Альянс Ангелов
Шрифт:
"Сунор", — пронеслось в мозгу. Хаарт встал с земли. Ему сначала подумалось, что ему теперь уже всё абсолютно безразлично. Может, лучше встретить ненавистную Сунор и попытаться сражаться? Перебить её людей ему не удастся, и его убьют в этом лесу её воины или чародеи, не важно… но зачем теперь ему жить?… Однако любовь к жизни, в конце концов, переборола Хаарта, да и ещё ему захотелось вновь вступить в ряды армии Ордена Солнца и бороться против врага… забыться в битвах… попытаться спрятать боль, рвущуюся наружу, разрывающую сердце, убивающую его… Отомстить, в конце концов.
Хаарт бросился прочь. Бежал долго, пока, наконец, не показались стены города.
— О Солнце! — пробормотал Хаарт. — Дэшам! Дэшам!
И он ещё сильнее возликовал, ещё чаще забилось его сердце в проснувшейся смутной надежде, когда он увидел висящие на стенах синие полотна со стилизованным золотым дневным светилом, Герб Ордена Солнца, что значило только одно — город под его властью.
Хаарт крикнул стражнику фразу на древнем языке, которую знали лишь те, кто был посвящён в таинство Солнца, то есть все, вступившие в Орден, и вошёл в город.
— Ситуация в стране ужасная, — рассказывал Хаарту командир отряда Ордена в городе Алагар. — Таэрию раздирает война Орденов, страну опять делят на части… В основном, восточную часть контролирует Орден Луны, а запад под властью наших. Однако надо смотреть правде в глаза: противник одержал гораздо больше побед, чем мы. Возможно, это потому, что именно вражий Орден развязал войну, напал внезапно, сломил неожиданностью и жёстким напором. Вся королевская семья покинула замок в неизвестном направлении уже две недели назад, как только началась смута в Дэшаме. Страной пока правит временное правительство, в основном состоящее из наших, орденских — нам сильно повезло, что нам удалось закрепить столицу за собой сразу же после начала войны. Но больших преимуществ нам это не даёт. Мы уже потеряли все оплоты в районе Заветных Гор и почти все на востоке, кроме одной выстоявшей крепости на таверландской границе, — говорил он, указывая на золотистые точки на карте мира.
— А вот эта крепость ещё наша? — спросил всё более обуреваемый нехорошим предчувствием Хаарт, указывая на точку на карте. Он ещё не окончил вопроса, когда уже понял, что ответит Алагар. Сунор обманула его и на этот раз.
— Нет, — мотнул головой тот. — Она была разрушена позавчера. Напал мощный отряд. Их волшебники сотворили невидимость, и поэтому враг напал внезапно. Трусы, — процедил Алагар с ледяной злобой, — бьют исподтишка! Кстати, насчёт этого отряда: после сообщения о битве мы начали опасаться, что отряд пойдёт к Дэшаму.
Хаарт опустил взгляд, стараясь не думать, что это он привёл за собой хвост.
— Тадор и Арлан? — спросил он, стараясь отвлечься от мрачных мыслей и всё ещё пряча вглубь себя страшную боль от потери Змейки.
— Они всё ещё за своими Орденами, — ответил Алагар. — Но последний раз мы связывались вчера утром. Что-то произошло почти за два дня. Наши волшебники пытались связаться с Тадором, но не получается. Говорят, заклинание задерживается в лесу, или что-то в этом роде. Там что-то мешает. Они говорят, слишком мощная магия.
— В лесах? — пробормотал Хаарт.
— Да… там, кажется, битва была. Там ещё стояли наши так называемые резервы. Но говорю тебе, последний раз информацию мы получали…
Хаарт отвернулся, больше не в силах ничего слушать. Боль вновь прорвалась, сердце опять сжало невыносимые отчаяние и горечь. Он, опёршись локтями о стол, спрятал лицо в ладонях. Имя Змейки стучало в висках.
