Чтение онлайн

Он поднял глаза и посмотрел в окна дома матери. На четвёртом этаже, в том подъезде, где её квартира, отдёрнута штора и в оконном проёме на него смотрит мужчина. "Жаль у матери окна на другую сторону, — пронеслось в голове, — а может и хорошо, что так, сейчас бы волноваться начала". Мужчина в окне резко отпрянул за штору, и в этот момент запищал домофон, заставив Ухваткина обернуться на звук. Открылась дверь среднего подъезда дома напротив, и вышел молодой парнишка. По походке и направлению Ухваткин догадался — это тот, кто ему нужен. Бросив взгляд на четвёртый этаж — никого, Алексей уселся за руль и запустил мотор. Ощущение, что кто-то продолжает

сверлить его взглядом, всё ещё присутствовало. "Смотреть что ли дома нечего, вообще-то окно — это театр вживую, или как сейчас модно выражаться "картинка on lain". Включив ближний свет и задний ход, он покинул двор.

Хрусталёву стало неуютно, когда на его скан обернулся Механизатор, будто бы почувствовав, откуда исходит неприязнь. Андрей дёрнулся и спрятался, словно от возможного ответного укора в свой адрес. Штора качнулась и заняла своё привычное место. Хрусталёв продолжал видеть картинку во дворе, только яркость слегка погасла. От неожиданности он опустил веки, тем самым стараясь сбросить наваждение, но видение продолжалось, лишь краски ещё чуточку побледнели.

Внизу вспыхнул свет фар, водитель обернулся и, проверив задний обзор, разрешил автомобилю движение. Андрей испуганно сдёрнул браслет с руки и бросил его на стол, видение исчезло, браслет бесшумно залип на мониторе. "Ничего себе!" — сквози удивления вырвался чуть раньше чем возглас, и самому не было понятно к чему это отнести: то ли к видению, то ли к залипанию. Оторвав его от экрана, Хрусталёв бережно положил рядом с клавиатурой. "Вот и сходили за хлебом, — пошутил он сам с собой, — произнесла отрезанная голова, катясь вдоль трамвайного рельса".

Усевшись снова за компьютер, он продолжал находиться под впечатлением зрительной дуэли и не сразу определился, что же ему делать. Затем щёлкнул на ярлыке с пиктограммой паука, запустил игру. Ожидание потекло дальше.

В перерыве между фильмами в комнату зашла Елена поинтересоваться, чем он занят. "Как тебе не надоедает одно и то же", — то ли спросила, то ли просто бросила реплику она, и, не дождавшись пояснений, удалилась обратно. Андрей собрался съязвить по поводу её сериалов, но вдруг знакомый скан отвлёк его от сарказма.

— "Согласна на новую дату."

— "Кто согласна? А, да-да. А я жду по электронке".

— "Почему по электронке? Технический прогресс".

— "Обмен сканами прогрессивней? Вообще-то да".

— "Почему задаю повторные вопросы? Наверное, не привык к такому общению".

— "Сказывается неправильное мышление. Понял. В школах и институтах такого не преподают, вот и не научен".

— "Хорошо, что поправимо. Я ваших планов не нарушил?"

— "У меня возникали предположения, что в этот период, ваши услуги гадалки будут значительно востребованы".

— "Какие ещё вопросы? Ну, в процессе".

— "Не в процессе, а по плану? По плану нет".

— "У вас вопросы ко мне? Так задавайте".

— "Где браслет? На столе".

— "Взять? Зачем? Проверить свойства. Хорошо, взял".

— "Так, положил на ладонь, как сказали".

— "Теперь сжать как кистевой эспандер?"

Андрей с усилием сжал ладонь, браслет деформировался как резиновый, но при ослаблении давления пальцев, он начал возвращаться в своё исходное состояние. Хрусталёв проделал так несколько раз и, каждый раз происходило одно и то же.

— "Так он не металлический, — пронеслось у него в голове, и тут же ему ответ, — металлический, только сплав нам неизвестен".

— "Что

же раньше не просветили меня? Не было повода? Какой повод сейчас?"

— "Убедиться, что у него аналогичные свойства. Ясно. Так убедились?"

— "Значит такие же. Не понял, что ещё?"

— "Предлагаете ежедневно до пятого числа проводить сеансы телепатии. Согласен".

— "Только вот"…

— "Не помеха. Даже помогает? А если совсем"…

— "Тогда нет. Понял. Всё должно быть в меру".

— "Сейчас торопитесь? До связи. Обязательно поздравлю вас после проводов старого года и встречи нового".

Зайдя в комнату к жене, Андрей увидел, что на экране только стартовала очередная серия. "Так, значит и Мария смотрит те же фильмы, что и все женщины", — сделал он вывод для себя, и ничего не сказав Елене, вернулся в свою комнату.

Исполнение плана по телепатическим тренировкам как-то не сложилось. Гости, спиртное, нескончаемые праздничные хлопоты заполнили всё свободное и личное время Хрусталёва и отвлекли его от браслета и от Марии.

Всё как обычно, даже слишком. Ведь искренняя радость с возрастом всё меньше и меньше посещает нас, а если приходит, то лишь с неизведанной стороны, а таковых становится тоже всё меньше. Такое положение по жизни можно охарактеризовать как возрастная радость, радость за успехи близких и родных.

Так куда она подевалась, где прячется, откуда приходит и в чём состоит её изюминка? В приятной неожиданности? В ожидаемом успехе? В успешном преодолении трудностей, или прохождения кризов и кризисов? Как всегда, чем дальше в лес, тем толще партизаны, всё больше и больше вопросов.

Всё очень просто и сложно одновременно. В молодости, когда истинных радостей множество, кажется, что впереди их будет ещё больше. Проходит время, и вдруг обнаруживается, что знакомые радости тают, как снег на солнце весной, а оставшиеся приобретают иной оттенок. Уже нет радости и веселья как раньше, а если и случаются, то носят более традиционный характер. Скажите на милость, что это за праздник, и как радоваться своему Дню рождения в сорок лет, пятьдесят, шестьдесят, семьдесят… Сколько можно радоваться такому событию? Грусти нет, есть удивление, что окружающие это понимают, но не осознают, и потому не сочувствуют.

На основе радости с Хрусталёвым произошёл небольшой конфуз первого января, когда отмечавшие приход Нового года встают ближе к полудню, а некоторые и вовсе к вечеру. Кого вытащит из постели страшный голод похмелья, а кого и нестерпимая головная боль или неожиданные гости или ожидаемые, но в суматохе забытые.

В первом часу дня его разбудил настойчивый трезвон домофона и голос жены с кухни: "Андрей, поднимись, открой дверь, у меня руки заняты". Он поднялся, посмотрел на часы, до двух ещё было время, время ожидаемых гостей. На вопрос в трубку: "Кто?" Услышал писклявый голос племянницы: "Свои". Да, действительно — это свои, родная сестра Ирина с детьми, а свои, как известно, ходят без приглашений.

Впустив их в подъезд, он вошёл в ванну и начал приводить себя и свои чувства в порядок. Дальше больше, шумная толпа детворы вломилась в квартиру, и дом наполнился живой радостью и гомоном взрослых и детей. Детей то всего было двое, семилетний Антон и одиннадцатилетняя Ольга, но шума и гама, как на школьной перемене.

Они возвратились с новогоднего утренника, откуда конкретно, разобрать было сложно, так как рассказывали наперебой. Младший, что-то о ёлке, старшая о выигранном призе, настоящих коньках.