Апостол
Шрифт:
Без понятия, какую магию они использовали при постройке этой машины, но по всем земным меркам, эффективно двигаться и уж тем более сражаться она не могла. Тем более с такими размерами. Даже я со своим ростом едва доставал ему до лодыжки.
Но факт был на лицо. Гигант уверенно шагал в мою сторону. Причём, чем ближе он подходил, тем быстрее становился его шаг.
Я тем временем оценивал его
Когда робот вдруг подбежал ко мне и опустил сверху вниз свою правую руку, я понял, что такое количество цепей при его мощи работало как оружие массового поражения. Да так, что я еле успел отпрыгнуть в сторону. И то меня по спине огрело краем одной цепи так, что я крякнул и упал на землю.
Всё, что я успел сделать дальше, это перевернуться на спину и сгруппироваться, пытаясь прикрыться мечом. Но даже так несколько звеньев хлестанули меня по телу, не сломав кости лишь потому что они не ломаются. Зато от мягких тканей в этих местах осталось лишь месиво.
Робот тут же вскинул руку и хотел было раздавить меня ногой, но на этом месте моего тела уже не было.
Так получилось, что одна из его цепей обмоталась вокруг [Истязателя] и когда робот поднял руку, я полетел вверх вместе с ней. В процессе я высвободил свой клинок и сверху упал на голову робота. Но не удержав равновесия, начал катиться вниз, к его лицу. Лишь на краю я успел вонзить меч ему в купол и не упасть полностью.
Так, я повис ровно напротив забрала гиганта.
— А ну, слезай! — заверещал противный скрипучий голос откуда-то изнутри металлической башки.
И я даже не сразу понял, что это был двергар, сидевший всё это время внутри. Оказалось, что робот не автономный, а вполне себе управляемый.
— Ага! Сейчас как слезу! — выругался я.
Оттолкнувшись ногами от его морды, я попытался влететь в смотровую щель, как спецназовец, штурмующий окно. Но тут меня ждал сюрприз.
Только я приблизился к прорехе в корпусе, как сидевший там двергар вскинул свой здоровенный арбалет с головой какой-то ящерицы на конце, и в меня будто ударило ракетой. По крайней мере, взрыв был примерно такой мощи.
Меня аж отбросило и сорвало меч с купола. Упав, я снова успел лишь сгруппироваться и прикрыться, ровно перед тем, как робот начал колотить по мне своими цепями, будто пытаясь добыть муку из зерна. А всё, что мне оставалось, это терпеть.
Терпеть, пока пассивки берсерка не активируются. Поняв, что они заработали, я подскочил и очередной удар принял во весь рост. Положив меч на предплечье правой руки и заблокировав часть урона, я выдержал этот удар монструозной силы. А правой я схватил одну из цепей и дёрнул её на себя.
Я рассчитывал, что робот упадёт, но вместо этого он лишь отпрянул, а в моей руке осталась его цепь.
Мы застыли, злобно глядя друг на друга. Двергар в машине явно такого не ожидал. А я готовился к атаке, наматывая оторванную цепь на левую руку.
Пока пилот этого колосса придумывал новую тактику, я сделал пару шагов назад, становясь поближе к одному из холмов, и чуть согнул ноги в коленях. Резко оттолкнувшись
от земли, я как снаряд ударил в голову робота. Но немного промазал. Поэтому развалить ему кабину с первого раза у меня не получилось. Лишь пройдясь ударом кулака вскользь, я сломал его головную броню, создав большую дыру в куполе.Был бы со мной какой-нибудь снайпер, он бы смог достать пилота на расстоянии. Однако пришлось мне думать как добраться до него самому. Но пока что я приземлился у него за спиной и отправил свой меч в контролируемый полёт вокруг себя. Но силы удара на дистанции с помощью цепи и перчаток не хватило, чтобы пробить броню него на ноге. И меня тут же отфутболили прочь.
Приземлился я очень неудачно. Хотя даже не уверен, можно ли называть приземлением момент, когда ты даже не коснулся земли, а повис на каком-то зубчатом штыре, торчащем из груды металлолома. Которая вообще неизвестно как здесь оказалась.
Да и штырь этот был хитрый. С наваренными по всей длине крючками. Не знаю, какую рыбу им хотели поймать, но я почувствовал себя карпом, в которого попали из гарпуна. А эти самые крючки впивались мне во внутренности, не давая слезть.
— Больно же блин! — процедил я сквозь зубы.
Ещё, как назло, сплав был какой-то устойчивый к кислоте. Иначе мне бы и не пришлось так мучиться.
Когда я увидел летящего на меня робота, всё, что я придумал сделать в этот момент, это прикрыть руками голову. Ведь даже мой меч валялся где-то в стороне, и возвращать его в руку времени не было.
Вот только когда до меня оставалось пару шагов, в воздухе промелькнула тень. Сначала клубок дыма вспыхнул где-то в стороне от робота, а потом сразу на уровне его головы. И из этого клубка вынырнул Гавлаф. Он тут же снова исчез в пробоине кабины пилота, и робот застыл.
Я воспользовался заминкой и завёл руку за спину, чему, кстати, мешали гипертрофированные широчайшие мышцы. Но всё-таки я дотянулся до штыря, на котором висел и дёрнул его со всей силы. Много силы не понадобилось, потому что моя кровь уже всё же начала растворять металл.
Не знаю, что там делал ассасин, но пару секунд робот стоял неподвижно. Пока дымчатую мглу не озарил взрыв, снёсший гиганту башню. Во всех смыслах. Благо, я успел заметить выпрыгивающего из кабины Гавлафа.
— Ты как? — спросил он у меня, снова возникая рядом.
— Жить буду, — прокряхтел я и выковырял кусочек металла из живота. — А ты чего вдруг решил вернуться?
Кинокефал замолчал и развёл руками.
— Не знаю. Как-то неправильно было бросать тебя одного.
Я усмехнулся через боль и присел на землю, держась за живот:
— Слишком уж вы благородные для бездны. Поэтому и проигрываете. Но всё равно спасибо.
Слушая меня, Гавлаф расслабился и не заметил, как робот за его спиной снова пришёл в движение. Зато заметил я. И когда в спину ассасина должна была ударить цепь, я уже встал между ним и врагом.
Гафлаф только успел выдохнуть:
— Как ты…
Ему я ничего не ответил. Так как начался новый этап схватки. Когда я заблокировал его удар, то цепи на руке вдруг засветились лёгким магическим светом и пришли в движение. Внезапно они начали окутывать меня, сковывая по рукам и ногам.