Альянс Ангелов
Шрифт:
— Куда ты собралась, доченька, если не секрет? — спросил он у Сунор.
— Прогуляться, папочка, — дерзким тоном ответила она, ненавистно глядя на всё ещё держащих её воинов. — Сегодня же всё-таки праздник в честь победы! — едко добавила она.
Дамраф сдвинул брови.
— Кажется, я звал тебя пойти со мной на похороны павших героев и на праздник официально, но ты ведь не согласилась! Почему же тебе понадобилось пробираться туда через чёрный вход?
— Хотела повеселиться в образе простолюдинки, — ответила Сунор всё тем же ехидным тоном.
— Да что ты! — деланно удивился её отец. — В таком наряде тебя примут не
— Может, я хочу быть разбойницей, — ответила ему она, сдувая со лба прядку, выбившуюся из высокого хвоста, перехваченного на затылке драгоценной чёрной заколкой.
— Ты меня всё больше удивляешь, — сказал Дамраф с упрёком в голосе, вкладывая в эту фразу несколько иной смысл.
Затем он обратился к своим воинам.
— Отведите госпожу в её покои и попросите служанку запереть окна и дверь, а ключ спрятать подальше. И ещё, пусть слуги передадут чародейке Илене, что сегодня после праздника у нас с ней состоится интересный разговор относительно её нового задания.
Воины кивнули и удалились. Дамраф остался стоять у лестницы, задумчиво глядя вслед своей непокорной дочери. Что у неё, Великая Луна, на уме?
Дамраф вспомнил, как он вызволял её из плена в Дэшаме. Ему вывели из города абсолютно другую девушку, и он чуть было не разнёс всё в пух и прах, но тут эта чертовка Илена подошла к этой незнакомой девушке, что-то там прошептала на колдовском языке, и внешность девушки стала меняться. Через полминуты перед ним уже стояла его дочь, Сунор! Когда ворота города закрылись, и Дамраф приказал отступление, Сунор начала говорить, что над ней издевались и превратили в другую девушку, чтобы отдать её главе города, этому Алагару. Дамраф отлично помнил, как он тогда рассвирепел. Никто не имеет права обижать его дочь!
Битва была кровопролитной. Дамраф иногда сожалел, что столько людей погибло из-за его ярости. В конце концов, Сунор ведь не причинили никакого действительного вреда. Но результат всё-таки был. Дэшам теперь под контролем его Ордена, что конечно же просто отлично. Когда война закончится…
Дамраф задумался. А что будет, когда война закончится? Что будет с союзом Орденов и с Объединённой Армией Света? Он невольно вспомнил Аяллу, её лучистые глаза и мягкую улыбку, красивое сильное тело, грациозно двигавшееся в смертельном танце с мечом во время боя…
На лестнице показались двое его верных воинов.
Дамраф тряхнул головой. О чём это он задумался?…
Огромный раскидистый дуб возвышался над бугорками могил, усыпанных цветами. В битве пало много людей, и все пришли почтить их память. Народ должен помнить своих героев, должен знать, кому он обязан своей свободой.
Высоко над их головами летали птицы, крича в небо. Солнце выглянуло из-за причудливого облака, освещая своими лучами крону старого дуба, словно старающегося обнять могилы воинов, умерших с честью, защищая Арлан и Таэрию, свободу и веру, защищая своих близких, защищая прошлое, настоящее и будущее.
Хаарт приобнял за плечи Змейку, не сдерживавшую слёз.
— Она умерла у меня на руках, — прошептала Змейка, неотрывно глядя на могилы, скрытые под плотным покровом принесённых цветов. — Она просила меня спасти её, Хаарт. Она сказала, что она боится умирать, она умоляла меня, чтобы я не дала ей умереть. А я не спасла её. Она умерла, умерла у меня на руках!
— В этом нет твоей вины, малыш, —
сказал ей Хаарт. — Ты не виновата, слышишь?Змейка повернула к нему своё заплаканное лицо и уткнулась в его грудь. Он обнял её крепче.
— У всех свой путь в этом мире. Кто-то умирает стареньким дедушкой, ну или бабушкой, окружённой своими внуками. А кому-то суждено умереть, как погибла Юна, — мягко говорил Хаарт, гладя вьющиеся волосы Змейки. — Она ведь умерла, сражаясь за свою страну. Это достойная смерть, Змейка. Разве здесь есть твоя вина? Ты целитель, твоё призвание спасать людей — если это возможно. Ты ведь не наделена силой воскрешения, ты не можешь спасти тех, кого Солнце зовёт к себе.
Змейка всхлипнула.
— Я буду помнить её, Хаарт. Мою подругу и соседку по комнате, молодую и весёлую.
— Конечно. Все будут помнить её, потому что благодаря таким, как она, тем, кто погиб в этой битве, Таэрия останется свободной.
— Хаарт… — позвала Змейка.
— Да?
— Мы ведь с Юной были не вдвоём в комнате, ты ведь помнишь… помнишь Рейну?
— Конечно, помню, — ответил он, и образ смуглой, поджарой, весело улыбающейся девушки с мечом через плечо возник в его памяти. Когда-то, когда он ещё не знал Змейку, Рейна очень нравилась ему, и он знал, что она ему тоже симпатизировала… Но после встречи со Змейкой, Рейна стала всего лишь хорошим другом, ничуть не больше.
— Интересно, где она?… После начала войны резервные отряды отправили в Приозёрные Леса, а остальные, более-менее умелые воины — в Тадор. Рейна была с ними. Но потом, в Тадоре… я не видела её, а ты?
Хаарт покачал головой.
— Но там ведь было столько людей, я не могла видеть всех… Надеюсь, с ней всё хорошо, — прошептала Змейка. — У нас вначале не ладились отношения… Но она всё-таки была хорошей, правда?
— Правда, малыш, — согласился рыцарь.
Сзади кто-то подошёл, и они обернулись. Змейка расширила глаза.
— Аира! — выдохнула она и кинулась к ней.
Воительница улыбнулась и раскрыла объятия. Они крепко обнялись.
— Как же давно я тебя не видела! — воскликнула Змейка, отходя на шаг, чтобы оглядеть её. — Аира… — осеклась она.
Рыцарь печально улыбнулась и невольно прикоснулась к шраму. Выражение её глаз чуть заметно погрустнело.
— Извини, Аира, — виновато сказала Змейка, ругая себя за бестактность.
— Почему вы так странно на это реагируете? — спокойно спросила Аира. — Я воин, а шрамы — это украшение воина. Они свидетельствуют о битвах и одержанных победах… — Она замолчала, а потом перевела тему. — Вы идёте сегодня на праздник?
Хаарт и Змейка переглянулись.
— Ещё не знаем, но наверное да, — сказал Хаарт. — Давно мы не были на праздниках. Война кончается. Пора возвращаться к нормальной жизни.
Аира вздохнула.
— Одна из важнейших битв позади, но никто не знает, сколько ещё сражений впереди, Хаарт… Хотя ты прав, вам лучше повеселиться. По крайней мере, сегодня никто не посягнет на наше спокойствие.
Небо над крепостью медленно темнело.
В общей столовой проходил ужин. Было шумно. Турон и несколько офицеров-начальников над остальными ещё не пришли, так что солдаты весело обсуждали прошедший день, не забывая уминать еду за обе щёки. Судя по заинтересованным взглядам, Джара, Сельма и Аерис с усмешкой догадывались, какая тема у них сейчас самая распространённая.