Чтение онлайн

Понимая, что он глазеет, Флетчер опустил взгляд, чтобы увидеть девушек-слуг в розовой гномьей одежде, пробирающихся сквозь оживленные толпы с напитками и едой на подносах. Одна подошла ближе, повернула голову, с лицом закрытым вуалью, к нему.

– Напиток, сэр?
– спросила она.

Флетчер безмолвно кивнул, принял волнистый фужер с игристым вином и поднес его к губам.

– Не пей на самом деле, - прошептал гном, подойдя ближе.
– Сегодня ты должен иметь ясную голову. Серьёзно, не пей ничего кроме воды, на всякий случай мы…

Она отошла, когда благородный подошёл и взял напиток с её подноса.

Флетчер не мог не усмехнуться, его тревога опустилась на несколько пунктов. Он опустил бокал и Кресс поспешила прочь, петляя в толпе с пустым подносом на весу. Она остановилась рядом с другим гномом, у которого были слишком широкие плечи, Флетчера не сомневался в том, что это Отелло. Только теперь он узнал красные ботинки эспадрильи, которые они носили, как условный знак отличия от других гномов слуг.

– Когда начинать?
– сзади заговорила Сильва, заставив его подпрыгнуть. Он пролил немного вина на мраморный пол и сейчас же вытер следы ботинком.

– Расслабься, - сказал Серафим, сжимая плечо Флетчера.
– Они ждут приезда Дидрика. Это может случиться в любую минуту. Вы двое должны отойти от меня. Я почетный гость...

Серафим застыл, слово умерло на его губах. Затем Флетчер увидел их, целенаправленно вошедших в холл. Тарквина и Исадору. И они направились к ним.

ОБА ДВОРЯНИНА БЫЛИ ОДЕТЫ в черные военные формы, в комплекте с соответствующими масками, которые были не более чем простыми белыми козырьками на глазах. В действительности, Исадора была не единственной женщиной, которая носила военную форму – краем глаза Флетчер заметил, что ещё несколько недавно прибывших отказались от бальных платьев - женщины, которые занимали высокопоставленные должности на воинской службе или в своих частных армиях.

При виде близнецов дыхание Флетчера участилось, ладони вспотели. Они проследовали через зал, как пара златовласых львов, совершенно спокойно чувствуя себя в показном собрании элиты Гоминиума.

Игнорируя приветствия от других гостей, пара шла прямо к Серафиму. Флетчер чувствовал как Сильва схватила его за рукав, но шок от увиденной пары, сковал его на месте. К тому времени, когда он пришел в себя, было слишком поздно, Тарквин и Исадора стояли перед ними, глаза, спрятаны за масками, все трое обменялись взглядами.

– Поздравляю, Серафим, - сказал Тарквин, его голос был ровный и беспристрастный.
– Наконец благородный. Ты вошёл в общество.

– Благодарю, - чопорно ответил Серафим.

Тарквин едва обратил внимание на ответ. Его взгляд буравил Флетчера, зрачки сузились за маской. Флетчер молчал, но слегка наклонил голову, как бы в приветствии.

– Ну, не груби, дорогой Серафим, - сказала Исадора, встряхнув гривой волос.
– Ты не представишь нас своим гостям?

Серафим прочистил горло, выиграв себе немного времени.

– Джеймс Ротерхэм, - наконец сказал Серафим, голосом на октаву выше обычного.
– Он из Квазулу. Приехал, чтобы контролировать свои северные рудники.

– Джеймс Ротерхэм, - повторил Тарквин, сморщив брови.
– Это северное имя. И ты немного бледен, что бы быть из Квазулу, не так ли, Джеймс?

– Э-э, он не очень хорошо говорит на нашем языке, - поспешно вставил Серафим.
– Его предки родом из Гоминиума, отсюда его имя и

внешний вид, но он такой же иностранец, как они приезжие.

Флетчер склонил голову и скрестил руки в знак уважения. Таркин хмыкнул, даже за маской, недоверие ощущалось на его лице. Тем не менее его главный интерес был в Сильве, его глаза, задержались на ее тонкой фигуре дольше, чем хотел Флетчер.

– Скажи мне, Серафим, зачем ты привел эльфа на бал?
– спросила Исадора, а затем посмеялась над резким выдохом Серафима.

– Ну, не надо так удивляться, - хихикнула она, игриво хлопая Серафима по плечу.
– Ее глаза, они слишком насыщенные. Даже глаза у мамы не такие голубые. Скажи честно, Серафим, у тебя нет друзей из твоего народа?

Она притворялась, что делает паузу и думает, а затем страстно вздохнула в насмешливом издевательстве.
– Ох, подождите, они же все погибли? Мне очень жаль.

Серафим начал заикаться от гнева, а Флетчеру пришлось сдерживаться, сжав руки в кулаки. К счастью, Сильва шагнула вперёд и резко повернулась, прежде чем Серафим смог ответить.

– Добрый вечер.

Эльфийский акцент, чистый и ритмичный, был в её словах. Это было впечатляющее выступление, и Флетчер ухмыльнулся под маской.

– Я представитель кланов, здесь, чтобы договориться о сделке с лордом Пашой.
– Она кивнула на Серафима.
– Наши войска скоро прибудут на линию фронта, и им нужно вооружение. Мы думали, что лучше всего, что я не сделаю свое присутствие на балу известным, учитывая нынешний... климат.

У Тарквина отвисла челюсть, а складки на лбу углубились.

– Ты не считаешь неуместным для себя оружие триумвирата?
– спросила Исадора приторно сладким голосом.
– Наши заводы намного ближе к вашим границам, чем Паши.

– Мы выбираем очень осторожно, с кем вести дела, - заявила Сильва, скрестив руки.
– Это вопрос... вкуса.

Двое застыли от этих слов, и Флетчер увидел, как на щеке Тарквина появились красные пятна.

– Пойдём Исадора, - огрызнулся Тарквин, беря сестру за руку.
– Мы должны отдать должное леди Фавершем.

Дуэт ретировался, исчез в толпе не оглядываясь.

– Квазулу?
– прошептал Флетчер.
– Это лучшее, что ты мог придумать?

– Эй, не обвиняй меня, - прошептал Серафим, подойдя ближе, что бы Флетчер услышал его.
– Ты - тот, у которого не было готовой истории, и даже чёртового имени. Ты знаешь, что мне рассказали об этой безумной схеме всего несколько часов назад? Мне пришлось оставить моих двух настоящих гостей бездельничать в гостиничном номере, и вам повезло, что на их приглашениях не стояло имён. Не забывай, если что-то пойдет не так, моя жизнь на волоске. Помощь и соучастие предателям делает меня таким же.

Флетчер вздохнул и сделал глоток вина. Во рту стало горько и проглотил его поморщись. И сразу пожалел об этом, чувствуя, как кислотная жидкость стекает и падает в желудок.

– Мне жаль, - сказал он.
– Нам это сошло с рук, так что ущерба нет.

– Ну, Сильва не лучше - тебе обязательно нужно было настраивать их против себя?
– застонал Серафим.

– Я ничего не смогла с собой поделать, - сказала Сильва с намёком на сожаление в голосе.

– Просто отойди от меня, пока кто-нибудь другой, кого мы знаем не подойдёт поздороваться.