Чтение онлайн

Сейчас было важно не спалить наше убежище в первый же день. Мне одному, если что, будет проще скрыться с глаз, чем целому автобусу. Главное — дать им время и не допустить, чтобы началась целая погоня через весь город.

Поэтому я послушно сел в машину, и мы поехали в участок. Или как у них тут это называется? Предварительно мне на руки надели наручники за спиной, которые заставили меня лишь иронично усмехнуться.

В отделении меня передали уже другим людям. Началось томительно ожидание, пока меня передадут из рук в руки, оформят все рапорты и, наконец, обратят на меня внимание. Но вскоре ко мне подошёл уже

человек в гражданской одежде и приказал двум полицейским отвести меня в комнату для допроса.

Перед этим меня обыскали, но ни документов, ни телефона не нашли. Так как подобного у меня при себе уже давно не водилось. Это вызвало заметное недовольство у человека в гражданском, которого я про себя окрестил дознавателем.

Он сел передо мной за стол и заговорил, что-то записывая:

— Итак, начнём. Имя?

— Деменс, — ответил я.

Собеседник скорчил недовольную рожу и повысил голос:

— Я сказал имя, а не кличка!

— Это имя, — пожал я плечами.

Дознаватель раздражённо вздохнул и откинулся на спинке кресла, бросив ручку на стол. Он буравил меня неприязненным взглядом, и я в ответ лишь отзеркалил его позу, развалившись на стуле.

Тогда он встал и подошёл ко мне вплотную:

— Ты тронул родственника начальника. Понимаешь, что это значит?

— Что мне теперь стоит помыть руки?

Дознаватель издал какой-то резкий звук и попытался выбить из-под меня стул. Но вместо эффектного акта доминации он лишь ушиб ногу, издав жалобное: «Ау!» Сморщившись от боли, он, похоже, сдерживал слёзы, и я заботливым тоном поинтересовался у него:

— Что с вами? Может, попейте водички?

Дознаватель лишь раздражённо огрызнулся, и, хромая, подошёл к двери, что-то туда прокричав.

Вскоре внутрь вошли два крупных человека в форме. Ну, как крупных? Скорее всего, они сами считали себя таковыми. Однако увидев меня, их первоначальная вальяжность как-то поубавилась.

Но дознаватель приободрился и скомандовал мне:

— Встать!

Я равнодушно пожал плечами и исполнил приказ. Двое в форме подошли и одновременно ударили меня под колени, чтобы я упал. Но в ответ на это я лишь бросил на них скучающий взгляд и спросил:

— Вы что-то хотели?

Полицейские переглянулись и попытались заломить мне руки, но у них снова ничего не получилось. Они одновременно вцепились мне в предплечья и с пыхтением пытались оттянуть их назад, но я даже не шелохнулся.

— Так что вы хотели-то? — наконец переспросил я, когда они вдоволь наразвлекались и устали.

— Чего встали?! — прикрикнул на них дознаватель. — Доставайте палки!

И они действительно сняли с поясов резиновые палки, снова обходя меня с двух сторон. Но на этот раз я решил их предостеречь:

— Тот, кто первым меня ударит такой штукой, тому я засуну эту штуку в задницу. Так что советую вам принести вазелин.

Часть слов, которые я не знал, я заменял либо английскими, либо вообще русскими. Например, слово «вазелин». Но даже так эти двое поняли мой посыл, поэтому так и зависли в нерешительности.

Дознаватель начал прикрикивать на них, и в какой-то момент просто сам выхватил из чужих рук палку, после чего с оттягом ударил ею меня по спине.

Когда я не выказал никаких признаков боли, уже подвис и он. Поэтому я смог спокойно почесать место удара. Конечно же, предварительно просто разорвав

цепочку наручников, как нечто несущественное.

Далее я развернулся к своим экзекуторам и подбоченился. Взглянув на дознавателя, я бросил раздражённое:

— Я предупреждал.

Тот понял, что дело пахнет жаренным, и попытался ударить меня по голове. Но я на лету схватил палку и вырвал её у него из рук. После чего рявкнул двум остальным, чтобы они отошли в дальний угол комнаты и не смели даже шевельнуться.

[Божественная воля] сработала на них должным образом, и они выполнили мой приказ. Дознавателя же я схватил за шкирку и бросил животом на стол. Немного подумав, я вздохнул:

— Эх. Не люблю нарушать обещания, но на этот раз обойдёмся без проникновения.

Я просто начал смачно лупить его по мягкому месту, левой рукой, навалившись ему на спину и не позволяя вырваться.

Даже когда я отпустил дознавателя, он не смел разогнуться, а лишь издавал звучные стоны.

— Кажется, ему понравилось, — бросил я в тот угол, где стояли и шокировано таращились двое полицейских.

Сломав браслеты наручников, я приоткрыл дверь и на прощание применил [Божественную волю]:

— Вы двое! Ещё по десять ударов! Выполнять!

Как ни странно, полицейские в форме вытянулись по стойке смирно и кивнули в знак согласия. Но наблюдать за представлением я уже не стал. А вместо этого прошмыгнул в коридор.

Я уже собирался покинуть здание. Но выйдя из допросной, я лишь хищно улыбнулся. По лестнице спускались пятеро. Какой-то седой полноватый мужчина в форме, расшитой более представительными знаками различия, чем остальные полицейские, каких я видел. А рядом с ним с перебинтованной рукой размахивал конечностями «кепка» что-то втолковывая, очевидно, своему дяде. Позади же шли трое его подельников.

Увидев меня, вся процессия остановилась и замерла, широко раскрыв глаза. Вся, кроме начальника этой богадельни.

Он прикрикнул куда-то в сторону, мол, почему это я разгуливаю тут как у себя дома, после чего меня тут же попытались скрутить подбежавшие служители закона и порядка.

Я не стал заниматься членовредительством, а просто раздал им свежих лещей к пиву, отправив немного отдохнуть. После этого я снова оскалился и направился в сторону лестницы, где стояли интересующие меня лица.

Лица эти уже выражали самую настоящую панику, поэтому спешно бросились наутёк туда, откуда пришли.

Я бы мог применить [Божественную волю], но не стал. Эта игра начала меня даже забавлять. Когда ещё доведётся посмотреть на то, как, тяжело пыхтя, от тебя драпает целый начальник отдела полиции?

Он кричал и звал на помощь, но выходящие из кабинетов его подчинённые далеко не сразу понимали, что вообще происходит. Поэтому тут же получали и свои порции чапалаховой каши, отлетая обратно.

Наконец, я подошёл к кабинету, где секундой ранее скрылась вся нужная мне компания. Дверь захлопнулась прямо перед моим носом, а замок двери щёлкнул, как бы заявляя: «Ты не пройдёшь!» Конечно же, я с этим был не согласен. Я просто дёрнул дверь на себя, вырывая дверной косяк, и вошёл внутрь.

— В который раз я жалею, что проявил милосердие, — вздохнул я, глядя на наставленное в мою сторону дуло пистолета.

Начальник полиции наконец-то вспомнил, что у него есть яйца, а ещё табельное оружие в сейфе.