Алагар тактично не стал допытываться и, молча свернув карту, вышел из комнаты, отведённой рыцарю.
Главную
площадь Дэшама приспособили теперь под тренировочное поле. Хаарт с полученным полуторным мечом, на лезвии которого было выгравировано солнце, отправился туда на следующее утро. Он уже давно не держал в руках меч. В Ордене частые и регулярные тренировки были обязательны.— Привет, — добродушно улыбнулся ему парень, с которым Хаарт встал в паре. Волосы у него были рыжие, и на лице проступили яркие веснушки. — Я Эдрик, учился в Кайлане.
— Привет. А я Хаарт, учился в Тадоре, — ответил парень, пожимая новому знакомому руку.
— В Тадоре? Я всегда мечтал там побывать, — улыбнулся Эдрик. — Только не довелось. Но может, скоро получится. Ведь говорят, что за Тадор будет битва. Тогда Ордену понадобятся все силы. Некоторым кажется, что решающая битва будет либо при Арлане, либо при Тадоре, когда обе стороны сойдутся в последнем сражении, схлестнутся все силы, и именно тогда определится, кто возглавенствует над страной…
— Послушай, давай тренироваться, — оборвал его слегка раздражённо Хаарт.
Паренёк, сразу видно, болтливый и наивный романтик. Он ещё многого не понимает… Хаарт горько усмехнулся. А разве он всего месяц назад не был таким же молоденьким несмышлёным учеником? Но кажется, что он теперь совсем другой… Да, он сильно изменился.
Хаарт парировал слегка неловкий выпад Эдрика, сделал несколько обманных движений, удачно ударил, но парень увернулся от меча. Эдрик попытался вновь пойти в атаку, однако Хаарту ничего не стоило защититься. В общем, вскоре всё кончилось тем, что Хаарт приставил кончик своего меча к горлу Эдрика.
— Эх, — вздохнул тот. — Мне бы так владеть мечом.
— Я научу тебя, — пообещал Хаарт, грустно улыбаясь.
— У тебя очень печальный взгляд, — заметил Эдрик и хотел было что-то спросить, но горечь во взгляде парня оборвала все его вопросы.
Хаарт сглотнул подступивший к горлу горький ком, собрался с мыслями.
— Послушай, Эдрик, когда ты уходишь от удара в повороте, ты неудачно выставляешь открытым бок. Нужно двигаться быстрее, и не забывай подставлять под удары противника меч. И ещё…
Змейка танцевала на цветочной поляне, легко кружась, и её вьющиеся золотые волосы развевались ореолом вокруг её хорошенького личика. Она улыбалась, смеялась и тянула к Хаарту руки. А ему так хотелось её обнять! Он пытался приблизиться к ней, купающейся в солнечных лучах, однако что-то словно держало его. Потом ему удалось вырваться из чьих-то цепких объятий, и он бросился к любимой. Но едва он обнял её, как вспыхнул яркий свет, и Змейка обернулась Сунор…
Хаарт проснулся в холодном поту, присел на кровати. Сердце часто билось. Он помассировал виски пальцами, лег, попытался уснуть, но не смог. Тогда он вновь встал, подошёл к окну. С тёмного неба мягко светила луна. Юноша вздохнул, прислонился к прохладной стене.
Он видел во сне Змейку… Но сон был таким странным: его любимая оказалась ненавистной Сунор, как тогда, в ту ночь… Хаарт тряхнул головой. Нечего обращать внимание на сны.
Внезапно он поймал себя на мысли, что думает о Змейке, словно… словно ничего и не случилось. Он постоянно забывает… даже не то, что забывает — просто отказывается верить, что это могло произойти. А может, она сумела спастись? Вдруг их отряд одержал победу? Хотя это вряд ли… Он ведь помнил тех воинов с саблями — они легко одержали победу над отрядом Дарвея, где все были рыцарями опытными, сильными. Но может, она убежала из леса? Всё-таки выжила?…