Апостол
Шрифт:
Основание корпуса генератора было покорёжено так, что его теперь даже немного кренило на один бок. И я теперь вообще сомневался, что его в принципе будет возможно использовать.
Майк развёл руками и ответил:
— Прости, командир. Но он был приварен намертво. Пришлось отдирать.
Я поднял агрегат над головой и облегчённо отметил, что внутренности его не были повреждены. Лишь обильно торчали провода, которые уже должны были идти к дальнейшим устройствам.
— Теперь надо поймать электрика, — пробормотал я.
Потому как никто из нас совершенно
Ну, ладно. Пусть лежит на складе до лучших времён. В крайнем случае продадим для исследований какому-нибудь «Эппл» или «Лидскому заводу электроизделий».
Подошедший Игос предложил ещё одну идею. У него осталась возможность быстро переместиться на ту станцию. А значит, можно в один миг туда сгонять и забрать те два жилых помещения, если удастся их аккуратно приподнять и засунуть в портал.
Я решил попробовать, но затея не увенчалась успехом. Строения были собраны на совесть. Но время и жёсткая среда бездны сделали своё дело. Попытайся мы переместить эти две жилые капсулы, скорее всего, они пошли бы трещинами. Поэтому подумав, мы решили оставить эту станцию как перевалочную базу на всякий случай.
Мы даже попросили Чих расставить внутри ловушки, снабдив вход подробной инструкцией, как их обойти, но только на русском и английском языке. Мало ли каких-нибудь землян занесёт. Пусть погреются.
В итоге все дела были сделаны, и практически весь клан собрался у костра. Даже Чипсет соблаговолил выйти из своей берлоги. То краснея, то белея, он украдкой бросал взгляды в сторону Силины. Дроу делала вид, что этого не замечает, но я то и дело отмечал на её лице какую-то хитрую ухмылку.
В какой-то момент Игос привлёк к себе внимание и начал толкать речь, которую я уже давно ждал. Хмуро скрестив руки на груди, я слушал то, как он рассказывает про бездну, про астрал, про непомерные аппетиты Вечножаждущей, и что будет, если её не остановить.
Народ слушал с интересом и задавал уточняющие вопросы. Но мне было уже всё давно понятно. Игос предлагал нам стать героями, которые спасут мир. Хотя нас об этом никто даже не просил. Но я молчал. Пусть Проклятые сами решают, хотят ли они погибать за Землю.
И судя по их реакции, люди не спешили рвать на себе тельняшки и бросаться на амбразуру. По крайней мере, всё чаще на лицах я замечал скепсис.
— А нас, почему это должно вообще волновать? — сплюнул в костёр маг по имени Конор.
И тут я Игоса не узнал. Всегда максимально расслабленный и порою даже несерьёзный маг посмурнел и с каким-то разочарованием взглянул на Конора:
— Потому что есть такая работа. Родину защищать.
Однако быстро взяв себя в руки, он успокоился и уже обратился ко всем:
— Ребята! Ну, неужели вы не понимаете? Земля гибнет! Наша с вами земля!
Неважно откуда мы! Русские, американцы, французы, немцы! У нас тут все есть! И это наш с вами общий мир! Никто, кроме нас, не сможет его спасти! Людей спасти!Я смотрел на мага и не верил ни своим ушам, ни глазам. Кажется, что-то надломилось внутри Игоса. Знаете этот тип людей, которые на публике выглядят как шуты и балагуры? Но стоит с ними остаться наедине где-нибудь на кухне, и нечаянно можно узнать, какую бездну он скрывает внутри. И сейчас Игос немного приспустил свою маску. Что-то терзало его. Но я не мог его поддержать. Как не торопились его поддерживать и остальные. Максимум лояльности, которой он смог добиться — это глубокая задумчивость некоторых из нас.
Иные же и вовсе не скрывали несогласие. Как та же Дина:
— Бороться с целой бездной? — фыркнула она. — Не смеши. Мы все видели, что было с Эбисом. И там рванул лишь один храм. В то время как у нас их вон сколько! Я предлагаю подготовить убежище для приёма большего количества человек и собрать самых близких родственников, когда начнётся полный трэш. Их мы сможем защитить. Остальных — нет.
Предложение криомантки возымело более положительный отклик. Даже начались обсуждения о том, что нужно ещё собрать для убежища и как укрепиться на случай полномасштабного наступления.
Я в это время смотрел на Игоса и видел в его глазах… нет, не разочарование. Он прекрасно знал, среди кого находится. Скорее это был тяжёлый вздох человека, который попытался. Но не преуспел.
Я же спокойно перевернул решётку с жарящимися на костре колбасками и заговорил, прерывая отдельные обсуждения:
— Погодите пока с планами. Слона надо есть по кусочкам. Сейчас нам надо думать о том, как вызволить Беллу и Данте. А ты, Игос, послушай. Я уважаю твоё благородное стремление. Но скажи, как мы себя называем?
Маг взглянул мне в глаза и выдохнул:
— Проклятые.
— Да, Игос. Мы Проклятые. Не Священный Орден Пылающего Света. Не общество супергероев и не Лига Справедливости. Проклятыми нас назвали. Мы изгои, несогласные и бунтари. Меня хотели принести в жертву бездне. Другие сбежали из рабства Стражей и Хранителей. Третьих мы вытащили из рабских ошейников. И можно было бы сказать, что это всё было там на Эбисе и под Эбисом. Но здесь всё повторяется. Все вы оказались здесь лишь потому, что другие нас боятся и презирают. Либо хотят подчинить и использовать.
— Хочешь сказать, что я хочу вас использовать? — как-то обиженно обронил Игос.
— Нет. Ты не так понял. Речь не о тебе. Одарённые сильны сами по себе. Но их меньшинство. А значит, это меньшинство либо будут давить, либо подчинять. Чего никто из присутствующих не хочет. Правильно я думаю? — задал я вопрос окружающим.
На что получил сдержанные положительные ответы и продолжил:
— Так что всё, что мы можем, это заботиться друг о друге. А геройство оставить героям.
Повисла гнетущая тишина. Игос тупо смотрел в пламя костра, и в его зрачках танцевали отблески этого огня.