Чтение онлайн

Его прикосновения были мне очень приятны. Будь на его месте кто другой, я бы постарался увеличить между нами дистанцию. Но поскольку к Коле моя симпатия постоянно пребывала в разогретом состоянии, то я не отходил. Напротив, даже стал ждать, когда он снова меня тронет. Пальцы у него мягкие, и у меня в какой-то момент даже мурашки по спине стали бегать от его движений в мою сторону.

Как все-таки жаль, что он натурал! Для меня, как человека опытного в гомосексуальных делах, общаться с такими никогда проблемы не составляло. Больше того: у меня пару раз были сексуальные партнеры, утверждавшие, что они чистые гетеросексуалы. В нашей среде, между прочим, это высший

пилотаж – затащить в постель натурала. Словно статую возбудить. Хотя, если признаться, эти «статуи» редко оказываются из стопроцентного мрамора или бронзы, образно говоря. Всегда почти находится слабое место, через которое можно завести до предела, за которым уже всё равно, парень перед тобой или девушка. Да я не припомню гетеросексуала, который бы не захотел ощутить чужие губы на своём члене.

Этим я и пользовался. Но не теперь. Мне хотелось соблазнить Колю, только я себя останавливал. Незачем портить отношения с хорошим человеком. Если мне так сильно приспичит, что голова начнет кружиться от желания, запрусь вечером в ванной и подрочу несколько раз, сбрасывая «пар». Коля об этом ничего не узнает, зато мне станет легче, перестану думать о нём всякие пошлости.

Мой спутник, между прочим, поводов для соблазна никаких не давал. Да это и женщинам свойственно: строить глазки, улыбаться, смотреть призывно на губы, принимать сексуальные позы, смеяться на любую шутку. Словом, кокетничать и демонстрировать готовность к соитию. У геев всё не так, если это не пидовка, конечно. То есть не манерный тип, решивший, что имеет право вести себя, как девушка. Я таких не люблю. Зачем казаться тем, кем ты не являешься? Можно, конечно, в постели поиграть немного в кроссдрессеров – любителей переодеваться в женское. Но вести себя так постоянно, на публику, – это противно.

– Ты о чем так сильно задумался? – Вдруг слышу словно издалека голос Коли, хотя стоит он рядом. Мы как раз напротив входа в Исторический музей. Рядом суетятся туристы, желающие посмотреть сокровища русских царей, кто-то фотографируется рядом с двойниками знаменитых властителей России. Только физиономии у них пропитые и потасканные. Куда хуже оригиналов.

– Я? Да ни о чем. Просто… – пожимаю плечами.

– Только теперь заметил, какая у тебя стрёмная куртка, – говорит Коля. – Ты её где откопал?

– На вещевом рынке, у вьетнамцев, – отвечаю. Есть у нас небольшая диаспора вьетнамских товарищей, которые ещё в советские времена приехали работать на одном заводе. Тот разорился в девяностые годы, большинство иностранцев уехало, некоторые остались. Нашли себя в торговле вещами на рынке. Считается, что у них хорошее соотношение цены и качества, хотя последние годы вьетнамцев всё меньше – дома вести дела выгоднее, а здесь теперь сплошные гипермаркеты.

– Позорище ты моё, – улыбается Коля. – Пошли в ГУМ, присмотрим там тебе что-нибудь стильное и современное.

– Дружище, ты тамошние ценники видел? Я в сети смотрел. Космос просто!

– Хочу сделать тебе подарок, – вдруг говорит мой спутник.

– Прости, но заранее откажусь. Мне потом с тобой не рассчитаться.

– Ерунда, – улыбается Коля. – Хочу, и всё тут. Тебе разве трудно согласиться?

– Кивнуть просто, да я же говорю…

– Пойдем, – Коля смотрит мне в глаза, берет за руку и ведет за собой, словно ребенка. Мы проходим так до самых дверей, лишь здесь разъединяем ладони. Зачем он сделал так? Мне очень приятно было ощущать его теплую мягкую кожу. Это он так ненавязчиво оказывает мне знаки внимания? Натурал – гею? Или я чего-то пропустил в том, как развиваются наши дружеские отношения.

