Анафема
Шрифт:
– Довольно хорошо, хотя я не помню большую часть ночи.
– Ты шутишь. Ты совсем не трогала себя?
В моей голове мелькнуло невольное воспоминание о том, как я корчилась на кровати под звуки голоса Зевандера в моем ухе.
– Если и трогала, то не помню.
– Боги, какая жалость. В этом и есть весь смысл Амброзира. Незабываемые оргазмы.
– Ну, может, для смертных все по-другому. Ты видела Зевандера?
– Он уехал в Костелвик рано утром с другими Леталиш. Сегодня вечером будет церемония посвящения принцессы Кализы, если ты помнишь.
–
При мысли о том, что я предаю Зевандера, тайно уходя за его спиной, в животе закрутилась боль.
– Насчет этого... Я не знаю...
– Хватит. У тебя есть платье. Ты пойдешь.
– В прошлый раз, когда ты пыталась скрыть мое лицо на публике, нас чуть не обнаружили.
Она откусила еще кусочек яблока, посмотрела на меня, хрустнула зубами и проглотила.
– Как я уже сказала, на этот раз мне не нужно тебя так маскировать. Все будут в масках.
– А что, если он увидит меня там? Он не будет рад.
Она фыркнула и закатила глаза.
– В этом платье? Думаю, он будет очень рад тебя увидеть, что бы он ни говорил себе.
– Что ты имеешь в виду?
– Я говорю, что, по-моему, мой брат влюблен в тебя.
– Она сделала похожее замечание накануне вечером, и все же моя кожа снова покраснела, словно она сказала это впервые.
– Ты ошибаешься. Он всю неделю меня избегал.
– Именно. Зевандер не избегает ничего, если только он не разочарован этим.
– Мне это не кажется влечением. Это похоже на раздражение.
Она села прямо и откусила от яблока, заставив меня ждать, пока она его проглотит.
– Правильно, нормальные люди льстят и флиртуют, когда им кто-то нравится. Мой брат, с другой стороны, ведет себя, словно он испытывает отвращение.
Я нахмурилась и покачала головой.
– Это не имеет смысла.
– Ну, учитывая, что он зарабатывает на жизнь убийством людей, имеет врагов по всей Эфирии и был обучен избегать любви женщин, я думаю, это вполне логично.
Когда она так сказала, я подумал, что она права.
– Я не думаю, что он знает, как с тобой поступить, Маэвит.
– Она вздохнула.
– Вот почему я думаю, что тебе следует пойти сегодня вечером.
Это заставит его решить, кто он, защитник или враг.
– Потому что там будет Circ’Lunae, а я не видела их с тех пор, как была маленькой девочкой.
– Что это?
– Увидишь. Когда пойдешь со мной в своем сверкающем черном платье. А теперь беги, маленькая мышка, и изучай свою скучную кучу костей с Долионом и незваным гостем.
– Она махнула мне рукой.
– Я найду тебя позже вечером.
* * *
В библиотеке я нашла Долиона и Аллору, как обычно, склонившихся над кучами свитков и книг. Кости лежали двумя кучами, одна из которых была разделена на группы, которые, по мнению Аллоры, принадлежали разным людям.
Когда я подошла, Долион снял очки.
– Доброе утро. Ты сегодня немного рано.
– Зевандер снова пропустил тренировку.
– Я вздрогнула от мрачного тона своего голоса.
– Хм. Это уже
четвертый раз за последнюю неделю. Он научил тебя чему-нибудь новому?– В последнее время — нет.
– Подозреваю, что он немного дистанцируется.
– Загадочные слова Долиона застряли в моей голове, когда он махнул рукой на место напротив него.
– Садись. Мне нужно с тобой поговорить.
На мгновение я подумала, что он собирается отчитать меня за то, что я пила с Рикайей накануне вечером, но потом вспомнила, что это не Фоксглав и не заканчивающийся запас вина из морумбери деда Бронвика.
И не Алейсея. Правила, с которыми я выросла, здесь не действовали, и я не подвергнусь наказанию просто за то, что поступила глупо. Я села, как он просил, скрестив пальцы.
– Сегодня вечером я уезжаю в Каликсар. И... ты поедешь со мной.
– Каликсар? Это деревня?
– Это остров на юге.
– Он кивнул в сторону Аллоры.
– Земля нашего народа.
Меня охватила настороженность при мысли о путешествии в место, которое, как я предполагала, было еще дальше от моей сестры.
– А как же Зевандер?
– Он согласился позволить мне забрать тебя. Это мера предосторожности, так как в Костелвике, похоже, царит довольно большая нестабильность. Хотя это также делает его идеальным местом, чтобы незаметно ускользнуть.
– Он согласился на это?
– Мне показалось предательством, что он обсуждал эти планы за моей спиной.
– Очень даже. Он хочет сделать для тебя все, что лучше.
– Понятно.
– Я обратила внимание на Аллору.
– А ты пойдешь с нами?
Сжав губы, она покачала головой.
– Боюсь, что нет. Я должна вернуться в Дом мудрецов, чтобы продолжить учебу.
– Значит... будем только мы двое.
– Да. Так будет лучше. Так мы привлечем меньше внимания.
– А... а как же моя сестра? А как же возвращение в Мортасию?
Долион почесал затылок.
– Я не думаю, что это разумно, Маэвит
– Но... ты обещал. Ты обещал, что, если я научусь использовать свои силы, ты лично сопроводишь меня обратно в лес.
– С нарастающим гневом я сжала кулаки.
– Ты солгал мне.
– Я не лгал. Ты даже не начала изучать основные глифы. В Каликсаре есть ученые, самые блестящие умы Эфирии, которые, возможно, смогут пролить свет на некоторые из них.
– Мне плевать на глифы!
– Я ударила кулаком по столу, сбивая кости с их кучек.
– Сейчас мне плевать на все, кроме моей сестры. Она — единственная семья, которая у меня есть, Долион. Единственная часть моего мира, которую я хочу сохранить.
– Прости меня, но я не буду сопровождать тебя в опасность. Есть безжалостные маги, которые жаждут превратить твою кровь в камень, Маэвит. Если они найдут тебя...
– Я не пойду в Каликсар. Я не откажусь от своей сестры.
Я вскочила на ноги и выбежала из библиотеки, кипя от гнева. Хотя рациональная часть меня понимала намерения Долиона, или, по крайней мере, так мне казалось, другая часть не могла позволить ему увезти меня на остров посреди нигде. Изучение глифов и старых костей и освоение своих способностей не имели для меня никакого значения, пока судьба моей сестры оставалась неизвестной.