Чтение онлайн

Я влетел в это явление, и мою кожу на глазах начала покрывать ледяная корка. Благодаря своей выносливости я уже давно не ощущал каких-то неудобств от холода или жары. Но сейчас мороз пробрал до костей даже меня. Я едва ощущал свои руки и уж тем более ноги. Поэтому подпрыгнуть, чтобы дотянуться до головы босса не представлялось возможным.

Благо, Проклятые уже подтянулись и вновь вступили в бой с великанами, не позволяя тем ударить мне в спину. Поэтому я остался с Дедом Морозом один на один. И предводителя великанов это вполне устраивало.

Его ледяное дыхание обрушилось на меня одного, и я не превратился

в ледяную скульптуру лишь потому, что [Порождение презрения] уже достаточно впитало в себя урона холодом.

Вот только эта заморозка значительно меня ослабила и замедлила. Я не мог проверить характеристики, но, кажется, магический холод уменьшал как силу, так и ловкость.

Поэтому, когда мои руки начали леденеть, всё, что я мог, это покрепче сжать секиру. Мои ноги всё ещё продолжали идти, сопротивляясь непрекращающемуся давлению ледяного ветра. Но это, скорее всего, достигалось лишь благодаря сапогам, которые не позволяли меня сдвинуть против моей воли.

Вот только, когда я был уже на расстоянии вытянутой руки от босса, ничего поделать я уже не мог. Обледенелые руки просто застыли выставленными вперёд и не слушались сигналов нервных отростков. Собственно, как и ноги. Даже роговица глаз начала леденеть, из-за чего зрение мутнело, и я едва различал происходящее перед моим носом.

Дед Мороз, вложивший в своё дыхание, наверное, всю свою силу, начал улыбаться мерзкой злобной улыбкой. Но не только не ослабил давление, но наоборот его усилил. Варгал и Силина хотели было мне помочь, рванув на босса, но не смогли даже ступить в область действия его навыка.

Я же держался из последних сил. Регенерация отчаянно пыталась справиться с обморожением, но всё было бесполезно. Первыми начали отмирать руки и ноги. Я не особо мог различать признаки некроза, но судя по нездоровому цвету моих пальцев, начинался именно он.

Я даже не поверил в происходящее: «Да ладно? Вот так?» Умереть в обычной рядовой вылазке? Не может быть.

Но, судя по всему, это сейчас и происходило. Страшно подумать, какой силы был этот холод, если, даже учитывая [Порождение презрения] и мою выносливость, я умирал.

Кончики моих пальцев уже были ярко-синими. Или фиолетовыми? Я не мог рассмотреть. Кажется, краем сознания я ощущал, как мой клан пытается пробиться ко мне. Дина кричит какие-то заклинания, пытаясь остановить стужу, но у неё не получается. Дед Мороз действительно вложил в этот удар всю свою мощь, и когда он справится со мной, она будет перенаправлена на Проклятых.

«Сука! Я не позволю!» — промелькнула у меня мысль, и тут же она была перекрыта голосом оракула в моей голове:

У вас есть возможность активировать [Договор со смертью]. Применить?

«Да. Твою ж…» — Подумал я, прежде чем начать проваливаться в сон. Оракул, тем не менее, воспринял мою мысль как согласие. Внезапно зрение прояснилось, и в меня будто влили целый самовар с кофе. Взглянув на свои руки, я заметил, что они снова начали менять цвет. Вот только на ещё более тёмный. Вместо весёленьких оттенков окоченения пальцы почернели. Но зато я начал их снова ощущать. Когда я двинул руками, налипшая ледяная корка треснула, и я без лишних раздумий рванул вперёд.

Я видел свою цель. [Взор

смерти] показывал мне слабое место босса. Небольшой участок лба ровно над переносицей. Его череп был устроен немного не так, как у людей, и спереди находилось что-то вроде человеческого «родничка», сейчас являющегося слабой точкой головы.

Босс не ожидал от меня такой прыти. Но так просто Деды Морозы не сдаются. От натуги он аж пригнулся, всё ещё направляя на меня поток холода, и даже сердито топнул ногой.

Но мне было на это плевать. Весь мир для меня сузился в узкую дорожку между мной и подсвеченной целью. Я бы мог в один прыжок добраться до слабого места босса, но я не хотел отпускать его так просто. Мне было нужно отыграться за своё унижение.

Применив [Вихрь], я обмотал цепью его левую ногу и рванул на себя. Прием уже испытанный на подобных великанах. И сейчас он сработал как надо.

От резкого рывка его нога поехала вперёд, и Дед Мороз практически сел на шпагат. А судя по выражению его лица, он сам не подозревал, что на такое способен.

С его массой из такого положения можно подняться, только переместив ногу, находящуюся сзади, вперёд, садясь на пятую точку. А излишней ловкостью этот здоровяк не обладал. Поэтому, когда он упёрся руками в землю, чтобы помочь себе встать, я был уже рядом.

И не только я. Ледяная рука, выросшая из земли, вновь обхватила босса за шею, лишь сильнее пригибая его вниз. И тут я решил, что не нужны мне его слабые места. Пусть моя секира станет топором палача в этот момент.

В один прыжок я оказался на его уровне и ударил [Бойней] туда, где у человека должен находиться второй шейный позвонок. Ожидаемо его кожа была достаточно плотной. Да и выносливости у него было хоть отбавляй. Поэтому так просто его было не взять. Но я и не торопился. Взобравшись на спину босса, я как дровосек начал превращать его шею в кровавое месиво, добираясь до позвоночника.

Монстр не монстр, но позвонки у него также имели различные отростки. Поэтому я ухватился свободной рукой за один из них и рванул на себя.

Во вражеском хребте что-то щёлкнуло, и в результате в моей руке оказалась кость с куском спинного мозга внутри.

Дед Мороз резко расслабился и упал плашмя. Я же бросил позвонок вниз под ноги шокированным великанам, некоторые из которых всё ещё стояли на ногах.

Смерть лидера деморализовала монстров, и они бы, возможно, кинулись наутёк, если бы им это позволили. Со смертью Деда Мороза погода вокруг резко улучшилась, и люди воспрянули духом, с удвоенной силой атакуя остатки его гвардии. Прошло всего несколько минут, и живых врагов на поле не осталось.

Все естественно радовались, попинывая недобитых великанов. Пока я в это время смотрел на свои руки. Вновь эта чернота. Теперь уже не в спектральном зрении, а вполне обычном. Она захватила мои пальцы, и я сжал их в кулаки, скрывая от подошедшего ко мне Варгала.

— Как всегда, безумен и хорош, — улыбнулся он.

Кажется, встряска несколько привела его в чувство. Но я вместо того, чтобы поддержать общее настроение, бросил в ответ что-то неопределённое и поспешил отойти подальше.

Внутри меня глодал червячок тревоги. Снова то же самое. Снова я заигрываю с силами, находящимися выше меня. И снова мне приходится платить свою цену.