 Николай

меня привел в ГУМ – место настолько пафосное, что я там ничего бы сам никогда не купил, поскольку… ну уж извините, это не ценники, а номера банковских счетов. Настолько длинные, что запомнить невозможно, зато всегда поражаешься количеству цифр. Вот и здесь, в самом, кажется, дорогом магазине страны, я со своей зарплатой, на которую в общем-то не жалуюсь, не могу купить, кажется, совершенно ничего. Потому что это для нашей провинции она вполне приемлемая, можно жить и не тужить. Здесь, в столице, мой месячный доход смехотворен.

Прогуливаемся по этому «музею», и Коля вдруг говорит, указывая рукой на вывеску:

– Вот! Нам сюда!

Смотрю и не понимаю: он так шутит? Там же золотыми буквами написано: «Бутик». И ещё название какое-то витиеватое. Даже не знаю, как его выговорить: «Les champs Elys'ees». Кажется, по-французски написано, только что означает? Елисей какой-то. Наверное, какой-нибудь русский купчишка в начале ХХ века завел себе такой магазин, сто лет назад взяли, да скопировали. У нас нынче же так модно. Всякие там «Блинные», «Дамские дворики», а ещё вот это: «У Михалыча», «Трактиръ» и тому подобное. Ладно, посмотрим, что там Елисей этот нам приготовил.

Николай уже вовсю осматривает содержимое бутика. Оказывается, торгуют здесь мужской одеждой, и занимается этим «то ли девочка, то ли виденье» – худенький, с прилизанными волосами, женоподобный манерный юноша, на бейджике которого написано крупными буквами с завитушками: «Антон» (один из персонажей моего романа «Гомокот» – Дарья Десса). Увидев меня, бросает мимолетный взгляд, но вниманием не удостаивает. Куда там! Вот Коля, он и одет прилично и с претензией на стиль, и по его дорогущим швейцарским часам видно – человек состоятельный. Ну, я такого впечатления не произвожу.

Потому Антон крутится возле Коли, весь такой юркий, гибкий, слащавый. Я мгновенно распознаю в нем гея, притом предпочитающего исключительно пассивную роль. Вон как крутит своей упругой попкой, обтянутой в преднамеренно узкие брючки. Стою и усмехаюсь: зря стараешься, милый. Коля не по этой части. Лучше бы ты меня обхаживать принялся.

– Вы очень симпатичный, стройный, у вас классная прическа, – отвешивает менеджер Коле комплименты сочными гроздьями. – Только нужно чуточку подправить вам гардероб, и тогда вы станете поистине неотразимым мужчиной, – он так сладко улыбается, словно только что мёду откушал большой ложкой.

– Это нужно не мне, а моему другу, – говорит Коля и кивает в мою сторону. Антон мгновенно переводит взгляд, и теперь я его самый любимый посетитель сегодня. Он оценивающе рассматривает мою одежду, хотя и так уже сделал вывод: перед ним самый обыкновенный провинциал, у которого ни малейшего представления о стиле, а мода для него – это когда полуголые фотомодели по подиуму дефилируют.

– Нужно одеть моего друга так, чтобы он выглядел современным, красивым молодым человеком, – говорит Коля.

– Какие у вас широкие плечи! – Восхищается Антон, кружась вокруг меня и осматривая, чтобы понять размер.

– А у тебя классная попочка, – шепчу ему в ответ, уловив момент, когда ушко менеджера оказывается совсем рядом. Он заливается алой краской до корней волос, вспыхивая, будто свечка, и устремляется к стеллажам – подбирать мне одежду. Зачем я это сделал? Да просто так, похулиганить захотелось. Паренек мне комплимент отвесил, я ему. Паритет соблюдён. Зато он теперь знает, что я тоже «в теме», как говорят геи о тех, кто себя к ним причисляет.