плечами.

— Немного. Ты любишь нарушать правила. А не следить за их соблюдением.

Заправив прядь его тёмных волос на место, я заметила, что его губа уже полностью зажила.

— Я нарушаю

правила только при особых обстоятельствах, — прошептал Грей.

Его взгляд был напряжённым, и, если бы я попыталась читать между строк, я бы сказала, что Грей пытается мне что-то сказать. Но я не хотела читать между строк. Между нами всё должно было быть простым.

Но всё стало сложным уже давно, и Грей сделал это ещё хуже, когда приехал в Малайзию. Проводя время наедине с ним, полностью одетыми и вдали от всех остальных, я поняла, насколько он может быть поддерживающим и каким он может быть нежным. И та часть меня, что отключилась, когда ушёл Итан, снова проснулась. А это было катастрофой.

— Квентин, — его голос был шёпотом, и его взгляд скользнул по моему лицу, прежде чем остановиться на моих губах. — Думаю, тебе стоит разобрать вещи, прежде чем я сделаю что-то, о чём мы оба пожалеем.

Он мягко провёл большим пальцем по моей нижней губе, и я прерывисто выдохнула. Я всегда гордилась своей решимостью, но сила воли, которая помогала мне идти по жизни, таяла в тот момент, когда я сталкивалась с Греем.

Молча я поднялась с его колен, мгновенно ощутив, как мне не хватает тепла его тела.

— Держись подальше от Хантера, — сказала я.

— Держись подальше от Арчера. — Он жестом указал на комнату, и я прикусила губу. Грей в одно мгновение убрал весь беспорядок.

— Спасибо.

— Не поощряй его, — предостерёг Грей.

— Не буду. — Затем я поправилась: — Не поощряю.

Грей ухмыльнулся.

— Думаешь, что не поощряешь.

Я покраснела и вышла из комнаты, подхватила чемодан и потащила его наверх. Я разобрала вещи и сложила одежду в стирку.

Когда Грей сказал, что мы оба пожалеем, он пожалеет потому, что я Смертная? Он сожалел каждый раз, когда мы оказывались вместе в постели? Он сожалел о времени, проведённом со мной за последнюю неделю? Мои мысли ходили по кругу и затягивали меня в узлы.

И только выйдя из душа, я заметила, что на моём столе стоит ваза с одним-единственным каллой сорта «Одесса».

Все мои тревоги исчезли, и сердце пропустило удар.

Сегодня был День Эмбера. День Грея. Если точнее — его день рождения. В народе его ласково называли Днём Эмбера, потому что люди символически что-нибудь сжигали в честь разрушения, которым он заведовал.

Он пригласил меня на ужин вместе с несколькими другими, и я с радостью согласилась, но уже опаздывала.

— Прости! — крикнула я, врываясь через парадную дверь своего дома с большой коробкой в руках.

Я сразу прошла на кухню и поставила её на стол.

— Клянусь, я просто потеряла счёт времени. Дай мне десять минут.

Когда я торопливо вернулась в гостиную, Грей стоял у дивана, и я резко остановилась. Он был одет с головы до ног в чёрное. Рукава рубашки закатаны до локтей, верхние две пуговицы расстёгнуты, а брюки облегали изгиб его задницы так, что у меня в голове всё коротнуло.